Ули Штек: Соло на восьмитысячнике

Рейтинг: 5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Швейцарец Ули Штек — человек-легенда, самый знаменитый в мире экстремальный альпинист. Ему 30 с небольшим, а издательство National Geographic Society уже выпустило две его биографии — Solo и Speed, ставшие бестселлерами. Он лазает по скалам, по льду, по комбинированный местности, по отвесным стенам на огромной высоте, где воздух очень разряжен. Он открывает новые маршруты и предпочитает проходить самые сложные из них в одиночку — соло. При этом редко пользуется страховкой и ставит мировые рекорды по скорости восхождения.

Фото: альпинист Ули Штек, интересные факты

Самое главное чувство в горах — страх. Он помогает выжить!

По договорённости с Землёй

Я жду Ули Штека в частном парке под Базелем — в павильоне прямоугольной конструкции, полностью состоящем из стекла. Никаких стен, сплошные окна, и я могу рассматривать Ули, не будучи увиденной. Он подъезжает на машине с бернскими номерами, выходит, закидывает сумку на плечо и идёт в сторону павильона. У него необычная, очень лёгкая походка — как будто закон притяжения на Ули почти не распространяется, как будто у него есть с Землёй особая, индивидуальная договорённость на этот счёт.
В парке под Базелем протяжно завывает ветер, пытается пробраться в щели стеклянного павильона. Ули Штек входит, поеживаясь от холода.

Человек — не царь природы…

— Замёрзли? — интересуюсь я, чтобы как-то начать беседу.
— Да, замёрз. Я вообще не люблю холод.
Штек не берет с собой спальник даже когда ходит в Гималаи и ночует на вершинах в 30-градусный мороз. В погоне за скоростью он отказывается от самого необходимого — провизии, спального мешка или страховочной верёвки. Чем меньше вес, тем быстрее подъём.
— Вы — один из многих, кто поднимался на восьмитысячник. Что вы чувствовали, когда стояли на вершине? И вообще — как там, наверху?…
— На восьмитысячник сегодня могут подняться не только спортсмены. Можно купить коммерческий тур. Поэтому дело не только в высоте, на которой находится вершина. Дело ещё в том, какой выбрать маршрут, по какой подняться стене. Я выбираю самые сложные или те, по которым ещё никто не ходил. На такой высоте — понятно — меньше кислорода, воздух более разряжен, это делает подъём тяжелее, к тому же — холодно. А когда вершина тебе покорилась, понимаешь, что человек напрасно считает себя царём природы. Когда находишься на стене высотой две тысячи метров, ночуешь в ней, осознаешь, насколько величественны горный мир и природа, насколько они могущественны.

Знаете ли вы что…

Незрячий американец Эрик Вейенмайер доказал, что стать альпинистом может даже слепой. Он покорил самые высокие вершины, а также преуспел в беге на марафонские дистанции, в лыжном спорте и дайвинге.

Самое серьёзное испытание

Последний из 14 имеющихся на планете восьмитысячников Шиша Пангма (горная вершина — 8013 метров — на отходящем к северу отроге Больших Гималаев, к западу от Джомолунгмы, — прим. ред.) был покорен 2 мая 1964 года китайскими альпинистами под руководством Хсу Чинга. В те годы самым важным было достичь максимальной высоты, маршрут выбирался относительно лёгкий. На сегодняшний день в альпинизме совсем другие тенденции — альпинистов привлекает именно сложность маршрута, недоступность вершины.
— Почему вы предпочитаете сольные восхождения?
— Это самое серьёзное испытание.
— Но не слишком ли это легкомысленно — постоянно рисковать жизнью, испытывать судьбу?
— Я живу очень напряжённо и очень хорошо осознаю, что значит — жить. Что будет с нами завтра, не знает никто, Чувство полной защищённости — иллюзия. Это я понял, занимаясь альпинизмом, потому что постоянно подвергал себя опасности. Но я делал это не легкомысленно, напротив, я всегда знал, на какой риск иду. Степень риска в альпинизме можно просчитать, важно быть хорошо подготовленным.

