Японский колониализм — история кровавого ужаса

При упоминании колониальных империй в первую очередь на ум приходят такие маститые поработители, как Англия, Франция, Португалия или Испания. А если учесть печальную многовековую бытность азиатских стран в роли сырьевого придатка белых империалистов, даже мысли не закрадывается, что на Востоке могли быть свои страны-колонисты. А ведь была одна. Маленькая островная империя, явившаяся на мировую арену буквально из ниоткуда и принявшаяся насаждать свои суровые порядки. И это Япония.

Японский колониализм — история кровавого ужаса

Страна-хикикомори

Внешнюю политику Японии до 1853 года можно описать единственным словом — Сакоку. У современных японцев есть понятие «хикикомори». Так называют людей, которые сознательно отказались от любых контактов с внешним миром и предпочли полную социальную изоляцию. Примерно это и случилось в 1641 году, только не в плане одной психически нестабильной личности, а в масштабах всей Японии.
В середине XVI века в диковинную страну на окраине Даль него Востока начали стекаться европейцы — португальцы, испанцы, французы, голландцы. Завязалась оживлённая торговля. Но перемены, которые спровоцировал контакт культур, не радовали правительство сёгуна. Во-первых, потому, что бурный рост экономики на удобренной западными товарами почве спровоцировал зарождение нового социального класса капиталистов-буржуа. Всё бы ничего, но в жилах новоиспечённой элиты текла презренная кровь касты торговцев — одного из низших слоёв японского общества. Окрепшие простолюдины, козырявшие поддержкой западных партнёров, грозили подорвать авторитет дворян-самураев, долгие века бывших единственным правящим классом. Во-вторых, с появлением иностранцев выросло и количество увеселительных заведений, что расшатывало общественный покой. Но преступность была сущим пустяком по сравнению с третьей проблемой — пиратами, обрушившимися на голову Японии с открытием новых торговых путей. В-четвёртых, европейцы привезли с собой доступное огнестрельное оружие, грозившее бросить щедрую пригоршню пороха на старые угли. В те годы Япония ещё не успела оправиться от затяжного периода гражданских войн Сэнгоку, многие феодалы по-прежнему были не согласны с политикой действующего правительства. Европейцы с их пушками и мушкетами могли спровоцировать новый развал едва объединившейся страны.
Светловолосые гайдзины беспардонно нарушали исконный уклад, и консервативно настроенные власти мириться с этим категорически не желали. Последней каплей стали… христиане. В Японию хлынули миссионеры. Многие мятежные феодалы, силясь заручиться поддержкой Запада, принимали христианство и насаждали его среди своих вассалов. Запреты и показательные казни эффекта не возымели. В 1636 году японским подданным запретили покидать страну без соответствующих санкций, а в 1638 году, после подавления восстания крестьян-католиков в Симабаре, сёгунат Токугава выслал с островов всех иностранцев и закрыл границы. Все контакты с внешним миром были обрезаны. Политика самоизоляции Сакоку позволила правительству вернуть контроль над торговлей и общественной жизнью страны и тем самым спастись от посягательств колониальных держав. Но она же стала бичом Страны восьми островов. Вплоть до середины XIX века Япония застряла в Средневековье, став слабой, глубоко отсталой страной. Путь Японии от бедной затворницы до жестокой владычицы обширных территорий был долог, но само преображение заняло считанные мгновения по историческим меркам.

Другие земли

Политика брожения в собственном соку пошатнулась в 1853 году под напором «чёрных кораблей» американского командора Мэттью Перри, который угрозой обстрела Эдо (Токио) принудил сёгуна Иэмоти подписать грабительское Канагавское соглашение, за которым последовал ряд неравных торговых договоров с Россией, Францией и Великобританией. Япония вновь открылась миру, но попала в такую кабалу, что в стране разгорелась смута, вылившаяся в государственный переворот. Итогом войны стала победа сторонников модернизации и возврат реальной власти императору, вошедший в анналы как Реставрация Мэйдзи.
С возрождением былого могущества императорской семьи внешняя политика Японии начала развиваться шагами длиной в сотню ри. Запрет на выезд из страны был снят, порты — открыты для торговли. Япония больше не хотела довольствоваться статусом международного базара: молодой император стремился возродить свою отчизну в образе могущественной торговой державы, способной соперничать на мировой арене с самодовольными капиталистическими воротилами. Но для этого нужны ' были ресурсы. Чтобы их раздобыть, маленькая, но гордая островная империя остро нуждалась в новых территориях.
К концу XIX века, когда внутренние экономические мощности и военный потенциал значительно окрепли, Япония, по опыту старших братьев с Запада, решила расширить сферы влияния за счёт экспансии на континенте. Аннексированные после принятия Конституции Мэйдзи в 1889 году территории, называемые в юридических документах «внешними территориями» (буквально — «другими землями»), получили правовой статус колоний.

