Волжские беляны: Зачем в России строили одноразовые речные корабли?

Глядя на картину «Беляны» замечательного русского художника-импрессиониста Константина Горбатова, легко предположить, что изображённое на ней судно — плод неуёмной фантазии автора. Между тем художник, покинувший революционную Россию в 1922 году и потому надолго забытый на родине, изобразил реальное и никем в мире не повторенное плавсредство.

Волжские беляны: Зачем в России строили одноразовые речные корабли?
Россия, чья необъятная территория по преимуществу равнинная и до недавнего времени по большей части лесистая, всегда жалась к водным артериям. По ним осуществлялось наиболее быстрое, надёжное и необременительное сообщение между ближними и дальними населёнными пунктами. Ведь сухопутных путей сообщения в стране и поныне остро не хватает. Что уж говорить о веках давно минувших.

Плавучий замок

Эта особенность страны понуждала её обитателей изощряться в создании все новых и новых средств передвижения по воде, приспособленных к условиям прилегающих водных артерий и требующих наименьших издержек. В русском языке сохранились десятки наименований судов и судёнышек: струги, ладьи, гусянки, каюки, дощаники, расшивы… Кстати, от названия лодки-долблёнки будары произошла и моя фамилия, поскольку предки обитали в Поволжье. Каждая из этих посудин хоть чем-то, да отличалась от других.
Беляне принадлежит особое место в ряду речных плавсредств: это своего рода гибрид плота и корабля. Как и плот, его приводит в движение течение реки, иногда дополняемое парусом. Но корпус у него корабельный, он оснащён рулями и якорями.
Это уникальное судно было разработано не инженерами, а народными умельцами, и строилось оно, судя по всему, не по чертежам, а «на глазок», под руководством опытных корабелов-самоучек, коими богат был Русский Север. Во всяком случае, чертежей белян, использованных на производстве, обнаружено не было.
Вот как описывает это плавучее сооружение Владимир Иванович Даль, близкий друг Пушкина, в своём знаменитом «Толковом словаре живого великорусского языка»: «Бе-ляна — плоскодонное, неуклюжее и самой грубой работы речное, сплавное судно; самая большая барка, белая, несмоленая, в ней нет ни одного железного гвоздя, и она даже проконопачена лыками; длиной 20-50 саженей (от 40 до более 100 метров), шириной 5-10 (от 10 до более 20 метров); сидит 15-20 четвертей (осадка — 2,7-3,6 метра), подымает 50 тыс. до 150 тыс. пудов (800-2400 тонн); беляны развалисты, кверху шире, палуба настлана помостом, навесом, шире бортов; идут только по воде, строятся по Каме и Ветлуге и спускаются по полноводью с лесом, смолою, лыками, рогожами, лычагами (верёвками); на них и парус рогожный».
Для сравнения: длина корпуса крейсера «Аврора» — 126,75 метра, ширина — 16,59. А первую в истории посадку самолёта на палубу корабля американский пилот Юджин Эли совершил в 1911 году на площадку размером 40 на 9,5 метра. На палубе крупной беляны можно было разместить два таких «аэродрома».
Главной особенностью беляны было то, что судно это строилось только для одной поездки: от Ветлуги на одноимённом левом притоке Волги до Царицына (ныне Волгоград) или Астрахани.
Потребность в этих деревянных «авианосцах» возникла из-за природных особенностей России: север её Европейской части изобилует лесами, а на юге преобладают степи и ощущается острая нужда в лесоматериалах. До недавнего времени считалось, что первые беляны были спущены на воду в конце XVII века. Но на дне Волги близ Самары были найдены останки судна размером 50 на 20 метров — а это габариты беляны. Радиоуглеродный анализ показал, что древесина, из которой было сделано затонувшее судно, относится к XV — началу XVI века.
Готовые бревна сплавляли по реке к месту постройки беляны. Были артели, бравшие на себя «полный цикл» — от валки леса до строительства корабля
Расцвет белянного бизнеса пришёлся на середину XIX столетия, когда пароходы на Волге перестали быть экзотикой: здесь курсировало уже более полутысячи дымящих судов. А топились они дровами, сжигая в год 3,2 миллиона кубометров. Спрос на древесное топливо, особенно в Южном Поволжье, был ажиотажным. А спрос рождает предложение.
Купцы северных регионов быстро смекнули, какие барыши могут принести беляны с их чудовищной по тем временам грузоподъёмностью — до двух с половиной тысяч тонн. Для сравнения, современные речные лесовозы имеют грузоподъёмность от 2 до 5,3 тысячи тонн.

