Иннокентий Мрачковский — потомственный казак, волею судьбы оказавшийся на службе в китайской армии и боровшийся за свободу новой родины от Японии. Этот человек подзабыт и у нас, и в Китае, но заслуги его неоспоримы.

Полковник Иннокентий Мрачковский

Разведчик Иннокентий Мрачковский на службе Китая

История русских эмигрантов в Китае порой очень интересна и полна событий. Они служили в войсках и в полиции Международного сеттльмента Шанхая. Но были среди них не только работники европейских концессий, но и герои Китая. Мрачковский всю жизнь посвятил военному делу, без которого не мог жить.

С одной гражданской на другую

Иннокентий Сергеевич Мрачковский родился в Сибири в казачьей семье. В Гражданскую войну воевал в войсках Колчака, получив чин есаула. После поражения белых на Дальнем Востоке, в 1922 году Мрачковский уезжает в Китай. Там он пару лет работал гражданским специалистом на КВЖД, пока советская власть не забрала её в свою собственность. Но вот уже и в самом Китае, где после падения империи Цин всё бурлило не меньше, чем в России, загромыхала гражданская война. В этих обстоятельствах военный опыт Мрачковского вновь стал востребованным.
В России, да и в мире в целом, относительно мало известно про особенности гражданской войны в Китае. В лучшем случае вспоминают про противостояние Мао Цзэдуна и Чан Кайши, в котором последний проиграл. Но это была финальная стадия конфликта, по итогам которого установилась власть коммунистов. Между тем, после Синьхайской революции 1911-1912 годов, когда ещё даже не было китайской компартии, на территории Китая вспыхнули локальные войны между центральным правительством Китайской Республики и местными военизированными группировками, которых поддерживали разные иностранные державы.
Так, например, в провинции Шаньдун действовал милитарист, а в юности разбойник-хунхуз Чжан Цзунчан. Во времена своего криминального прошлого он проявил себя как талантливый организатор с лидерскими качествами. Во время Русско-японской войны 1904-1905 годов Чжан состоял на службе у российского командования, организуя со своими бандитами диверсии в японском тылу. После Синьхайской революции он пошёл на службу к правителю провинции Цзянсу, а затем — к маньчжурскому милитаристу Чжану Цзолиню, который высоко оценил способности однофамильца и через некоторое время назначил его генералом своей армии и руководителем Шаньдуна.
Настоящим испытанием стало противостояние в 1924 году с другим милитаристом, У Пэйфу, которого поддерживали Англия и США и чьи силы значительно превосходили в численности войска Чжан Цзолиня. Тогда Чжан Цзунчан вспомнил о тысячах русских, оказавшихся в Маньчжурии после Гражданской войны, и не прогадал. Было принято решение позвать их на китайскую службу. Во главе Русской группы войск встал соратник колчаковского генерала Владимира Каппеля, генерал Константин Нечаев. В Группу вошёл и Мрачковский, бывший тогда в звании полковника.