Поработить? Японизировать!

Гпония начала развивать собственную колониальную политику слишком поздно, когда устоявшийся миропорядок уже распределил между державами самые лакомые куски географического пирога.
Хотя колониальная политика Японии была выстроена по образу европейской, она имела ряд существенных отличий. Как и Старый Свет, Япония, ранее не имевшая колониального опыта, вводила жёсткий военный надзор на подконтрольных территориях и предпочитала решать вопросы неповиновения грубой силой. Мало различались и методы организации административных структур, законодательные процессы и хозяйственная жизнь.
Но в отличие от западных колонистов, японцы предъявляли свои права только на близко расположенные территории, население которых в цивилизационном плане мало отличалось от жителей метрополии. Обособленность — один из главных признаков колонии, но не в японском колониализме. И если европейцы предпочитали «иноверцев» со слабой государственностью, которые через тумаки быстро усваивали, кто теперь хозяин, Япония аннексировала фактически равные себе государства. Например, Корея, убеждённая в собственном культурном превосходстве, никогда не признавала авторитет Японии, из-за чего в колонии часто вспыхивали восстания. Ещё одна важная особенность японского колониализма — массовая миграция исконно японского населения на подконтрольные империи земли.

Этапы колонизации

Первой японской колонией стал Тайвань. В 1895 году Японо-китайская война подошла к концу. Капитулировавший Китай вынужден был подписать со Страной восходящего солнца неравноправный Симоносекский договор, согласно которому часть территорий Цин отходила Японской империи. Десятью годами позже, в 1905 году, в сферу колониального влияния попала Квантунская область Маньчжурии и южная часть острова Сахалин, в 1910 — Корея, а в годы Первой мировой войны с подачи Лиги Наций — Каролинские, Марианские и Маршалловы острова.
Япония не скрывала притязаний на упомянутые территории. Ещё в XVI веке Тоётоми Хидэёси предпринимал попытку экспансии Тайваня, но из-за яростного сопротивления местных затея провалилась. Даже в 1895 году, когда Тайвань перешёл под власть императорской Хризантемы, новую администрацию встретила настолько ожесточённая партизанская борьба, что в первые годы всерьёз обсуждался вопрос о продаже Тайваня Франции. Японцы, для которых остров стал первым опытом колониального правления, не придумали ничего лучше, кроме как ввести жёсткий военный режим.
В 1898 году, когда надежды на скорую ассимиляцию не оправдались, правление на Тайване было решено организовать по западной схеме: разработать для местных особый свод законов и вооружённой железной рукой следить за их исполнением. Лишь в 1919 году, когда Япония встала на демократические рельсы и обзавелась кое-каким колониальным опытом, на Тайване вступила в силу политика экономического развития с учётом местных особенностей и начались мероприятия по интеграции, «ояпониванию» туземцев. Аналогично дела обстояли с Кореей и Маньчжурией, с той лишь разницей, что постоянные конфронтации с Китаем требовали более сурового контроля на континенте. Несмотря на многочисленные вооружённые восстания и спровоцированную ими диктатуру, в колонизированных регионах быстро начинала развиваться экономика.
После подавления сопротивления со стороны местного населения, дальнейший порядок поддерживала развитая сеть полиции и жандармерии вкупе с яро насаждаемой круговой порукой.
Как только ситуация стабилизировалась, начиналась «инвентаризация» — перепись и перераспределите земельной собственности. Для крестьян это заканчивалось, как правило, конфискацией земли в пользу государства, так как соответствующих документов на владение простые землепашцы предоставить не могли. В некоторых регионах, как, например, в Корее, нехватка пахотных земель, которыми могли распоряжаться крестьяне, усугублялась ещё и тем, что значительная доля наделов оставалась в собственности аристократии. Чтобы не лишиться средств к существованию, люди вынуждены были прибегать к помощи банков — разумеется, японских. За счёт организации прочной финансово-кредитной системы происходило и освоение Южного Сахалина (или префектуры Карафуто, как по-хозяйски любят называть эту область японцы).
