Исторический сайт

Багира

Пятница, 08 17th

Последнее обновлениеЧт, 16 Авг 2018 3pm

Орели-Антуан де Тунан: Король без королевства

Журнал: Тайны 20-го века №18, май 2016 года
Рубрика: Забытые имена
Автор: Андрей Быстров

Группенфюрер Луи XVI

Фото: король Тунан авантюрист АргентиныНачнём с литературного примера, имеющего непосредственное отношение к нашей теме. У Станислава Лема есть сборник «рецензий» на вымышленные книги (сюжеты которых тоже придуманы самим автором) под названием «Абсолютная пустота». Одна из этих псевдорецензий приходится якобы на роман «Группенфюрер Луи XVI». Автор замечает: «Написать этот роман уже не успею, а не писать жалко, вот и подаю в таком сжатом виде». Какие же события могли бы развернуться в этой книге, будь она все же написана?
Итак, действие происходит вскоре после окончания Второй мировой войны. Группенфюрер Зигфрид Таудлиц бежит из разгромленного рейха в Аргентину, прихватив сундук, доверху набитый долларами, в сопровождении группы сторонников и разного рода авантюристов. Там он организует экспедицию вглубь аргентинской сельвы, выбирает место среди древних руин и начинает строительство некоего города, наняв местных рабочих. Понемногу вырисовываются контуры режима, о котором мечтал Таудлиц. Он задумал ни много ни мало воспроизвести французское государство эпохи блистательной монархии, себе же отвёл роль новоявленного Людовика XVI. Верные ему бывшие гестаповцы вскоре превращаются в маркизов и кардиналов, и Таудлиц ухитряется удерживаться на своём фальшивом троне. При этом он не стремится воплотить свои исторические познания — собственно, Таудлиц ими вовсе не обладает. Его голова забита отрывками не из истории Франции XVII века, а из романов Дюма, которыми он зачитывался в детстве и юности. Все эти фантазии и заменяют ему представления об истории. Достаточно упомянуть имена его «маркизов» — например, де Шартрез, Шатонеф дю Папа… Да это же названия спиртных напитков! В памяти Таудлица их застряло больше, нежели имён французских аристократов. И тем не менее какое-то время его поддельное «королевство» продолжает существовать.
Мы не станем углубляться в перипетии сюжета. У нас задача другая. Мы хотели показать, что могло бы произойти, если бы и впрямь отыскался такой вот полусумасшедший кандидат в короли. Но ведь речь здесь шла всего лишь о фантастической книге, да к тому же ещё и ненаписанной. А подлинная, не книжная человеческая история? О, она порой удивляет такими фокусами, перед которыми меркнет изысканная фантазия Станислава Лема.

Правитель Араукании

Орели-Антуан де Тунен родился 12 мая 1825 года в коммуне Шурньяк во Франции. Отец его был зажиточным крестьянином, весьма тщеславным, и не пожалел денег на то, чтобы дать сыну приличное образование. Орели-Антуан, став адвокатом, лично приспособил к своему имени дворянскую приставку «де». Он исходил из каких-то сомнительных легенд о том, что семейство Тунен ещё до римских завоевателей имело княжеский титул в этих местах. Понятно, что со столь «славным фамильным прошлым» молодому адвокату не очень-то улыбалось до конца дней просидеть в юридической конторе. У него созрел дерзкий план — отыскать какую-нибудь отсталую народность и возглавить её. И вот он прочёл об Араукании, которая показалась ему подходящей во всех отношениях.
Араукания — это довольно обширная область вдоль границ Чили и Аргентины, возле Патагонии. Арауканцы жили небольшими племенами, занимались охотой, скотоводством, конокрадством, немного земледелием. Были они народом воинственным и храбрым, частенько нападали на соседей, особенно на чилийцев, грабили, угоняли скот. А чилийцы бросались вдогонку и убивали каждого арауканца, кого настигнут. Силы были неравны, но арауканцам и в голову не приходило объединить племена и теснить враждебных соседей. Словом, Орели-Антуан решил, что тут ему есть где развернуться. Целый год он готовился к великому предприятию — изучал арауканские наречия, через дипломатические каналы искал связи с вождями племён. А в один прекрасный день продал свою адвокатскую контору и на английском корабле отбыл в Южную Америку.

Знаете ли вы что…

Широко известна крылатая фраза из трагедии Шекспира «Ричард III»: «Коня! Коня! Полцарства за коня!». В английском оригинале король Ричард III предлагает ровно вдвое больше, то есть все свои владения.