Лесной промысел

С началом зимы, знаменующим завершение сельскохозяйственного сезона, оборотистые купцы сколачивали в Поветлужье лесопромысловые артели и надолго отправляли их в леса заготовлять древесину и вывозить её к берегам многочисленных притоков Ветлуги. Промысел этот считался высокодоходным, мужики охотно к нему приобщались. Весной же они драли лыко, заготовляли бересту и мочало, гнали дёготь.
Местный священник Троицкий сетовал, что эти занятия населения «значительно ослабили главное, основное крестьянское занятие — хлебопашество. В самое то время, когда нужно вывозить навоз и пахать под пар, для озимого, ржаного посева, все мужчины, поголовно, уходили в лес, в мочальники; а паровая пашня земли производилась или женскими, или старческими, или даже детскими руками, отчего и хлебопашество шло здесь, большей частью, слабо и неудовлетворительно».
Порубщики три-четыре месяца жили в глубине леса в зимницах — небольших избах-полуземлянках, срубы которых не имели оконных проёмов и были на полтора метра врыты в землю. По мере выработки лесоучастков зимницы перемещались на новые места.
С началом весеннего половодья из нарубленных брёвен артельщики вязали плоты и сплавляли их к верфям на реке Ветлуге. Их на Ветлуге было три. Здесь еловый и сосновый кругляк окоривался — освобождался от коры и луба до белой древесины. Бревна распиливались на брусья и доски различной толщины, отходы шли на дрова. На постройку одной беляны средней грузоподъёмностью уходило две сотни еловых и на полсотни больше сосновых брёвен.

Инженеры-самоучки

Из тяжёлого елового бруса создавалось плоское днище беляны и конопатилось дорогостоящей конопляной или льняной просмолённой паклей. Из толстых сосновых досок монтировались борта, высота которых достигала шести метров. Конопатились борта мочалом из липового лыка, которое в разы было дешевле пакли.
Поскольку беляны никогда не смолились, будучи одноразовыми судами, то смотрелись празднично-белыми, что и дало им название.
Строилась беляна с весны до осени. Когда её корпус, заострённый с двух концов, был готов, начинался один из самых ответственных этапов оснащения судна. Необходимо было загрузить беляну наибольшим количеством лесоматериалов, но при этом обеспечить её плавучесть и управляемость. И это без инженерных расчётов!
А ведь смогли русские малограмотные, а то и вовсе неграмотные мужики решить обе эти взаимопротиворечащие задачи.
Товар — обработанные пиломатериалы — укладывался на днище прямоугольными штабелями с проходимыми проёмами между ними. Доски и брусья разделялись прокладками для доступа воздуха: путешествие к месту назначения длилось больше месяца, и непроветриваемый товар мог заплесневеть и потерять в цене.
Когда высота штабелей достигала кромки бортов, ширину беляны наращивали свесами из толстых брёвен, выступавшими за пределы ширины корпуса на несколько метров. Площадь складирования пиломатериалов существенно увеличивалась. Когда же руководитель строительства полагал, что дальнейшая загрузка беляны становится опасной, поверх штабелей накладывалась палуба, на ней устанавливали по обеим сторонам две избы для проживания обслуживающего персона — а это от 15 до 35 человек. Между избами на уровне крыш подвешивали мостик, а на его середине устанавливали будку для лоцмана.
Купцы, чтобы повысить свой имидж, украшали беляну гигантскими флагами, а некоторые и вовсе превращали судно в плавучий сказочный замок. Такую беляну и изобразил Константин Горбатов на своём полотне.
Осенью снаряжённая беляна консервировалась до следующей весны. Паводок её поднимал со стапелей, и она начинала тысячекилометровое путешествие на юг России.
В Царицыне или в Астрахани беляну с нетерпением ждали здешние купцы. С неё не только сгружали товар, но и саму её разбирали на пиломатериалы. В продажу шли избы, верёвки, пакля, якоря.
В итоге от гигантского плавсредства не оставалось даже щепок. Всё шло в дело и приносило пользу и прибыль.

Журнал: Загадки истории №26, июнь 2020 года
Рубрика: Забытое ремесло
Автор: Леонид Бударин

Метки: Загадки истории, Россия, река, корабль, дерево, груз, Волга, плот, беляна, Ветлуга




Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010 —