В советской историографии термин «женский батальон смерти» был прочно привязан к истории взятия Зимнего дворца и бегства главы Временного правительства Александра Керенского в женском платье. Сам женский батальон представлялся как отчаянная попытка буржуазии отстоять свою власть при помощи любых средств, даже если для этого необходимо поставить «под ружьё» женщин. В настоящей истории женских подразделений, появившихся в русской армии в 1917 году, значительно меньше фарса и значительно больше трагизма.

Мария Бочкарёва: Подлинная история женских батальонов

Батальоны смерти - как воевали русские женщины в Первую мировую

Дочь крестьянина

Появление женских батальонов в первую очередь связано с именем Марии Леонтьевны Бочкаревой. Крестьянка из Новгородской губернии, Мария в детстве вместе с родителями перебралась в Сибирь в поисках лучшей доли. Но выбраться из нищеты им не удалось. В 15 лет Марию выдали замуж за Афанасия Бочкарёва, который был на восемь лет её старше.
Супружеская жизнь у пары, проживавшей в Томске, не заладилась по обычной для России причине — муж беспробудно пил. Утешение Мария нашла в объятиях Якова Бука, еврея-мясника.
В 1912 году, когда Марии исполнилось 23, её возлюбленного осудили за разбой и отправили в ссылку в Якутск. Молодая женщина, проявив характер, отправилась вслед за ним. В Якутске пара открыла мясную лавку, однако основным ремеслом Бука оставался бандитизм. Судя по всему, любовница прекрасно знала об этом и даже принимала посильное участие в криминальном бизнесе.
Вскоре полиция снова задержала Бука, отправив его в удалённый якутский посёлок Амгу. От тоски любовник Марии запил, и на сей раз их отношения завершились.

Крест за мужество

Куда бы завела кривая дорожка Марию Бочкарёву, неизвестно, но 1 августа 1914 года началась Первая мировая война. 25-летняя женщина, вернувшись в Томск, обратилась к командиру 25-го резервного батальона с просьбой зачислить её в регулярную армию. Командир предложил ей должность сестры милосердия, но Бочкарёва заявила, что желает сражаться с оружием в руках.
Устав от назойливой просительницы, комбат посоветовал женщине то, что всегда советуют в России в таких случаях, — обратиться «наверх».
Последние деньги Мария Бочкарёва потратила на телеграмму императору и получила… положительный ответ.
Бочкарёву, которая просила сослуживцев называть её Яшка, зачислили в подразделение, которое вскоре отправили на фронт.
На насмешки и приставания Яшка не обращала никакого внимания — женщину, жившую с мясником, промышлявшим бандитизмом, трудно было чем-либо смутить или напугать.
А на фронте Бочкарёва очень быстро заслужила уважение отчаянной храбростью и стойкостью. Шутки в её адрес прекратились сами собой. Она вытаскивала раненых товарищей с поля боя, ходила в штыковые атаки, была несколько раз ранена и удостоена Георгиевского креста, а также трёх медалей. К 1917 году она была произведена в старшие унтер-офицеры.
Для Марии Бочкарёвой война стала главным смыслом жизни. Происходящие вокруг перемены и революционные брожения она не понимала и не принимала. Призывы к прекращению войны, братания с противником казались унтер-офицеру Бочкарёвой совершенно немыслимыми.

