XVIII век в истории России называется «век императриц». А все потому, что с 1725 по 1796 год, почти 70 лет, государством правили исключительно женщины. Был подобный период и в истории Османской империи: чуть больше века — с 1550 по 1656 год — женщины играли огромную роль в политике, а наиболее влиятельные из них решали судьбы империи. Это столетие получило название «женский султанат».

Женщины правившие Турцией

Женский султанат Османской империи - список

Реформа гарема

Это была целая эпоха, во многом подготовленная женой Сулеймана I, Хюррем, известной в Европе как Роксолана. Эта удивительная женщина посмела не только безнаказанно нарушать давние османские традиции, но и создавать новые. За 100 лет до Сулеймана султаны Османской империи перестали вступать в законный брак и для продолжения рода довольствовались многочисленными наложницами. В то же время действовало ограничение: «Одной наложнице — один сын», что влекло за собой увеличение численности обитательниц гарема. Ведь детская смертность в те времена была довольно высокой, и, чтобы гарантированно иметь наследников, султан не мог ограничиваться одной наложницей.

Согласно традиции, сыновья султана, достигнув совершеннолетия, отправлялись в провинции — санджаки. Там они становились санджак-беями и под руководством опытных наставников осваивали искусство управления населением и командования войсками. Сыновей сопровождали их матери, а место последних в гареме занимали другие наложницы. Разумеется, такой порядок, при котором мать наследника престола на долгие годы покидала столицу, был на руку только её соперницам, которые получали прекрасную возможность добиться благосклонности султана. Со всеми вытекающими последствиями.

Первой, кто нарушила эту незыблемую традицию, стала Хюррем. Пленив сердце Сулеймана, она отказалась ехать вместе с сыном в провинцию, и султан, уже не мысливший жизни без неё, не стал возражать. Больше того, ещё раньше он придумал для Хюррем особый титул — хасеки, что означает «возлюбленная султана», а затем и официально женился на ней, несмотря на недовольство придворных.

Продолжая нарушать традиции, Хюррем родила не одного, а пятерых сыновей, один из которых впоследствии взошёл на трон. Правда, она не успела стать валиде, то есть получить статус матери правящего султана — второй по значимости в империи, потому что умерла, не дожив и до 60 лет. Возможно, её отравили.

Смена Сулеймана

Новшества, вошедшие в жизнь гарема с подачи Хюр-рем, стали нормой благодаря усилиям её последовательниц: хасеки рожали сыновей столько, сколько могли, и больше не уезжали в провинции, а султаны женились на них, когда им заблагорассудится.

По иронии судьбы, после грозного Сулеймана на престоле оказывались не самые лучшие представители династии Османов. Так, его сын Селим II по прозвищу Пьяница мало интересовался государственными делами: нередко ими приходилось заниматься его жене. Под стать ему были и его потомки: падкий на женщин сладострастник, садист и алкоголик, двое душевнобольных и один лентяй, увлекавшийся охотой.

Сулейман охоте предпочитал войну и, отправляясь в очередной поход, поручал все текущие дела заботам Хюррем. Нурбану, жене тонкого ценителя вин Селима II, заниматься делами приходилось постоянно. Собственно, с неё и началась эпоха женского султаната, в истории которого наиболее яркий след оставили такие незаурядные личности, как Сафие, Кесем и Турхан.

Вчерашние рабыни

В отличие от российских императриц или, скажем, английской королевы, они не были коронованными особами и не могли передавать свою власть по наследству. Напротив, вчерашние рабыни даже свободными становились лишь после заключения официального брака с султаном. Все они были иностранками, по воле случая оказавшимися в чужой стране с иными законами, понятиями и обычаями. Так, Нурбану и Сафие родились венецианками, Кёсем была боснийкой или албанкой, а Турхан — русской по происхождению. В юном возрасте их оторвали от родных, продали в рабство и бросили в омут гаремных страстей. А страсти эти были нешуточными, потому что порой на кону стояла человеческая жизнь. И остаётся лишь поражаться тому, как, не имея никакого отношения к правящей династии Османов, они смогли достигнуть вершин власти в одной из самых могущественных империй своего времени.

Европейское признание

Все в Европе тогда прекрасно понимали, кто на самом деле правит султанатом, и не удивлялись, когда эти гурии принимали иностранных послов, вели дипломатическую переписку и решали важнейшие вопросы внутренней и внешней политики. Правда, под государственными документами для соблюдения приличий чаще всего значилась подпись султана, но сохранились письма этих «теневых властительниц» к иностранным монархам. К примеру, Нурбану долгое время переписывалась и обменивалась подарками с Екатериной Медичи, матерью трёх французских королей, Сафие, фаворитка Мурада III, на протяжении многих лет поддерживала связь с английской королевой Елизаветой I.

Известно, что в 1593 году Елизавета подарила ей свой портрет, украшенный драгоценными камнями. Сафие не осталась в долгу и отправила королеве роскошный наряд, расшитый золотом и серебром. Обмен красивыми безделушками не прекращался, и 6 лет спустя королева преподнесла своей некоронованной «подруге» роскошно убранную карету. Сафие отдарилась ещё одним богатым нарядом и диадемой, инкрустированной жемчугом и рубинами и с удовольствием разъезжала по столице в английской карете, хотя это и вызывало недовольство горожан, приверженных старине. Но именно таким образом ломаются изжившие себя традиции.

