Пётр Козлов: Мёртвый город Хара-Хото

Среди песков южной части пустыни Гоби покоится мёртвый город Хара-Хото. Легенды о нём волновали воображение многих русских исследователей, учёных и путешественников, но первооткрывателем его суждено было стать Петру Кузьмичу Козлову — одному из учеников знаменитого Николая Михайловича Пржевальского.

Фото: мёртвый город Хара-Хото — интересные факты

Портрет героя

Родился Пётр Козлов 3(15) октября 1863 года в городке Духовщина (Смоленская губерния) в семье торговца скотом. В детстве ему часто доводилось сопровождать отца в его поездках в Малороссию. Видимо, тогда в нём и зародилась страсть к путешествиям. Во время случайной встречи со своим именитым земляком Пржевальским совсем молодой Козлов получил предложение участвовать в его четвёртой Центральноазиатской экспедиции. Для этого Козлову следовало поступить вольноопределяющимся в армию, ведь Пржевальский комплектовал свои экспедиции исключительно из числа военнослужащих.
В период с 1883-го по 1926 год Козлов участвовал в шести больших экспедициях в Монголию, Сычуань, Нань-Шань, Восточный Туркестан и Тибет, три из них он возглавлял. Из-под пера Петра Кузьмича вышли книги «Тибет и Далай-лама» и «Монголия и Амдо и мёртвый город Хара-Хото», а также около 70 научных работ.
В 1910 году Козлов в Лондоне познакомился с князем Петром Алексеевичем Кропоткиным, который известен не только как один из столпов русской революционной анархической мысли, но и как учёный-географ и геоморфолог, а также как одарённый историк и публицист. Одним из хороших знакомых Петра Козлова был и знаменитый шведский путешественник Свен Андерс Гедин, предпринявший ряд крупных экспедиций в Среднюю Азию и на Тибет, благодаря которым на карте мира были устранены многие «белые пятна». В одном лишь Тибете Гедин нанёс на карту около 170000 квадратных километров до того не исследованной территории.

Дорога к мечте

Мёртвый город Хара-Хото разные народы называли по-разному. Когда-то он был одним из крупнейших городов Тангутского царства Си Ся (Западное Ся), и тангуты называли его Эдзин. Китайцы звали его Хочжоу или Хэйжунчэн, а уйгурам он был известен как Индикутшари. Имя Хара-Хото дали ему монголы, на монгольском языке это и означало «мёртвый город». Среди российских учёных, проявлявших интерес к поискам Хара-Хото, были Григорий Николаевич Потанин и Владимир Афанасьевич Обручев.
Потанин в 1886 году пересекал пустыню Гоби и в низовьях реки Эдзин-гол остановился на отдых рядом со стойбищем монголов. От них-то русские путешественники и узнали о развалинах какой-то крепости, в незапамятные времена покинутой людьми и засыпанной песками. В записках Потанина имеется лишь указание, что мёртвый город «находится в одном дне пути к востоку от Кунделен-гола».
Обручев побывал в тех местах в 1893 году, говорил с монголами о руинах древней крепости, но сам её так и не увидел.
В 1907 году Пётр Кузьмич Козлов при поддержке Русского географического общества отправился в свою очередную экспедицию. В середине февраля она достигла хребта Гурбун-сойхан («Три прекрасных»), за которым лежало урочище Уголцзин-тологой, в котором располагалась ставка местного князя Балдын-цзасака. Экспедиция простояла в урочище десять дней, и Пётр Кузьмич ежедневно навещал радушного князя.
Поначалу старый Балдын-цзасак отговаривал путешественников идти к реке Эдзин-гол, поскольку дорога туда крайне трудна, но затем, взяв с Козлова обещание никому об этом не говорить, указал дорогу к Хара-Хото и даже согласился дать проводников и вьючных животных.
Путь к мёртвому городу действительно был труден и опасен. Козлов позже писал: «По сторонам ни зверя, ни птички — все абсолютно тихо, только ветер свободно гуляет на просторе, поднимая порою пыльные вихри». Попав в сильнейшую пыльную бурю, путешественники сбились с пути и пять суток блуждали по пустыне. Наконец с высокого увала они увидели древнюю дорогу, вдоль которой стояли наполовину засыпанные песками развалины глинобитных построек — верный признак былой осёдлой культуры. В дневнике Козлова есть запись: «По мере приближения к заветной цели наше волнение все увеличивалось… Мы пересекли древнее сухое русло с валявшимися по нему сухими, обточенными песком и ветром стволами деревьев». Дальше на высоком берегу показались стены заброшенного города. «Мы поднялись на террасу, и нашим глазам представился Хара-Хото во всей внешней прелести».

Знаете ли вы что…

Ещё во III веках до н.э. Низовья реки Эдзин-гол были форпостом Китая — тогда через оазис вдоль реки шла оборонительная полоса, защищавшая Поднебесную от набегов кочевников. Позже здесь стоял город Сихай.