Женские батальоны как орудие пропаганды

После Февральской революции 1917 года Временное правительство объявило о верности союзническим обязательствам и провозгласило лозунг «Война до победного конца».
Лозунг этот популярностью не пользовался. Солдаты устали от войны, а на фоне революционных событий в частях начинался самый настоящий развал.
Временное правительство судорожно искало способы для укрепления боевого духа войск. Имя Марии Бочкарёвой к тому времени гремело по всей стране и пользовалось уважением. Один из лидеров Февральской революции Михаил Родзянко, отправившийся в апреле 1917 года на Западный фронт с непростой миссией агитации за продолжение войны, пожелал встретиться с Бочкарёвой. Переговорив с ней, политик забрал Бочкарёву в Петроград для участия в агитации.
На заседании съезда солдатских депутатов Петросовета Мария Бочкарёва впервые высказала идею о создании женских добровольческих батальонов.
Во Временном правительстве сразу ухватились за эту мысль. Женщины, добровольно взявшие в руки оружие и сражающиеся с врагом, своим примером должны воодушевить упавших духом мужчин — посчитали министры. Бочкарёву отвезли к Верховному главнокомандующему Алексею Брусилову. Генерал, под командованием которого был осуществлён знаменитый прорыв, большого энтузиазма от идеи не испытывал, но тем не менее пообещал помощь в формировании подразделения, если на то будет решение правительства.

Женский призыв

Количество добровольцев, откликнувшихся на идею, измерялось несколькими тысячами. Среди них были женщины, которые, как Бочкарёва, оказались в армии по специальному разрешению императора, выходцы из казачьих семей, а также семей военных. Немало было представительниц дворянских семей, учительниц, курсисток.
21 июня 1917 года на площади у Исаакиевского собора состоялась торжественная церемония вручения новой воинской части белого знамени с надписью «Первая женская военная команда смерти Марии Бочкаревой». Окончательно положение «О формировании воинских частей из женщин-добровольцев» было утверждено 29 июня.
С июня по октябрь 1917 года был сформирован целый ряд женских подразделений: 1-й Петроградский женский батальон смерти, 2-й Московский женский батальон смерти, 3-й Кубанский женский ударный батальон, Морская женская команда, Кавалерийский 1-й Петроградский батальон Женского военного союза, Минская отдельная караульная дружина из женщин-доброволиц. Из этих подразделений в действующую
Армию были направлены лишь три первых батальона, из которых в бою побывало только подразделение Марии Бочкарёвой.
На фронт женский батальон отправился 23 июня 1917 года, пройдя напоследок торжественным маршем по Петрограду. 27 июня 200 женщин прибыли в тыловые части 1-го Сибирского армейского корпуса 10-й армии Западного фронта в район Новоспасского леса, севернее города Молодечно, что под Сморгонью.
Для самой Марии Бочкарёвой специфическое отношение солдат-мужчин было делом привычным, но для многих её подчинённых насмешки, оскорбления и домогательства стали шоком.
7 июля 1917 года батальон, включённый в состав 525-го Кюрюк-Дарьинского пехотного полка 132-й пехотной дивизии, занял позиции на правом фланге полка у местечка Крево. 9 июля должно было начаться наступление Западного фронта, на успех которого Временное правительство делало большую ставку.
Однако 8 июля германские войска, знавшие о планах русских, нанесли упреждающий удар. 525-й полк оказался на направлении основного удара немцев.
За три дня боёв полк отразил 14 атак противника. Женщины бились наравне с мужчинами и поднимались в контратаки.

От восхищения до ненависти

Генерал Деникин, крайне скептически относившийся к идее женских батальонов, признавал, что подразделение Бочкарёвой проявило исключительный героизм. По воспоминаниям Деникина, в одной из контратак женщины сумели выбить немцев из ранее занятых русских окопов, однако не получили поддержки мужчин.
«И когда разразился кромешный ад неприятельского артиллерийского огня, бедные женщины, забыв технику рассыпного боя, сжались в кучку — беспомощные, одинокие на своём участке поля, взрыхленного немецкими бомбами», — писал генерал.
По свидетельству Марии Бочкарёвой, из 170 женщин-солдат, прошедших пекло этих боёв, 30 были убиты и 70 ранены. Сама Бочкарёва была ранена в пятый раз и полтора месяца провела в госпитале.
По выходе из госпиталя Марии Бочкарёвой, которой присвоили чин подпоручика, новый Верховный главнокомандующий Лавр Корнилов приказал провести смотр женских частей.
14 августа 1917 года генерал Корнилов, исходя из больших потерь, понесённых батальоном Бочкарёвой, запретил создание новых женских батальонов смерти для боевого применения, а уже созданные части предписывалось использовать только на вспомогательных участках.
Не выполнили женские батальоны и главной задачи — мужчин им воодушевить не удалось. Уважением к сражающимся женщинам проникались только те, кто воевал рядом с ними, но даже там, как свидетельствуют воспоминания генерала Деникина, мужчины не рвались вслед за ними в атаку.
В основном же солдаты энтузиазм женщин воспринимали в штыки, посылая в их адрес оскорбления, из которых самым мягким было «проститутки».

