Кто будет бежать от правосудия? Бывшие диктаторы, наркобароны, серийные убийцы и другие преступники. Ну или ещё те, кто совсем уж разочаровался в справедливости действий стражей порядка. Именно к этой категории и относится Карлос Гон, бразилец ливанского происхождения, который умудрился сделать головокружительную карьеру.

Карлос Гон - побег в футляре от японского правосудия

Карлос Гон: Побег в контрабасе из Японии главы Ниссан

Вверх по карьерной лестнице

Для Карлоса Гона всё началось в возрасте 24 лет. На дворе стоял 1978 год. Молодой человек окончил элитную Горную школу Парижа и начал думать над тем, где бы на практике применить все те знания, которые в него попытались впихнуть педагоги. Процесс этот был недолгим — его тут же берут на работу в компанию «Мишлен», специализирующуюся на производстве автомобильных шин. Сказать, что глава альянса Renault-Nissan Карлос Гон взлетел вверх по карьерной лестнице значит не сказать ничего. Проходит три года, и он становится уже директором одного французского завода. На этой должности Карлос опять же не задержался. В 1985 году его назначают главой латиноамериканского отделения «Мишлен» в Бразилии. Гон возглавил проблемный филиал проблемного региона. На этот счёт есть несколько точек зрения. По одной, вышестоящее руководство уже тогда увидело в Карлосе потенциал и талант антикризисного руководителя, который способен спасти предприятие. По второй версии, выскочка Гон просто надоел в Париже и от него решили таким образом избавиться, отправив с глаз долой. Эх, происки завистников. Они-то надеялись, что в Бразилии Гон облажается по полной программе и в компанию «Мишлен» путь ему будет закрыт навсегда.

Не тут-то было. Гон не подвёл своих работодателей и разочаровал своих злопыхателей. Без пяти минут банкрот, бразильское отделение расцвело в умелых руках Гона. Прибыль неукротимо ползла вверх. Нового руководителя бразильцы запомнили как агрессивного менеджера, который не считался ни с чем, кроме выгоды. Гон беспощадно увольнял рабочих и резал траты — в Бразилии закрылись два завода «Мишлен». Одновременно он вкладывался в агрессивный маркетинг и расширение офисов продаж. Ещё одним пунктом трат Гона была установка связей на самых высоких уровнях. Уж на этом управленец не экономил. Почему бы членам правительства не порадеть за такую замечательную компанию — её проверки, налоги, госзакупки и престиж? Вдобавок Карлос Гон активно модернизировал производство и заимствовал любые управленческие новации — хоть японские, хоть американские. Неважно чьи, главное, чтобы соблюдалось одно условие — новаторские решения должны работать и приносить прибыль.

Многим было очевидно, что на посту руководителя бразильского отделения Гон не задержится. Так и случилось. В 1989 году Гон стал директором североамериканского отделения корпорации. Он был настоящей звездой компании, принося успех везде, где находился. Завистников меньше не стало. Только теперь они сместили акцент в своей деятельности: стали распускать слухи, что Гон вовсе никакой неумелый руководитель, а всего лишь колдун, который не брезгует для достижения поставленных целей прибегать к услугам магии и гипнотизёров. Опять же не подействовало.

Тем, кто находился у руля компании, было абсолютно плевать на то, какими путём Гон добивается успеха. Они видели результат, который радовал их с каждым отчётным периодом все больше и больше. В США повторился бразильский сценарий. Его модель агрессивного ведения бизнеса после ряда корпоративных слияний сделала «Мишлен» крупнейшим производителем шин в мире. Карлос Гон понял, что на этом поприще добился максимума. Оставаться и дальше в «Мишлен» означало для Гона топтаться на месте и не развиваться. Такой поворот событий совсем не устраивал амбициозного молодого человека. Пора было переходить на следующий уровень.

Перемена мест

В 1996 году светило «Мишлена» переманили в «Рено». В автомобильном гиганте Гону было чем заняться. На тот период компания несла огромные убытки — более 6 млрд. Франков к 1996 году. На носу была приватизация, которая могла похоронить французского автогиганта. Гон совершил практически невозможное. На предприятии забыли, что такое убытки, и стали думать над тем, как бы увеличить доход. Уже в 1998 году «Рено» показал прибыль в 5,4 млрд. франков.

В 1999 году Карлос пролоббировал слияние «Рено» и «Ниссан». У японской корпорации было 20 млрд. Долларов корпоративных долгов. Компания находилась на грани банкротства. Ни один трезвомыслящий человек не дал бы за неё и цента. Но Гон считал по-другому. Он был уверен: слияние с японским автопроизводителем позволит захватить азиатские рынки. Из локального игрока концерн стал бы по-настоящему глобальным.