Встретившись с вождями, де Тунен без особого труда убедил их в преимуществах и выгодах единого королевства. Но кто станет королём? Конечно же, он сам, в подтверждение чего и выпустил манифест, гласивший: «Мы, герцог (!) Орели-Антуан де Тунен, принимая во внимание, что племена независимой Араукании в интересах общего благополучия желают объединиться, сим заявляем о нижеследующем. Араукания становится королевством, герцог Орели-Антуан де Тунен избирается королём. Королевские указы имеют силу закона…». Ну и так далее, но это уже детали, касавшиеся налогов. Подпись — «Араукания, 1860 год, ноябрь 17, Орели-Антуан I».
Собрание вождей встретило манифесте восторгом, благо ни один из них не умел ни читать, ни писать, а из объяснений адвоката насчёт налогов они мало что поняли. А через три дня появился новый манифест, с одобрения теперь и патагонцев. «С сегодняшнего дня Патагония присоединяется к нашему Арауканскому королевству на условиях, указанных в нашем манифесте от 17 ноября. Орели I». Вот-вот, именно Патагония! Вспомните Жюля Верна. Как раз приблизительно в те времена в Патагонии странствовала экспедиция Гленарвана в поисках капитана Гранта. Наверное, если бы король Орели встретился с её участником, неугомонным географом Паганелем, изучившим по недоразумению португальский язык вместо испанского, они бы поняли друг друга… Словом, вожди приняли и этот манифест на ура. Пока все шло как по маслу.

Неунывающий монарх

Однако вождям захотелось увидеть реальную выгоду от объединения, и они потребовали решительного выступления против Чили. Новому королю осталось только собирать силы, чем он и занялся. Чилийцам не слишком-то понравилась эта пограничная возня, да и сам подозрительный самодержец им симпатий не внушал. Явно пришла пора от него избавляться. Шанс представился очень скоро. Чилийцы подкупили нескольких людей из королевского окружения, и те, улучив момент, схватили монарха и выдали чилийским властям. Но тут встал вопрос: а что, собственно, с ним делать? Месяцами короля держали в заточении и никак не могли найти подходящего для суда параграфа. Все осложнялось тем, что легитимность чилийцев в отношении Орели вызывала сомнения, ведь что бы он ни натворил, это происходило не на их территории… Решили попросту посадить его в сумасшедший дом, а уж оттуда де Тунена вызволил французский консул и отправил на родину.
Во Франции многие пожимали плечами по поводу странной фигуры «короля без королевства», но Орели это не слишком смущало. Он энергично продолжал будоражить общественное мнение. Манифесты, декларации, воззвания, газетные статьи, обращения и прокламации сыпались из-под его бойкого пера регулярно — он призывал Францию помочь ему вернуть законный трон. А чтобы покрыть связанные с этим расходы, король Орели I объявил подписку на 30 миллионов франков. Само собой разумеется, никто не подписался ни на сантим, и королю приходилось с трудом добывать в редакциях, удосужившихся издавать его «творения», по нескольку франков на хлеб насущный. Другой на его месте сдался бы, опустил руки… Не таков был король Орели.
Спустя долгих семь лет он все же раздобыл деньги — не 30 миллионов, конечно, а всего три тысячи франков — сел на корабль и вернулся к своим подданным. И что же вы думаете? Вожди племён вновь присягнули ему на верность! Удивлению и возмущению чилийцев не было предела. 1 февраля 1870 года чилийский генерал Пинто послал ультиматум вождю Квилапану («военному министру» в правительстве Орели) с требованием в двухнедельный срок выдать короля. Ответа не последовало. Тогда Пинто выслал батальоны. Видя, что дело плохо, Орели бежал и на первом попавшемся судне вернулся во Францию.

Третья попытка

И снова де Тунен не пал духом, возобновив свою 30-миллионную подписку (правда, с прежним результатом). Однако ему удалось убедить четырёх французских богачей финансировать своё предприятие. Де Тунен накупил оружия и начеканил монет с надписью на одной стороне «Орели I, король Араукании и Патагонии», а на другой — Nouvelle France, 1874 (то есть дал своему королевству название «Новая Франция»). Летом 1874 года он прибыл в Латинскую Америку под именем Джона Пратта, поскольку был объявлен в Чили персоной нон-грата. Орели был сразу опознан, как только сошёл с корабля в городе Баия-Бланка в Аргентине, после чего его немедленно депортировали обратно во Францию.
От дальнейшей борьбы Орели отказался. Силы оставляли его, надежды добыть денег больше не было. Он тяжело заболел и скончался в больнице в Туртуараке 17 сентября 1878 года.
Казалось бы, здесь можно поставить точку в истории нелепой авантюры короля Орели I, но остаётся добавить ещё вот что. Перед кончиной Орели позаботился о династии и назначил преемником племянника Лавьярда. Тот и взошёл на эфемерный трон дядюшки, но не в Араукании, а… у себя дома, в Реймсе, под именем Ахилла I. Государственная деятельность наследного монарха исчерпывалась тем, что он раздавал ордена разных степеней каждому, кто пожелает, а вернее, кто заплатит. Жаждущих получить эти правительственные знаки отличия находилось, надо полагать, немного. Едва ли «король» Ахилл обогатился таким образом.





Вконтакте



Facebook



Подписка на обновления

Введите ваш адрес:


Твиттер
Google+
Вы здесь: Главная Тайны истории Америка Король без королевства