На рубеже III-II тысячелетий до нашей эры в Сибири, а потом и на территории Восточно-Европейской равнины появились неизвестные племена, которые умели замечательно обрабатывать бронзу и привели с собой косматых низкорослых коней. Они не оставили ни единого поселения. Только могилы, но, в основном, с кенотафами или не поддающимися идентификации костями.

Сейминско-турбинский культурный феномен

Сейминско-турбинский транскультурный феномен - что это?

Первые артефакты неизвестного народа учёные нашли ещё до революции. 23 июля 1912 года солдаты 37-го пехотного Екатеринбургского полка, расквартированного вблизи станции Сейма под Нижним Новгородом, занимались рытьем окопов. Они и выкопали позеленевший от времени древний топор. Штабс-капитан Конев и поручик Гринько мгновенно забыли об окопах и приказали роте начинать археологические раскопки.

Неведомый народ

За пару часов изнурительной работы солдаты извлекли из земли два топора, ничем не отличавшихся от первой находки, два ножа, кремниевые наконечники стрел и листовидный наконечник копья. Офицеры были людьми образованными, так что о случившемся тут же было донесено в Нижегородскую учёную комиссию. Комиссия возложила ведение раскопок на штабс-капитана Конева. За месяц изысканий пехотинцы выкопали ещё один топор, все те же кремниевые наконечники стрел, бронзовые наконечники копий, кремниевые ножи и… два кольца из бледно-зелёного нефрита. Все артефакты штабс-капитан зарисовал, как мог, указал в донесениях даты находок и что всякий раз они состоят из четырёх разновидностей оружия — топора, наконечника копья, ножа и кремниевых наконечников стрел, как если бы это был арсенал одного владельца. Конев был абсолютно прав: его солдаты случайно наткнулись на некрополь бронзового века.
В том же 1912 году, но в двух тысячах километров от Сеймы, в каменоломне вблизи деревни Бородино бессарабские крестьяне нашли серебряный клад. Точнее, серебряными были только наконечники копий, имевшие вильчатую форму, топоры и наконечники копий ничем не отличались от найденных в Сейме. Клад тут же попал в Одесский музей и наделал много шума в тогдашней прессе. В науке он известен как Бородинский клад. Год спустя одесский археолог Штерн сделал по поводу находки обстоятельный доклад на Международном конгрессе историков в Лондоне. О находках в Сейме он ничего не знал.
Схожесть вещей из Сеймы и Бородинского клада первым отметил археолог Городцов, который приехал в Нижний Новгород после варварских раскопок Трофимова. Огромное расстояние, разделяющее места находок, его не смутило. Более того, в качестве третьей точки, где встречаются подобные вещи, он назвал Сибирь. Правда, без конкретного местоположения. Очевидно, на эту связь его натолкнула находка нефритовых колец. А между тем, за два десятка лет до находок в Сейме аналогичные артефакты были найдены гораздо ближе — на Шустовой горе около уральской деревни Турбино — и благополучно покоились в Екатеринбургском музее Общества любителей естествознания. С сейминскими находками их связал археолог Спицын, опубликовавший рисунок рукояти ножа, украшенной тремя архарами, и был этот нож удивительно похож на такой же, но из Сеймы. И украшали его не горные бараны, а лошади.

Транскультурный феномен

Но раскопками на Шустовой горе занялись уже после всех катаклизмов, обрушившихся на бывшую Российскую империю, — в 1924 году. Копали до 1935 года и пришли к выводу, что находки из Сеймы и Турбино настолько похожи, что впору говорить о сейминско-турбинской археологической культуре. Только вот беда: между Сеймой и Турбино расстояние по прямой превышает 800 километров, а по воде и все 2000, как до бессарабской деревни Бородино.
После раскопок 1935 года археологи пришли к мысли, что и на Шустовой горе обнаружен некрополь, тоже без костей и — что ещё примечательнее — без погребальных сосудов. Раскопки в Турбино велись вплоть до 1960-х годов, но там так и не нашли ни костей, ни погребальных урн. Зато за 25 лет исследований были найдены все те же топоры, ножи, бронзовые кинжалы, наконечники стрел и копий, некоторые из наконечников копий были вильчатыми, как бессарабские, и тоже из серебра.
Стало ясно, что артефакты принадлежат одному и тому же народу. На недолгое время для этих артефактов появилось даже название — сейминско-турбинская культура, но потом от него пришлось отказаться. В археологии культурой принято называть памятники, которые существуют в одно и то же время на какой-то территории. Но жители соседних поселений в то время не умели обрабатывать металл. Не то чтобы использовать, как эти неведомые металлурги, добавление мышьяка для легирования бронзы. Следовательно, контакты с соседями были ограничены, и металлурги были из пришлых. А когда, кроме Сеймы, Турбино и Бородино, были найдены точно такие же артефакты и в Решном, и на Печоре (Канинская пещера), и за Уралом, в Ростовке и Сатыге, пришлось переименовать сейминско-турбинскую культуру в сейминско-турбинский транскультурный феномен.