Карлос Гон при спасении японской автомобильной корпорации даже не пытался показаться оригинальным. План был типичным планом Гона по спасению чего угодно. По традиции талантливый менеджер начал с массовых увольнений. За короткий промежуток времени без работы остались порядка 14 тысяч человек. Следующий шаг — закрытие производственных площадей, тянущих на дно. Так были закрыты пять заводов. И только после этого Гон перешёл на третий, фирменный, этап — агрессивный маркетинг и тотальное уничтожение местной корпоративной культуры. Никаких тебе назначений на высокие посты за выслугу лет, никакой пожизненной занятости. Те сотрудники, которые не были уволены в первую волну сокращений, находились как на пороховой бочке. Никто не мог дать им гарантию того, что завтра они будут нужны компании. И уж точно никто не собирался сюсюкаться с тунеядцами и дилетантами. Не справился — дверь вон там. Жестоко? Да. Но Гон был в своих решениях неgреклонен. Он был уверен — по-другому нельзя. Такой стиль руководства диктует капиталистический строй. Самым больным местом для японцев стал перевод всего делопроизводства компании на английский язык. Для высшего японского менеджмента это было плевком в лицо. Гон просто решил не мучиться и не мучить своих заместителей с разбором не самых простых японских иероглифов. Но, как оказалось, японцы этот плевок пережили, смогли с ним смириться, но не забыли.

Уже к 2002 году «Ниссан» показывал миллиарды долларов прибыли, и Карлоса Гона, получившего международное признание, пригласили реформировать российский «Автоваз». В России его ждало непаханое поле. А в 2016 году к «Ниссан» присоединилась «Мицубиси Моторс», и слепленный Гоном альянс вышел на четвёртое место по производству автомобилей в мире. Карлос стал одновременно главой совета директоров «Ниссан» и «Рено», а также президентом «Мицубиси Моторс».

Казалось бы, на этом всё. Головокружительная карьера сделана, огромные деньги заработаны, имя у всех на устах. Теперь остаётся разве что взять пример с Макрона или Трампа и вступить в борьбу за должность президента (вот тут нужно ещё грамотно приоритеты расставить — какого именно государства). Но Гон был вынужден бороться за свою свободу.

Подковёрное сражение

В 2017 году Гон уступил пост главы совета директоров в «Ниссан» Хирото Сайкаве. Это стало началом конца. Вместе с корпоративными юристами Сайкава начал борьбу с экс-руководителем. А заявление Гона в январе 2018 года о необходимости сделать альянс между «Рено» и «Ниссан» необратимым стало своеобразной красной тряпкой для быка на испанской корриде. Дело в том, что после необратимости альянса «Ниссан» оказался бы в прямом подчинении у французов. Этого нельзя было допустить. «Необходимо нейтрализовать инициативу Гона, пока ещё не стало слишком поздно», — говорилось в слитой корпоративной переписке.

Юриста компании Хари Наду подрядили собирать компромат на Гона. Юрист к поручению подошёл со всей ответственностью. Любые траты, которые было сложно объяснить, любые промахи — фиксировалось абсолютно всё. Благодаря такому тотальному контролю удалось выяснить, что Гон вёл в корпоративных интересах финансовые операции, которые сложно объяснить налоговикам. Например, с помощью взяток Карлос добивался расширения доли компании на рынках Саудовской Аравии и ОАЭ. Вдобавок оформлял на себя недвижимость, которой пользовался персонал и которая была нужна для тайных переговоров с азиатскими и латиноамериканскими политиками. Действительно, целесообразность таких трат объяснить трудно, а ещё труднее их 2018 год доказать. Понятно, что так делают все, но мало кто попадается. Закон подлости — не попадаются даже те, кто действует вопреки интересам компании. А вот Гон попался. И подковёрная битва была проиграна.

Гон попался, потому что японские боссы «Ниссан» слили наработанный материал следователям. Японский суд арестовал Карлоса Гона 19 ноября 2018 года по обвинениям в нецелевом расходовании средств корпорации, а потом и в коррупции. В следующие три месяца некогда яркую звезду и надежду японского автомобильного концерна попёрли со всех постов.

Как же все изменчиво в нашем мире! Ещё вчера Гон был кумиром и сверкал лицом с трибун международных форумов. А сегодня-тюрьма, уничтоженная репутация и Франция, отказавшаяся от тебя в надежде фоне улучшить отношения со Страной восходящего солнца.