На службе у Чан Кайши

Русские военные проявили колоссальную выучку и мастерство, разгромив У Пэйфу. Мрачковский в Группе сначала командовал артиллерийской батареей. Продемонстрировав руководству свои военные таланты, в 1926 году он был переведён в командиры одного из бронепоездов. В том же году, после удачной кампании против поддерживаемого Советами военачальника Фэн Юйсяна, его назначили генерал-майором. Хотя «бронепоезд» — слишком громко сказано. Это были обложенные мешками с песком платформы с двумя 75-мм орудиями и несколькими пулемётами. Но и такие самодельные конструкции наводили ужас на плохо организованных неприятельских солдат.
Однако в результате Северного похода 1927 года, организованного Чан Кайши с целью наведения в стране порядка и её объединения, правление Чжан Цзолиня закончилось. Вскоре перестала существовать и Русская группа. «К нашему удивлению, [Чан Кайши] оказался неплохим генералом. Что нас поразило, что его войска были хорошо организованы и не впадали в панику перед нашими бронепоездами», — вспоминал потом Мрачковский. Казалось, что ничего хорошего для него это не предвещало. Но в это же время Чан уже решил разорвать контакты с опекавшей его Москвой и с коммунистами вообще. Бывшие белогвардейцы не видели в Чан Кайши идеологического противника и в 1928 году перешли на его сторону. Тем не менее, такое количество иностранцев было не нужно регулярной китайской армии, поэтому многих русских уволили. Мрачковского оставили, хотя и с понижением — он снова стал полковником.
Милитаристы были разгромлены, но у Чан Кайши появился новый сильный враг — коммунисты, которых активно поддерживал СССР. Опытные русские кадры были все ещё востребованы. Мрачковского назначили начальником артиллерийского училища в Сиане, где он обучал китайских курсантов. Вместе с этим он продолжил командовать бронепоездом. В 1932 году этот навык пригодился в связи с нарастающей японской угрозой. В то время Япония уже основала в Маньчжурии марионеточное государство-сателлит Маньчжоу-го, собираясь и дальше захватывать Китай по частям. Для этого она решила использовать в качестве плацдарма свою концессию в Международном сеттльменте в Шанхае. Но официально войны с Китаем ещё не было, а эта часть города обладала экстерриториальным статусом, так как там проживали только европейцы. Поэтому для вторжения нужны были провокации, и они последовали. Как бы отвечая на них, 27 января 1932 года японцы сконцентрировали у Шанхая большую группу войск, 28 января началась бомбардировка города, а вскоре сухопутное наступление. Этот конфликт получил название «Инцидент 28 января», или просто «Оборона Шанхая».
Китайцы ожесточённо сопротивлялись, даже вынуждая японцев отступать, но силы были неравны. Между тем, в обороне Шанхая приняло участие три бронепоезда, одним из которых командовал Мрачковский. Тогда имени талантливого командира почти никто не знал, шанхайская пресса называла его «Полковник X». Каждую ночь поезд Мрачковского выдвигался
К Северному вокзалу города и начинал обстрел японских позиций из 205-мм орудий, а позже и из 305-мм. Примерно за два часа до рассвета поезд-призрак прекращал огонь и исчезал в секретном тоннеле, недоступном для авиации Японии. Врагам это доставляло большие неудобства и просто действовало на нервы. Японская авиация пыталась бомбить железнодорожные пути, но тысячи рабочих каждую ночь их восстанавливали. Так продолжалось до тех пор, пока китайская армия не была вынуждена окончательно отступить от Шанхая в начале марта. Отступил и Мрачковский, но его услуги вновь понадобились Китаю через пять лет.

Разведчик-нелегал

7 июля 1937 года произошёл так называемый инцидент на мосту Лугоу (на Западе также известный как мост Марко Поло), послуживший поводом для начала полномасштабной японо-китайской войны, завершившейся лишь с концом Второй мировой. Японцы громили регулярные силы Китая, захватывая новые территории. В таких трудных условиях Мрачковский получил спецзадание от Чан Кайши. Тайно находясь в оккупированном Шанхае, по секретной рации он передавал сведения о японских войсках и планах командования китайскому правительству в Чунцине. Информацию ему передавала целая сеть агентов, которой он руководил.
Но к концу 1941 года это стало смертельно опасно. Японцы вычислили, что где-то в городе находится передатчик и принялись усиленно его искать. Ожидая скорого провала, Мрачковский всё время держал наготове заряженный пистолет, предупредив своих родных, что живым он не сдастся. Так и произошло в Рождественский сочельник 1941 года. Служившие японцам русские агенты вычислили квартиру Мрачковского. Было приказано взять его живым или мёртвым. В канун Рождества в Шанхай пришёл мощный тайфун, и японцы решили воспользоваться непогодой для своей операции. Окружив дом, они рассчитывали на внезапность. Но опытный военный заметил врагов. Когда японцы ворвались в его квартиру, Мрачковский уже лежал мёртвым на полу, а рядом — его верная помощница-китаянка, которую он спас когда-то от голодной смерти и которая до последнего момента передавала шифровки в центр.
Некоторые историки говорят, что Мрачковский мог быть двойным агентом, работавшим не только на китайскую, но и на советскую разведку. Среди бывших белогвардейцев в Китае это встречалось, многие из них потом приняли советское гражданство. Впрочем, Мрачковский работал не на Чан Кайши или Сталина, а против общего страшного врага. Он любил Россию, но полюбил и новую родину — Китай, на стороне которого продолжал сражаться до последней минуты.

Журнал: Загадки истории №10, март 2021 года
Рубрика: Секреты спецслужб
Автор: Дмитрий Скрипченко

Метки: Загадки истории, Китай, Япония, разведка, эмиграция, Дмитрий Соколов, Чан Кайши





Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010 —