Фёдор Толстой — Американец

Каждый из нас со школьной скамьи знаком с Фёдором Ивановичем Толстым, даже если впервые слышит это имя. Секундант Зарецкий из «Евгения Онегина», Долохов из романа «Война и мир», Тургеневский Лучков из рассказа «Бретёр» и многие другие повесы из литературных произведений позапрошлого века — всё это персонажи, списанные с двоюродного дяди писателя Льва Николаевича Толстого.

Фото: Фёдор Толстой — Американец, интересные факты

Первая дуэль

В этом году Фёдору Ивановичу исполнилось бы 230 лет. Он родился 17 февраля 1782 года. Семейство Толстых в то время, несмотря на дворянский титул, пребывало в довольно бедственном положении. А потому представителей мужского пола отправляли служить в армию. Так и подросший Фёдор стал курсантом санкт-петербургского Морского кадетского корпуса, где получил навыки стрельбы и фехтования, так пригодившиеся ему в будущем. После выпуска, благодаря родственным связям, его зачислили офицером в элитный Преображенский полк. Там сразу отметили не только силу, отчаянность и боевое рвение юного графа, но и его взрывной характер. Он постоянно ссорился с сослуживцами, даже с командирами. Когда его в очередной раз отчитал какой-то офицер, он попросту вызвал его на дуэль, несмотря на свои 17 лет. А в 1803 году после очередной выходки, чтобы избежать сурового наказания, Фёдору и вовсе пришлось бежать из полка. В это время как раз отправлялся в своё первое кругосветное плавание знаменитый капитан Иван Фёдорович Крузенштерн. Граф Толстой обманом проник на борт его шлюпа «Надежда», выдав себя за члена команды — своего тёзку и двоюродного брата, который не хотел плыть.

Морские шалости

Крузенштерн не раз пожалел о таком попутчике. На борту «Надежды» Толстой «развёл игру и питьё», конфликтовал со всеми, включая самого капитана, и перессорил весь экипаж. Но больше всего он поражал неслыханными по дерзости выходками. Например, однажды он напоил корабельного старика-священника и приклеил его бороду к палубе сургучом, скрепив это дело государственной печатью. А когда святой отец проснулся, Толстой напугал его: «Неужели ты посмеешь взломать государеву печать?». Тому пришлось согласиться отрезать бороду.
Крузенштерн долго терпел выходки несносного графа. Но однажды Фёдор совершил проступок, который всё-таки положивший конец его пребыванию на корабле. На шлюпе «Надежда» жил любимец команды — ручной орангутанг. Как-то раз граф принёс его в каюту капитана, достал чистый лист бумаги и начал показывать обезьяне, как пачкать его чернилами. Умный орангутанг быстро усвоил урок. Затем Толстой ушёл, оставив орангутанга в каюте, но вместо листа бумаги сунул ему тетрадь с личными записями Крузенштерна. Можете себе представить, в каком виде их обнаружил капитан!
Терпение Крузенштерна лопнуло, и он высадил Толстого вместе с орангутангом где-то в районе Алеутских островов (под другой версии — на Камчатке, после чего граф сам добрался до Америки). Фёдор и тут не растерялся: быстро наладил контакт с туземцами и прожил с ними несколько увлекательных месяцев. Когда же ему наскучила дикая жизнь, он напросился на борт проходящего мимо острова судна, которое доставило его к побережью Азии. Затем на санях и телегах, а кое-где и пешком, граф пересёк Дальний Восток. Сибирь, Урал, Поволжье и в августе 1805 года добрался до Санкт-Петербурга. Но на подъезде к столице его остановил патруль и отправил на гауптвахту. Оказалось, что лично император Александр I издал указ, запрещающий графа Фёдора Толстого впускать в Санкт-Петербург.

Награда за храбрость

С гауптвахты Фёдор Толстой был снова отправлен в армию. Правда, вместо элитного Преображенского полка опальный офицер попал в малоизвестную Нейшлотскую крепость. В подобных гарнизонах военные застревали на долгие годы. Но графу повезло — в 1808 году началась Русско-шведская война. А война — это отличная возможность проявить себя. Наудачу один из командиров, давний приятель графа князь Михаил Долгоруков, отправляясь на передовую, согласился взять Фёдора к себе адъютантом.
В октябре 1808 года в битве под Иденсальми отступающие шведы стали разбирать мост, чтобы задержать преследующих их русских. Граф с небольшим отрядом казаков должен был помешать шведам. Толстой, буквально рискуя жизнью, блестяще справился с задачей. Подобная храбрость поощрялась в русской армии, и графа реабилитировали — его снова перевели в Преображенский полк.
Затем Толстой совершил ещё один подвиг: с небольшим отрядом казаков отправился в разведку и добыл данные, позволившие войскам Барклая-де-Толли по льду пересечь Ботнический залив и занять шведский город Умео. Проявленная храбрость полностью восстановила положение графа, и войну он закончил в звании поручика.
Да только в мирное время Фёдор снова вернулся к прежнему образу жизни: кутежи, карты, дуэли. После очередных двух следовавших один за другим поединков, во время которых граф убил обоих соперников, он снова оказался под арестом. Его надолго заключили в Выборгскую крепость. А в октябре 1811 года и вовсе уволили из армии. Положение опять спасла война — не прошло и года, в Российскую империю вторгся Наполеон. Фёдор Толстой записался в добровольцы для обороны Москвы. В битвах с французами он снова проявил себя храбрым бойцом, участвовал в Бородинском сражении, где получил ранение в ногу, и был награждён орденом Святого Георгия 4-й степени. Заслуги в Отечественной войне 1812 года не только вернули графу Толстому прежнее положение, он даже вышел в отставку в звании полковника.