Гон оказался неудобным заключённым. Он постоянно твердил о своей невиновности, отказывался от любого сотрудничества со следствием, нелестно высказывался о японском правосудии. Бывших коллег он обвинял в заговоре против себя. Что примечательно, в каждом пункте он был, по большому счёту, прав.

Бременские музыканты

Ещё находясь под домашним арестом, Гон стал готовить побег. Полагаться целиком и полностью на японское правосудие Гону не хотелось. Через нескольких оставшихся друзей (после ареста многие отвернулись от него) он вышел на частную военную компанию AISC, которой руководил бывший «зелёный берет» Майкл Тейлор. Он был широко известен в узких кругах. Воевал в Ираке и Афганистане, а после ухода со службы стал частным военным подрядчиком. Снабжал оружием армию и полицию Афганистана, тренировал местных стражей порядка. В начале нулевых годов внедрялся в наркобанды, помогая тем самым ФБР. Помимо этого, Тейлор специализировался на поисках и вызволении заложников, особенно похищенных бывшими мужьями детей.

В октябре 2019 года с парижских счетов Гона к Тейлору аккуратно переместилось 866 тысяч долларов. К концу декабря 2019 года план побега был полностью готов. На счета частной авиакомпании MNG Jet 24 декабря было переведено 350 тысяч долларов, после чего на 29 декабря забронированы рейсы двух самолётов: Стамбул-Осака-Стамбул и Стамбул-Бейрут. За два дня до наступления нового 2020 года Тейлор с командой официально въехали в Японию под видом музыкантов. Таможня с уважением отнеслась к творцам музыки и их скромным пожиткам, среди которых был контрабас в кофре.

Днём Гон отпросился из своего дома, где содержался под стражей, в отель «Хайат». Камеры зафиксировали его вход в отель, из которого он так и не вышел. Попала на видео и его встреча с «музыкантами».

Тейлор и его бойбэнд покинули отель через несколько часов, таща свои инструменты, в том числе и контрабасный кофр на колёсиках. Поздним вечером частный самолёт вылетел из аэропорта Кансай в Стамбул. Нетрудно догадаться, что в кофре от контрабаса, сложившись калачиком, и лежал некогда светило «Мишлена». Чтобы Гон не задохнулся, в футляре предварительно просверлили 70 дырок.

В аэропорту рентген-контроль для музыкантов сочли излишним — у пассажиров частных бизнес-джетов есть ряд привилегий. Потом была пересадка в Стамбуле утром 30 декабря 2019 года на самолёт до Бейрута, и вот она — свобода. Карлос Гон прекрасно знал — Ливан своих не выдаёт. А вот Майкла Тейлора и его сына Питера, который также участвовал в организации побега из Японии, арестовали в мае 2020 года в Гарварде. Теперь им обоим грозит экстрадиция в Японию. Правда, нет никаких гарантий, что американский суд примет именно такое решение.

Пострадал и поголовно весь экипаж MNG Jet, работавший на рейсе, которым летел Гон. Хотя из всех арестованных об афёре с контрабасом был в курсе только один человек. Их арестовали на второй день 2020 года в Турции. В июле суд всех выпустил из-под стражи. На освобождение мог повлиять тот факт, что один из бортов с хвостовым номером тс-RZA арендовался у турецкого правительственного фонда TMSF, который в свою очередь курируется напрямую Реджепом Эрдоганом. Связываться с Турцией Япония по такому поводу не хотела. К тому же нет уверенности в том, что в организации побега Гона не принимало участие турецкое правительство. Кто знает, что у турок на уме и какой очередной «хитрый план» они захотят претворить в жизнь? Гениальным менеджером Гон ведь не перестал быть…

Уже в конце 2019 года «Ниссан» начало трясти от громких увольнений. Своих постов лишились те самые Хирото Сай-кава и Хари Нада. Причина — нецелевое расходование средств и неуместный аппетит при назначении премий. Но в суд их не потащили — люди-то свои, не пришлые, как этот Гон.

Ну а у японского автогиганта дела без Гона в гору не пошли. Скорее, наметился обратный процесс. К настоящему времени они потеряли треть стоимости. Надо полагать, что это только начало. По крайне мере, так считают многие аналитики и экономисты.

Журнал: Истории мира №12(5), декабрь 2020 года
Рубрика: Тайны корпораций
Автор: Вячеслав Коротин




Telegram-канал Багира Гуру

Метки: судьба, Франция, Япония, преступление, самолёт, взятка, побег, Ливан, Истории мира, Гон


Исторический сайт Багира Гуру; 2010-2022