Финансы намеренно вливались в регионы, чтобы ускорить их интегрирование в экономику метрополии и подстегнуть процесс заселения новых вотчин японцами. Следующим шагом к культурной ассимиляции стало учреждённое в 1920-х годах повсеместное преподавание японского языка, культуры и насаждение «национальной морали» с одновременным вытеснением местных традиций.
Параллельно с упорядочиванием земельной собственности проходило формирование администрации. По отношению к каждой из колоний парламент принимал Основной указ, регламентирующий права и обязанности зависимых территорий. В 1910 — 1920 годах на всех подконтрольных землях были окончательно сформированы органы местного самоуправления на уровне провинции, города и села, хотя все их решения носили скорее рекомендательный характер.
Географическая близость благотворно сказалась на темпах развития экономики. Скорое налаживание путей сообщения и постройка необходимой инфраструктуры поблизости от источников ресурсов и рабочей силы обеспечивала одинаково быстрый рост промышленности и экономики во всей империи. К вопросу развития промышленности в колониях японские власти подходили основательно. В каждом регионе налаживалась, в первую очередь, наиболее прибыльная отрасль, например горнодобывающая промышленность и чёрная металлургия в Маньчжурии (где уже имелись заброшенные в годы войны тяжёлые предприятия и шахты), сахарное производство на Тайване, сельское хозяйство (в основном, рис) в Корее.
Не располагая достаточными ресурсами для развития военно-промышленного комплекса на островах, метрополия вынуждена была выносить на территории колоний и предприятия ВПК. Одновременно создавались должные хозяйственные условия для обеспечения нужд рабочих и армии. К1936 году в Маньчжурии была выстроена прочная промышленная база — надёжный тыл в предстоящей войне. После этого военные предприятия начали появляться и в других областях.

Всеобщее процветание

Г годы Второй мировой войны император Хирохито провозгласил на подконтрольных территориях политику создания Великой восточноазиатской сферы взаимного процветания, «возглавляемой Японией и свободной от западных держав». Стоит ли говорить, что нацисты горячо поддерживали далёкую союзницу в этом начинании? Был даже согласован план разделения Старого Света между Третьим рейхом, Фашистской Италией и Японской империей по 70° восточной долготы в 1942 году.
Цитируя профессора Токийского императорского университета Ябэ Тэйдзи, «сфера сопроцветания» должная была стать «обширной автономной зоной обеспечения безопасности Японии и снабжения её необходимыми материальными ресурсами». Предполагалось, что в неё войдут Сахалин и Курилы на севере, Восточная Сибирь, Маньчжурия, Монголия, Китай и Тибет на западе, Ост-Индия на юге и океан до Гавайских островов на востоке. Это был уже не колониализм, а военный захват.
К счастью, «процветание» так и не наступило. Помимо колониальных территорий, с 1940 года Японии удалось насадить свои интересы лишь в ряде марионеточных государств на оккупированных территориях — во Внутренней Монголии, в Китайской и Второй Филиппинской республиках, Бирме, Кампучии, Лаосе, Вьетнаме и Таиланде.
1945 год положил конец безумству. Капитуляция Японии во Второй мировой войне лишила её контроля в колониях и на оккупированных землях.
Опыт Страны восходящего солнца в качестве хозяйки колоний был жесток и недолог — всего 50 лет. Но его успехи и неудачи внесли весомый вклад в грядущее «японское экономическое чудо».

Журнал: Запретная история №25, декабрь 2019 года
Рубрика: История Восходящего Солнца
Автор: Аглая Собакина





Исторический сайт Багира, история, официальный архив; 2010 —