Клонирование вымерших животных

Все знают, что представляет собой Красная книга: туда занесены редкие бабочки, птички и прочая живность, которую мы вряд ли когда-либо увидим воочию. Но мало кого, кроме зоологов, по-настоящему волнует судьба этой живности: будет ли, скажем, нереститься малазийский склеропаг и удастся ли сохранить чрезвычайно редкую ядовитую землеройку? Даже то, что в ближайшее врёмя могут полностью исчезнуть наши амурские тигры, как правило, не вызывает ничего, кроме лёгкого вздоха сожаления. Однако не секрет, что учёные в этом смысле способны кое-что исправить.

Фото: клонирование вымерших животных

Страховка от забвения

Несмотря на все попытки защитников природы сохранить исчезающие на нашей планете виды, ряды представителей земной флоры и фауны продолжают стремительно редеть. Бесконтрольное развитие одного вида — homo sapiens — стало причиной того, что на Земле началось второе глобальное вымирание живых существ, самое крупное после вымирания динозавров. По данным Всемирного союза охраны природы, за последние 500 лет на нашей планете исчезло 844 вида животных и растений. На сегодняшний день на грани исчезновения находятся 12% всех известных науке птиц, а само вымирание идёт в тысячу раз быстрее, чем при нормальном ходе эволюции.
Если задуматься, то эти цифры чудовищны, и на фоне постоянного роста населения Земли становится ясно, что никакие заповедники большинство братьев наших меньших уже не спасут. Поэтому главные свои надежды учёные возлагают на клонирование, которое может помочь пополнить ряды исчезающих животных и даже вернуть к жизни тех, кто был уже полностью истреблён. Для подобной цели во многих странах создаются «замороженные зоопарки», в которых хранятся образцы спермы, яйцеклеток и других тканей зверей и птиц, чьё существование оказалось под угрозой. По словам учёных, такие «зоопарки» — своего рода страховка на случай, если все остальные способы не дадут результатов.
Первый шаг в этом направлении был сделан 8 января 2001 года в США, где на свет появился Ноа — бык гаур, относящийся к одному из вымирающих видов. Правда, Ноа прожил недолго — всего 48 часов, и умер, по официальным данным, от инфекции, не связанной с процедурой клонирования.
Далее, в 2009 году в Испании была предпринята попытка клонировать пиренейского козерога, или букардо. Этот эксперимент оказался также первым в своём роде, поскольку букардо не вымирающий, а вымерший в 2000 году вид. Некогда козероги в изобилии населяли север Испании и французские Пиренеи, но 200 лет охоты сократили популяцию менее чем до 100 голов. В 1973 году козероги были объявлены видом, находящимся под защитой, но, несмотря на это, к 1981 году их осталось уже менее 30 особей. Обитали они на клочке земли в Ордеском национальном парке в Испании. Последний представитель вида — 13-летняя самка Селия — погиб под деревом, упавшим рядом с французской границей парка. И на этом можно было бы поставить точку, но за год до описанного события учёные всё-таки поймали букардо и взяли образец его кожи для криоконсервации.

Семь минут жизни

В принципе, процесс клонирования достаточно прост, если имеются замороженные и неповреждённые ткани животного. При клонировании букардо учёные воспользовались технологией, известной как «ядерная передача», — её применяли при создании овечки Долли. В этом случае ядро из клетки козерога имплантировалось в яйцеклетку обычной домашней козы, в результате чего были получены эмбрионы. В ходе эксперимента удалось успешно имплантировать 57 из 439 эмбрионов. Забеременели только семь коз. Из этого числа лишь одна коза смогла доносить плод и, в конце концов, родила самку букардо, которая умерла спустя семь минут из-за проблем с дыханием.
Семь минут жизни — какой-никакой, а результат, хотя он свидетельствует о том, что процесс клонирования все ещё далёк от совершенства. Учёные и не спорят, говоря о том, что физические аномалии для клона — обычное дело. Искусственный перенос молекулы из одной клетки в другую сам по себе может привести к патологии, даже если генетический материал донора находится в хорошем состоянии. Эксперты также обращают внимание на то, что создание здоровых клонированных животных не гарантирует возникновения жизнеспособной популяции в будущем. Дело в том, что если все клоны выращены из нескольких образцов, которые находятся в руках учёных, это означает отсутствие генетического разнообразия, а следовательно, животные будут подвержены болезням и не приспособлены к меняющимся условиям жизни.

Знаете ли вы что…

5 июля 1996 года в Рослинском институте (Эдинбург, Шотландия) клонировали овцу, которой был присвоен идентификационный номер 6LL3. Своё имя животное получило в честь киноактрисы Долли Партон.