Женский батальон на защите Зимнего дворца…

Нельзя обойти вниманием историю пресловутого «женского батальона», защищавшего Зимний дворец во время Октябрьской революции. Речь идёт о 1-м Петроградском женском батальоне смерти, которым командовал штабс-капитан Лосков.
Батальон, размещавшийся в районе станции Левашово Финляндской железной дороги, 25 октября готовился убыть на Румынский фронт. Однако 24 октября батальон внезапно вызвали в Петроград на парад.
Комбат Лосков, знавший о неспокойной обстановке в городе, уже в Петрограде сумел узнать, что батальон планируют использовать для защиты Зимнего дворца от возможного выступления большевиков.
Лосков не хотел вмешивать своих подчинённых в политику и вывел батальон обратно в Левашово, за исключением 2-й роты. Таким образом, в Петрограде осталось 137 бойцов женского батальона.
Силы, которыми располагало Временное правительство в столице, были явно недостаточны для подавления вооружённого восстания. Например, задачу разведения мостов и контроля над ними поручили двум взводам женской роты и юнкерам. Робкую попытку захватить мосты с лёгкостью подавили революционные матросы.
В итоге женская рота заняла оборону на первом этаже Зимнего дворца на участке справа от главных ворот до Миллионной улицы.

Дело о революционном изнасиловании

Как известно, штурм Зимнего выглядел далеко не так красочно, как показано в классическом фильме Сергея Эйзенштейна «Октябрь». Большинство подразделений, остававшихся верными Временному правительству, превосходящим силам большевиков серьёзного сопротивления не оказали. Сдалась и женская рота.
На тему того, что происходило с этими женщинами дальше, спорят до сих пор. Антибольшевистская пропаганда красочно описывала, как женщин из батальона смерти подвергали групповому изнасилованию, резали ножами и выбрасывали из окон.
Подобные слухи, мягко говоря, преувеличены. С другой стороны, полностью отрицать возможность насилия нельзя. Специально созданная комиссия Петроградской городской думы, опросившая женщин из роты, защищавшей Зимний дворец, заявляла: три женщины показали, что подверглись изнасилованию. Ещё одна из женщин-солдат покончила с собой, однако причиной этого шага в своей прощальной записке она назвала «разочарование в идеалах».
Никаких кровавых расправ над женщинами и выбрасывания их из окон Зимнего дворца не было совершенно точно.
Впрочем, некоторые историки полагают, что и обвинения в изнасилованиях, озвученные членами Петроградской думы, были частью информационной войны против пришедших к власти большевиков.
На следующий день после штурма Зимнего женская рота вернулась в расположение батальона в Левашово.

Женские батальоны подлежат расформированию

Ко всем этим событиям Мария Бочкарёва имела лишь косвенное отношение. Среди подчинённых комбата Лоскова были и те дамы, что ушли из-под командования Бочкарёвой из-за установленной ею жёсткой дисциплины. Сама же она в обороне Зимнего дворца участия не принимала.
Большевистское правительство, взявшее курс на выход из войны, не нуждалось в подразделениях добровольцев, желавших продолжать войну до победного конца. Решение о расформировании батальонов было принято 30 ноября 1917 года.
Последним был расформирован 3-й Кубанский женский ударный батальон, который прекратил своё существование 26 февраля 1918 года из-за прекращения снабжения.
Многие бывшие добровольцы женских батальонов влились в ряды Белой армии. В начавшейся Гражданской войне по обе стороны фронта воевало немало женщин, некоторые даже командовали мужчинами, но отдельных боевых подразделений из них не формировалось.
Мария Бочкарёва, распустив свой батальон, отправилась домой, в Томск. По дороге она была задержана большевиками и едва не попала под трибунал за контрреволюционную агитацию, однако помогло заступничество бывших сослуживцев.