Отчаянный дуэлянт

Теперь уже окончательно уволившись из армии, Фёдор Толстой поселился в Москве. Воинские подвиги и морские приключения сделали Толстого весьма популярной личностью в столичных салонах. Он, рассказывая невероятные истории о своём путешествии с Крузенштерном, о жизни среди дикарей, шокировал светских дам, демонстрируя украшающие его тело татуировки. На стенах в его доме красовалось дикарское оружие, да и сам он частенько одевался по-алеутски. Благодаря всем этим похождениям Фёдор Толстой и получил в свете прозвище Американец. Граф регулярно посещал балы активно участвовал в дворянских собраниях и сам устраивал шикарные приёмы Его принимали в кругу интеллигенции куда входили такие знаменитости, как Гоголь, Пушкин, Жуковский, Грибоедов. Но светская жизнь нисколько не изменила привычек Толстого-Американца. Он продолжал кутить, играть в карты (часто даже не скрывая того, что жульничает) и драться на дуэлях. Последнее для него было больше развлечением, нежели отстаиванием дворянской чести. Неоднократно от скуки он сам провоцировал поединки, а полученные в армии навыки делали его весьма опасным соперником. К концу разгульной жизни в блокноте графа, куда он записывал убитых им на дуэлях противников, оказалось одиннадцать имён.
Как-то во время очередной холостой пирушки одного из приятелей Толстого вызвали на дуэль. Тот подошёл к графу, который в этот момент в соседней комнате играл в карты, и рассказал о случившемся. Американец отложил игру, куда-то ушёл, а когда вернулся, сообщил, что дуэли не будет. На вопрос:
— Почему? Ответил:
— Я его убил, — и спокойно продолжил карточную игру.
Оказалось, что Толстой дал обидчику друга пощёчину, было решено стреляться немедля, и граф расправился с противником.

Литературный прототип

«Зарецкий, некогда буян, Картежной шайки атаман, Глава повес, трибун трактирный, Теперь же добрый и простой Отец семейства холостой», — так описал Пушкин в «Евгении Онегине» секунданта Ленского, прототипом которого стал граф Фёдор Толстой.
На момент написания этих строк Американец уже остепенился и дружил с поэтом. Но их отношения далеко не всегда были гладкими — однажды они едва не сошлись на дуэли. Когда в 1820 году за дерзкие стихи Пушкина отправили в ссылку, Толстой пустил в свете слух, что поэта выпороли в полиции. Александр Сергеевич был в ярости и все годы ссылки готовился к дуэли. Вернувшись в 1826 году в Москву, он велел передать обидчику вызов, но Толстого не оказалось в городе. Впоследствии они помирились и даже стали приятелями.

Ночной разбойник, дуэлист,
В Камчатку сослан был,
вернулся алеутом,
И крепко на руку не чист…


Это из комедии «Горе от ума» Александра Грибоедова. Кстати, по поводу последней строчки Толстой высказал автору недовольство:
— Зачем ты обо мне написал, что я «крепко на руку не чист»? Подумают, что я взятки брал.
— Но ты же играешь нечисто, — заметил Грибоедов, на что граф ответил:
— Только-то? Ну, ты так бы и написал. Общался Американец и со своим двоюродным племянником Львом Николаевичем Толстым, и, конечно же, оказался запечатлённым в его произведении. Характер дяди прекрасно отображен писателем в образе Долохова в романе «Война и мир».
Вообще, в произведениях многих авторов XIX века можно встретить персонаж, точь-в-точь похожий на Толстого-Американца.

Одиннадцать душ

Как уже было сказано, с годами граф Фёдор Толстой остепенился и зажил спокойной жизнью. Ещё в лихие годы, когда ему было 39 лет, он женился на цыганке-плясунье Авдотье Тугаевой и прожил с ней до конца дней. У них родились двенадцать детей, но десять из них умерли ещё в младенчестве. С возрастом Толстой стал очень набожным человеком и был уверен, что эти смерти — расплата за его грехи. Каждый раз, когда умирал ребёнок, он раскрывал свой блокнот, вычеркивал фамилию одного из убитых им на дуэли и писал рядом: «Квит». Когда же в возрасте семнадцати лет скончалась его старшая дочь Сарра, Американец вычеркнул последнюю фамилию и с горечью сказал: — Ну, слава богу, хоть мой курчавый цыганёночек будет жив.
И действительно, его дочь Прасковья единственная дожила до зрелого возраста.

Журнал: Тайны 20-го века №21 май 2012 года
Рубрика: Забытые имена
Автор: Олег Горосов

Метки: Александр I, эпоха Романовых, биография, Тайны 20 века, корабль, дуэль, карты, авантюра, шулерство, татуировка, прозвище, Толстой



Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010 —