Пещерный медведь? Добро пожаловать в соврёменность!

В январе 2011 года японские учёные из университета Киото объявили, что в течение ближайших пяти лет они клонируют мамонта.
Впервые об этом заговорили в 1990-х годах, когда из туш гигантов, найденных в вечной мерзлоте, были получены образцы ДНК. Главная проблема здесь в том, что живых клеток вымершего животного не найдено, и весь генетический материал находится в разрушенном состоянии. Единственное, что возможно в данном случае. — это составление гибридного генома, в котором недостающие части будут позаимствованы у близкого родственника мамонта — индийского слона.
Клонировать легендарного сумчатого волка, или тилацина, ещё сложнее. Хотя он вымер недавно, и в австралийских музеях хранятся образцы его тканей, они также не годятся для процедуры клонирования. Восстановить геном этого животного — всё равно что собрать пазл из 30 миллионов кусочков, не имея перед глазами конечной картины. Ведь у сумчатого волка нет близких родственников, и сложно представить, кто может выступить в качестве суррогата. Из тех, кто живёт сейчас на планете, к тилацину наиболее близок намбат, или сумчатый муравьед. Но для соврёменной науки работа по подбору, замене и переносу недостающих частей генома слишком сложна.
Однако в некотором смысле клонировать сумчатого волка проще, нежели мамонта, поскольку беременность сумчатых, как правило, длится около двух недель, против 22-месячного цикла беременности у слона.
А ещё — шансы на клонирование ископаемых животных существуют при условии, если вид вымер не более десяти тысяч лет назад. К примеру, у пещерного медведя, чьи останки находили в пещерах Западной Европы, эти шансы есть, а о выведении более древних существ, таких как динозавры, мы можем забыть.
Генетические образцы, полученные из насекомых, застывших в янтаре 40 миллионов лет назад, давно потеряли свою целостность и вряд ли смогут быть когда-либо использованы.

«Парк Юрского периода»

К счастью, природная среда, где обитали пиренейский козерог и сумчатый волк, до сих пор существует. Если исключить факторы, которые стали основной причиной вымирания этих видов, например бесконтрольную охоту, то шансы на выживание клонированных букардо и тилацина достаточно велики.
Тасмания, где обитали последние сумчатые волки, и по сей день не сильно изуродована вмешательством человека, а 20% территории острова — это заповедная зона, где охота запрещена. Для мамонтов же вопрос привычной среды обитания гораздо более сложен, ведь причина их исчезновения — не человек, а изменение климата. Экологическая ниша, в которой жили «праслоны», занята. И даже успешное клонирование целого стада не позволит этим животным жить в дикой природе. В Сибири, где обитали мамонты, сейчас слишком холодно, там нет того обилия пищи, что имелось в их бытность, и поэтому максимум, что ждёт мохнатых гигантов — это тематические — палеопарки — по примеру того, что показан в фильме Стивена Спилберга «Парк Юрского периода».

Зачем он нужен, этот сумчатый волк?

Кстати, имеем ли мы моральное право вмешиваться в природу, менять решения эволюции и возвращать к жизни исчезнувших существ, которым в этом случае суждено быть подопытными кроликами или просто забавой для человека?
— Конечно, было бы хорошо, если бы люди могли вновь увидеть мамонта или тилацина. — говорит профессор Принстонского университета США Питер Сингер, специалист по биоэтике. — Но, к сожалению, есть множество гораздо более важных вещей, чем клонирование вымерших животных. Мы живём в мире, в котором ежегодно более восьми миллионов детей умирают от причин, связанных с нищетой, и допустимо ли тратить миллионы долларов на то, чтобы вернуть к жизни сумчатого волка?!
Некоторые противники клонирования высказываются ещё более резко, говоря о том, что вслед за опытами над животными последуют опыты над человеком, а с развитием технологий и успешным восстановлением ДНК наверняка возникнет желание клонировать нашего дальнего предка — неандертальца. И кто в этом случае станет суррогатной матерью? Женщина или самка шимпанзе?
На подобные вопросы нельзя дать сиюминутный и однозначный ответ. Может быть, и хорошо то, что человечество пока не обладает в полной мере знаниями в области клонирования. И у нас ещё есть немного врёмени, чтобы подумать.

Журнал: Тайны 20-го века №51, декабрь 2011 года
Рубрика: В лабораториях учёных
Автор: Андрей Рухлов





Исторический сайт Багира, история, официальный архив; 2010 —