Люди с востока

Существование сейминско-турбинского транскультурного феномена было относительно скоротечно. Во II тысячелетии до нашей эры его носители перевалили из Сибири за Урал и распространились до Балкан на юге и Финляндии на севере. Мы знаем, что это были группы воинов. Знаем, что они были одеты в доисторическую пластинчатую броню, собранную из обработанных костных пластин, что они были вооружены копьями с бронзовыми вильчатыми наконечниками. Некоторые копья были к тому же снабжены крюками. У них были луки, ножи и боевые топоры. Топоры тоже делались из бронзы.
Некоторые украшения на рукоятях ножей дают повод для размышления: там изображён воин на лыжах, который держится за поводья лошадки. Учёные считают, что пришельцы использовали лошадей как вьючное животное, а в зимнее время передвигались по замёрзшим рекам не верхом, а рядом со своим гужевым транспортом. Летом, как делали и другие мигранты, сплавлялись на лодках. С туземцами они справлялись легко, поскольку имели передовое оружие. В одном из некрополей нашли принадлежавшие им литейные формы. Почему они двинулись вдруг на запад, что их выгнало из родных Саян — большой вопрос. Интересно, что на западе своих поселений они так и не основали. Все, что от них осталось, — клады и некрополи.
О последних стоит сказать особо. Для того времени погребения без керамики почти нонсенс. Глиняные сосуды использовались как урны, если тело сжигалось, или же — как вместилище пищи, которая необходима умершему в загробном мире. Но в этих погребениях ничего подобного нет. И редкие кости всегда практически уничтожены — либо полностью обуглены, либо разбиты на мелкие осколки. По одной из версий, это сделали те, кто ненавидел своих врагов и после смерти. По другой — таков был их погребальный ритуал. По третьей — о телах вовсе не беспокоились, хоронили только оружие, причём в особых, священных для этого народа, местах. Скажем, пока что все три версии имеют право на существование. Но не факт, что хоть одна из них истинна.

Пришедшие ниоткуда

Спицын некогда назвал этих древних воинов «замечательной восточной культурой, простиравшей своё влияние как на запад, так и на север России, и на Сибирь», но за сто лет вопрос об этнической принадлежности переселенцев так с мёртвой точки и не сдвинулся. Да, вдруг взяли и пришли. Лошади у них были низкорослые и косматые, горные бараны, украшавшие их ножи, водятся только на Алтае, в Саянах, на восточном Тянь-Шане. «Портреты» лыжников имели явно монголоидные черты. Казалось бы, в XXI веке несложно провести генетические исследования и узнать, наконец, кем же были древние металлурги. Увы! То, что от этих мигрантов осталось, генетическому анализу не подлежит.
Поэтому выдвигается, как всегда, несколько версий их происхождения. Некоторые учёные считают, что древние металлурги были не монголоидами, а индоиранцами. Другие — что они были тохарами. Третьи — что они относились к финно-угорским племенам. Четвёртые — что они пришли из Кореи на Алтай, а с Алтая в Европу. Пятые — что направление миграции выбрано неверно, и шли они не с востока на запад, а с запада на восток. Шестые — что неправильно определён сам состав переселенцев, и на самом деле они состояли из двух этнических элементов — алтайских племён, освоивших металлургию и коневодство, и таёжных охотников и рыболовов. Словом, сейминско-турбинский транскультурный феномен ждёт своих исследователей. Дерзайте!

Журнал: Загадки истории №50, декабрь 2020 года
Рубрика: Исчезнувшие цивилизации
Автор: Николай Котомкин

Метки: Загадки истории, Алтай, Сибирь, племя, археология, кочевники, культура, бронза





Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010 —