Сокровища «азиатских Помпеи»

Город-крепость в плане являл собой прямоугольник площадью 380 на 450 метров, подобно многим китайским крепостям длинной стороной ориентированный в направлении «запад-восток». Глинобитные стены имели высоту 6-8 метров при толщине у основания 4-6 метров. Внутри крепость была разбита на прямоугольные кварталы. От ворот, расположенных в восточной и западной стенах и несколько смещенных по отношению друг к другу, шли две широкие улицы, которые Козлов условно назвал Центральной и Торговой. Вдоль них стояли ряды небольших глинобитных домишек, когда-то крытых соломой. На крепостных стенах следы бойниц были заметны лишь в немногих местах, зато повсюду стояли субурганы — буддийские памятные строения, надгробные или отмечающие места каких-то важных событий. Значительная часть Хара-Хото не умещалась в крепостных стенах и раскинулась на окружающей равнине.
Козлов разбил лагерь экспедиции прямо внутри крепости, после чего приступил к раскопкам, результаты которых прославили русских географов на весь мир. Были обнаружены рукописи и книги, картины и предметы религиозного культа, датируемые XI-XII веками. Среди найденных путешественниками книг оказалась и знаменитая «Китаб и Синдбад» — рассказы семи мудрецов, а также книга гаданий с рецептами лекарств от болезней лошадей. В одном из субурганов обнаружили красивую улыбающуюся маску, в другом — глаза из стекла, горного хрусталя и топаза, видимо, выпавшие из глиняных статуй, которые давно уничтожило время. Была обнаружена и на редкость хорошо сохранившаяся картина «Явление Амитабхи». Полотно было прикрыто тонкой шёлковой занавеской, накручено на палку и зарыто в сухом песке в субургане, благодаря чему, собственно, столь хорошо и сохранилось. Удалось обнаружить и пачки разноцветных бумажных ассигнаций, которых было написано, что подделывателям непременно отрубят головы.
Все найденные сокровища упаковали в десять больших ящиков и отправили в Санкт-Петербург, а путешественники пошли дальше, на Тибет.
На обратном пути экспедиция снова побывала в Хара-Хото. Долго не удавалось найти что-нибудь новое, пока в одном из субурганов не обнаружили целую библиотеку из свитков, рукописных и печатных книг. Здесь же было множество буддийских образов на полотне и шёлке. Ниже располагались глиняные и деревянные статуи и останки женщины-святой, которой принадлежали все эти сокровища. В числе прочего был найден тангутско-китайский словарь, который дал возможность прочитать все эти книги. Таким образом была открыта блестящая средневековая цивилизация, а тангутам, давно забывшим свой язык и письменность, возвращена яркая страница их истории.

Тангутское царство

Как выяснилось, предки тангутов пришли в эти места с северных предгорий Тибета, теснимые воинственными горцами. Начиная с VII века тангуты были вассальным по отношению к Китаю народом, однако в конце X века восстали и добились независимости. Тангутское царство Си Ся, то есть Западное, было названо в честь древнего государства хунну (гуннов) Ся. Время существования Тангутского царства датируется с 982-го либо 1038-го по 1227 год. Его расцвет приходится на середину XI столетия — время правления возведшего себя в ранг императора Юань-хао. Этот правитель создал огромную полумиллионную армию, основной ударной силой которой было 150 000 кавалеристов — «железных ястребов». При Юань-хао какое-то время среди данников Си Ся была даже китайская Сунская империя. Система государственного управления в Тангутском царстве строилась по сунскому образцу, но в ранг государственной религии был возведён буддизм.
В многочисленных войнах с Китаем тангутам удавалось сохранять свою независимость, но в 1226-1227 годах в их царство вторглась армия Чингисхана, и Си Ся перестало существовать. Впрочем, монгольское завоевание не разрушило цивилизацию тангутов как таковую. Они продолжали жить на своих землях и исповедовать свою религию. Роковым для подвассального по отношению к монголам Тангутского царства стало правление храброго богатыря Хара-Цзянь-Цзюня, который задумал отнять престол у китайского императора. Тот не стал ждать прихода тангутов, а сам послал в их земли большое войско. Китайцы осадили Хара-Хото, но в городе было много продовольственных запасов и через него протекала река Эдзин-гол, так что осада затягивалась.
Тогда некий китайский инженер предложил отвести реку в сторону, чтобы защитники города умерли от жажды. Китайцы вырыли для реки новое русло, старое заполнили песком и мешками с землёй, и тангуты остались без воды. Они принялись рыть колодцы, но, даже достигнув глубины 300 метров, не могли добраться до воды. Осознав неминуемость поражения, Хара-Цзянь-Цзюнь приказал сбросить в колодцы городские сокровища, умертвить своих двух красавиц жён и сына с дочерью. После этого тангуты пробили брешь в стене и вышли в поле для последней битвы. Вся их армия погибла, китайцы ворвались в город, но сокровищ не нашли.
В скором времени опустевший Хара-Хото стали заносить пески пустыни, и он превратился в мёртвый город, навевающий суеверный ужас на местных кочевников.

Журнал: Тайны 20-го века №29, июль 2019 года
Рубрика: Исчезнувшие цивилизации
Автор: Андрей Чинаев





Исторический сайт Багира, история, официальный архив; 2010 —