Заграничное турне Марии Бочкарёвой

О дальнейшей её судьбе существует несколько версий. Одни утверждают, что она сама вступила в ряды белых, другие настаивают, что участвовать в Гражданской войне Бочкарёва не собиралась, но на неё оказали давление.
Как бы то ни было, Мария Бочкарёва приехала во Владивосток, откуда отправилась в США, дабы агитировать западных политиков за оказание помощи Белому движению.
История её жизни произвела впечатление, в Соединённых Штатах она нашла покровительство влиятельных людей, которые организовали ей аудиенцию у президента США Вудро Вильсона. Журналист Исаак Дон Левин в 1919 году на основе её рассказов выпустил книгу о Бочкарёвой под названием «Яшка».
Из США Бочкарёва переехала в Великобританию, где её принимал сам король Георг V.
Вернувшись в Россию, она из Архангельска добралась до Сибири, где встречалась с Колчаком, который предложил Бочкарёвой сформировать женский военно-санитарный отряд. Яшка согласилась, однако дни самого Колчака уже были сочтены, и формирование отряда даже не начиналось.

Расстрел с неизвестными

Когда Томск заняли части Красной Армии, Бочкарёва сама явилась к новому коменданту города, представилась и сдала свой револьвер. Поначалу её отпустили под подписку о невыезде, но 7 января 1920 года она была арестована, а затем отправлена в Красноярск.
В отличие от первого ареста, сейчас обвинения в «контрреволюционной деятельности» были более весомы — агитационная поездка в поддержку Белой армии в США и Великобританию, аудиенция у Колчака…
Но о всех своих делах и поступках Бочкарёва рассказывала предельно откровенно, что приводило чекистов в некоторое замешательство. К тому же все эти поездки и аудиенции не были прямым участием в войне против большевиков.
Разбирательство по делу Марии Бочкарёвой по меркам Гражданской войны тянулось бесконечно долго. 21 апреля 1920 года Особый отдел 5-й армии постановил этапировать Бочкарёву в Особый отдел ВЧК Москвы для окончательного решения.
Но в это время в Томск прибыл заместитель начальника Особого отдела ВЧК Павлуновский, наделённый чрезвычайными полномочиями.
Павлуновский, ознакомившись с материалами дела, 15 мая 1920 года вынес решение — Бочкарёву Марию Леонтьевну расстрелять.
На обложке дела Бочкарёвой была сделана пометка о том, что приговор приведён в исполнение 16 мая. Но в 1992 году, когда прокуратура России занималась пересмотром дела Бочкарёвой, неожиданно оказалось, что свидетельств её расстрела не имеется.
Есть версия, что журналист Исаак Дон Левин, автор книги о ней, смог добиться её освобождения и вывез Бочкарёву в Харбин, где она вышла замуж за бывшего однополчанина и посвятила себя воспитанию его детей от первого брака. Согласно этой версии, семью Бочкарёвой, которая к тому времени носила другую фамилию, в 1927 году насильственно депортировали в СССР, где она и провела последние годы жизни.
Эта история кажется неправдоподобной. Но разве такой же неправдоподобной не была и вся жизнь Марии Бочкарёвой?

Журнал: Война и Отечество №2, февраль 2018 года
Рубрика: Тема номера
Автор: Алексей Лазарев

Метки: биография, война, женщина, Первая мировая война, георгиевские кавалеры, Война и Отечество, расстрел, Зимний дворец, Керенский, Февральская революция, батальон, Бочкарёва




Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010-