Конечно, все эти шаги со стороны королевских особ были не бескорыстными, но они свидетельствуют о том, насколько высоко европейские монархи оценивали роль султанских фавориток. Так, после смерти Нурбану даже ходили слухи о том, будто её отравил генуэзский посол за отказ от союза с Генуей. Генуэзцы понимали, кто именно в Османской империи определяет её внешнюю политику. Гораздо большего успеха при османском дворе добились венецианские послы, которые указывали в своих отчётах преподнесённые Сафие подарки и отмечали, что на её слово можно положиться. К тому же она не ждала подношений, а сама говорила, что ей нужно.

Нурбану и Сафие

Придворная борьба за высокую должность осложнялась жёстким противостоянием между самими жёнами и фаворитками. Судьба распорядилась так, что наиболее значимые из них составили две пары непримиримых соперниц. В одну вошли Нурбану и её сноха Сафие, а во вторую — Кесем и жена её сына Ибрагима, Турхан.

Подчинить своему влиянию Селима II Нурбану оказалось сравнительно нетрудно: она была его фавориткой ещё в то время, когда он управлял Санджаком. Поэтому, став султаном, он безоговорочно доверял её советам.

А вот перед Сафие стояла куда более сложная задача. Во-первых, в наложницы к Мураду её определила не его мать Нурбану, а его сестра. Поэтому Нурбану с самого начала относилась к Сафие враждебно, всячески старалась её принизить и отвлечь от неё своего сына. Во-вторых, с ней соперничали другие наложницы. И их было немало, судя по тому, что Мурад оставил потомство в количестве 20 сыновей и 27 дочерей. А в-третьих, мать была для него непререкаемым авторитетом. Когда она скоропостижно скончалась в 1583 году, он впал в настоящее отчаяние. На её похоронах он шёл рядом с гробом, не скрывая слёз, хотя это и противоречило османским традициям.

Тут-то и пришло время Сафие. Но наибольшего могущества она достигла уже после смерти Мурада, когда на трон взошёл её сын Мехмед. Как мать султана, она беззастенчиво вмешивалась в государственные дела и распоряжалась казной. Зная, что все вопросы решает она, простолюдины и чиновники напрямую обращались к ней со своими жалобами и просьбами, нередко даже на улице, когда она проезжала в своей карете.

Являясь валиде, Сафие скопила немалое состояние. Дело в том, что обитательницы гарема получали денежное содержание, так называемое жалованье, размер которого зависел от их статуса. Так, хасеки получали 1000 и более акче (мелкая серебряная монета) в день, тогда как другие фаворитки только 40. Так вот, будучи матерью султана, Сафие получала 3000 акче даже после смерти сына и значительную часть денег раздавала нищим.

Кесемитурхан

Ещё более жёсткие противоречия раздирали другую пару — мать и жену Ибрагима I.

Первая из них, Кёсем, считается самой влиятельной женщиной в истории Османской империи. Она была женой Ахмеда I, скончавшегося в 1617 году от тифа в возрасте 27 лет. После его смерти Кесем фактически управляла страной при двух своих сыновьях и в общей сложности находилась у власти около 30 лет.

Предметом её особых забот был младший сын Ибрагим, получивший прозвище Безумец. У него и в самом деле были проблемы с психикой, поэтому большую часть своей жизни он провёл в заключении под неусыпной охраной. Вообще-то по закону османов его давно уже должны были казнить как не имеющего права наследовать трон, но всякий раз душевнобольного сына спасала мать. А когда он всё-таки стал султаном, она получила почти неограниченную власть в стране.

Интересы Ибрагима замкнулись на гареме, но и здесь Безумец сумел вызвать недовольство придворных и даже рассорился со своей матерью. В конечном счёте он был свергнут и отправлен обратно в заключение.

Ибрагим не выделял Турхан из толпы многочисленных фавориток, и единственное её преимущество заключалось в том, что она была матерью его старшего сына Мехмеда. И она воспользовалась этим сполна. Хотя и не сразу, потому что на её пути к власти стояла Кесем.

Борьба за регентство при шестилетнем султане была неизбежной, но у его бабушки позиция оказалась гораздо более выигрышной. Турхан же оставалось только собираться с силами: заводить сторонников и ждать подходящего момента. И он настал: в начале 1651 года она узнала, что янычары с согласия Кесем планируют отравить Мехмеда и посадить на трон другого её внука. Этого она допустить не могла. И 2 сентября Кесем была задушена в своих покоях…

Великий визирь

На правах валиде Турхан получила огромную власть. Первым делом она назначила на высшие государственные должности своих сторонников. Кое-кого из прежних сановников пришлось при этом казнить, но таковы уж были обычаи султанского двора. Поскольку никакого опыта управления страной Турхан не имела, ей приходилось доверять советам членов правительства и его главы — великого визиря. Но вскоре стало ясно, что многие из них работают только на свой кошелёк. При дворе процветало кумовство, страна все более погружалась в хаос и неразбериху, в народе зрело недовольство, а янычары готовились устроить очередной мятеж.

И тогда Турхан решила отказаться от управления государством, передав эти полномочия… новому великому визирю, которого решено было искать за пределами дворцового окружения. Требовался авторитетный человек, который бы не был вовлечён ни в одну из противоборствующих группировок при дворе. И такой человек нашёлся: им стал некий Кепрюлю Мехмед.

Это назначение положило конец правлению женщин и ознаменовало начало эпохи династии Кепрюлю. Но Турхан нисколько об этом не жалела: она занялась строительством и благотворительностью и в историю Османской империи вошла как покровительница бедных.

Журнал: Ступени Оракула №12, декабрь 2020 года
Рубрика: Путешествие дилетанта
Автор: Александр Фролов





Telegram-канал Багира Гуру

Метки: политика, гарем, Ступени Оракула, женщина, Турция, Османы, Роксолана


Исторический сайт Багира Гуру; 2010-2022