Без страховки и в одиночку

— Риск действительно можно просчитать? В горах часто бывают неожиданные обстоятельства — быстрая смена погоды, камнепад, лавины.
— Многое можно предугадать. Вероятно, со стороны мои «опыты» действительно выглядят легкомысленными, но это не так. Я — типичный швейцарец, очень осторожный и организованный. Например, лезть по такому маршруту как Экскалибур (Экскалибур — 350 метров отвесной стены в Бернском Высокогорье, — прим. ред.) обыкновенному человеку представляется безумием. Мне вначале стена показалась абсолютно гладкой, потом я начал изучать скалу и увидел, что у неё есть определённая структура, неровности, за которые можно уцепиться. Я мысленно создал себе план и, в конце концов, уже не раздумывал, какое сделать движение. Все было доведено чуть ли не до автоматизма. Я мог бы совершить этот путь с закрытыми глазами, все сложные места я знал наизусть и мог бы нарисовать их на бумаге. Хорошая подготовка даёт чувство полного контроля над ситуацией.
Надо заметить, что прежде чем лезть по Экскалибуру без страховки и в одиночку, Ули Штек пять раз поднимался туда со страховкой, изучая каждый шаг, каждую шероховатость камня, простукивая скалу, как врач простукивает грудную клетку пациента.
Во время подъёма на Экскалибур Ули был очень сосредоточен. Никаких посторонних мыслей!
Бывают ситуации, когда существует только секунда, только — сейчас! В такие моменты концентрация становится медитацией. Совершая восхождение в сольном стиле, всегда можно — в крайнем случае — зацепиться за крюк и ждать помощи; в стиле фри соло (без страховки) нет никаких вспомогательных средств, расчёт только на свои собственные силы. Для этого нужна не только блестящая физическая подготовка, но, прежде всего, гибкая психика, способная мгновенно приспосабливаться к разным ситуациям.

«Я отношусь к горам с глубоким уважением»

На Экскалибуре за Ули наблюдали серны. На тренировочные подъёмы он брал для них соль, и со временем животные стали почти ручными и подходили совсем близко — на полметра. Эти несколько серн совершали подъём вместе с Ули и вместе с ним спускались по Экскалибуру. Но карабкаться по маршруту экстремального альпиниста животные не могли — конечно, они отличные скалолазы, но не такие цепкие, как Штек.
В маленькой пещере в скале Экскалибура он оставил свой нефритовый амулет — подарок друга-ювелира — в качестве благодарности горе за то, что чрезвычайно сложный и опасный подъём прошёл удачно.
— У меня создалось впечатление, что вы почти персонифицируете горы, они для вас не столько камни, сколько что-то живое.
— Для меня вся природа — живая, горы — это не просто мёртвая масса. Я отношусь к горам с глубоким уважением.
— С какими горами вас связывают особенные отношения?
— Каждая привлекательна по-своему. Но я знаю, что не могу покорить каждую вершину на Земле — у меня элементарно не хватит времени. Почему я иду именно на какую-то определённую гору, трудно сказать, это зависит от многих факторов, в том числе и от случайностей. Иногда для меня имеют притягательную силу горы, на которых я не был, может, даже никогда не видел. Иногда, напротив, горы, с которыми у меня уже выстроены отношения — например, Макалу или Аннапурна.

Трагедия в Гималаях

Аннапурна в Гималаях — первая гора-восьмитысячник, на которую было совершено восхождение. На Аннапурне Ули был дважды, и оба раза ему пришлось прервать экспедицию. В 2007 году — из-за упавшего на него камня, вдребезги разбившего защитный шлем. Тогда он потерял сознание, не удержался на скале и падал целых 300 метров. По чистой случайности все обошлось благополучно. В 2008 году — из-за одной трагической истории в Гималаях на Южной стене Аннапурны. Ули Штек и его швейцарский друг-альпинист, с которым он готовил первое восхождение по стене, были в базовом лагере, когда им по рации позвонили сверху, с высоты семь с половиной тысяч метров, и попросили о помощи. У испанца Инья-ки Очоа и его товарища по экспедиции Хории Колибасену началась горная болезнь. Вертолёт, который вызвали дня их спасения, не смог лететь выше базового лагеря, он вибрировал и с трудом удерживался, чтобы не опрокинуться в ущелье. Ули Штек взял необходимые лекарства и начал пробираться наверх, в ночь, в снегопад. Когда через трое суток Ули поднялся к альпинистам, И ньяки уже не мог двигаться. На Хорию подействовали лекарства, которые принёс с собой Штек, и он нашёл в себе с-1лы спуститься самостоятельно. Ули дза дня колол Иньяки, постоянно консультируясь по рации с врачом в Швейцарии, но испанцу уже ничего не помогало. Когда он умер, Ули похоронил его, опустив тело в расщелину.
За оказание помощи альпинистам Ули, ребята из интернациональной экспедиции (из них несколько русских) и шерпы (представители народности, живущей в Восточном Непале) получили золотые медали испанского правительства «За заслуги в спорте». Ещё одну медаль Штеку вручили в 2009 году, это был французский Piolet d'or — «Оскар» альпинистов.
— У вас есть несколько наград, не правда ли? Например, медаль испанского правительства.
— Я её в глаза не видел. Это же совершенно нормально, когда находишься наверху, и человек там оказался в беде, нужно ему помочь. Именно я должен помочь. Я не поехал на награждение, меня это вообще не интересует. Немыслимо, что за помощь можно награждать, в этом кроется какая-то проблема нашего общества.
— Но вам же пришлось прервать ваш проект в Гималаях, а он требовал огромной подготовки! И вы долго в очень тяжёлых условиях поднимались к Иньяки наверх!
Ули молчит. Ему не хочется говорить на эту тему…

«Стена смерти»

— Ещё одна ваша награда — «Айгер» — за рекорд на Северной стене. Что значит для вас эта гора?
— Айгер для меня особенная гора, я был там уже раз 30 — имею в виду только Северную стену. И поэтому у меня от Айгера много впечатлений, разных, но очень позитивных, и это даёт чувство чего-то хорошо знакомого, близкого. Прекрасное ощущение! Айгер — гора, на которой я чувствую себя как дома.
Айгер — одна из трёх стоящих рядом знаменитых гор Бернского Оберланда
— Айгер, Менх и Юнгфрау. От вершины Юнгфрау берет начало самый большой в Европе глетчер — Алетч, ледниковая пустыня длиной 24 километра. На Юнгфрау ведёт самая высокогорная в Европе железная дорога, она-то отчасти и определила популярность Северной стены Айгера. Её ещё называют «стеной смерти». Это сложнейший маршрут в Альпах, требующий не столько лазания по камню, сколько ледолазания, совершенно особой техники. После очередного смертельного случая при попытке покорения Айгера Бернский суд даже ввёл запрет на подъём по Северной стене. Правда, через несколько месяцев его отменили. Только самые опытные альпинисты могут покорить Айгер. При этом подъём занимает около двух дней. Ночуют смельчаки, привязанные страховочными верёвками к скале, сидя на небольших уступах, которые стена заботливо приготовила для своих редких гостей.

Скорость

В 2003 году один южный тиролец поднялся по Северной стене Айгера за четыре с половиной часа. Это заставило Ули Штека задуматься: как можно 1800 метров скал и льда преодолеть за такое короткое время? В феврале 2007 года он два раза лазал на стену, чтобы лучше её изучить, потом совершил подъём по классическому маршруту альпиниста Андреаса Хекмайера и добился рекордного времени: 3 часа 54 минуты!
Проанализировав свой рекорд, Штек понял, что не использовал свои возможности по максимуму. Через год он подготовился к следующему восхождению — и оно стало сенсацией. Отказавшись от страховочной верёвки (экономия на весе и на времени, которое тратится на страховку), к тому же похудев на пять килограммов, Ули буквально взлетает по «стене смерти», побив свой собственный рекорд — за 2 часа 47 минут 33 секунды.
Ули Штек знаменит скоростью прохождения сложнейших маршрутов. Недаром книга о нём так и называется — «Скорость» (Speed).

Боязливый Ули

Для подъёма на Северную стену Айгера существует 33 маршрута, и один из них открыл сам Ули вместе с известным швейцарским альпинистом Штефаном Сигристом. Это наиболее прямой и наиболее сложный маршрут.
— Когда смотришь на фотографин, на которых вы цепляетесь за отвесные скалы над пропастью, создаётся впечатление, будто вам совсем не страшно…
— Я очень боязливый человек. Страх — важное чувство. Если человек не испытывает страха, он может себя переоценить и совершить ошибку, которая будет стоить ему жизни. Страх помогает выжить, особенно в нашей профессии, помогает хорошо подготовиться к походу, правильно оценить ситуацию. Но я действительно очень осторожный и даже боязливый. Вот вы смеетесь, но это именно так. Даже в повседневной жизни! Я — типичный швейцарец, очень ответственно смотрю на вопросы безопасности, это имеет отношение и к разным видам социального страхования и пенсионного фонда или мыслям о будущем.
— На велосипеде в шлеме ездите?
— Ну, нет, не настолько. Но вот, например, жутко боюсь ходить по тёмным закоулкам в городах. И это несмотря на то что бегаю я быстро.

Слишком просто — это не для меня!

— Что вы особенно цените, когда возвращаетесь из походов в горы?
— Наверное, комфорт, особенно когда попадаю домой после долгой экспедиции. Не мёрзнуть, выбираясь утром из кровати, выпить чашку горячего кофе — это же просто здорово! Но потом наступает момент, когда я должен выйти из комфортного состояния, когда я должен уйти, потому что оставаться дома — это слишком просто. Это — не для меня.
Пора заканчивать беседу. Ули Штеку надо подготовиться к докладу, который начнётся через час в зале стеклянного павильона. Ули будет рассказывать о своих восхождениях, показывая на мониторе фотографии и видеоролики. Эти доклады, в которых картинки значительно выразительнее слов, — его основной заработок.
Я пошла к выходу по центральной дорожке частного парка в английском стиле — к высоким воротам с железной кованой решёткой. Они оказались плотно закрытыми, и мне пришлось найти место, где кирпичное обрамление ворот соединялось с проволочной оградой. Въезд в парк, конечно же, просматривался видеокамерами, но я обернулась и, убедившись, что поблизости никого нет, перелезла через ограждение. В сольном стиле и без страховки.

Журнал: Тайны 20-го века №12, март 2011 года
Рубрика: Сильные духом
Автор: Алина Тукалло, Базель, Швейцария

Метки: биография, Тайны 20 века, горы, Швейцария, рекорд, альпинизм, спорт, скорость, Штек




Исторический сайт Багира Гуру, история, официальный архив; 2010 — . Все фото из открытых источников. Авторские права принадлежат их владельцам.