Любовь купца Елисеева…

Купец первой гильдии Александр Елисеев, красавец, миллионщик, наследник знаменитой торговой империи, увидев эту девочку, был сражён наповал. А ей в ту пору было четырнадцать лет.

Фото: любовь купца Елисеева — бред сивой кобылы

Непроходной бал

В петербургском пансионе баронессы Ноде на Литовском проспекте в Санкт-Петербурге воспитывались бедные девушки благородного происхождения. Несколько раз в году баронесса устраивала званые вечера, на которых у её воспитанниц появлялся шанс найти себе достойного мужа. А наша героиня, Фенечка, в кружевной наколке подавала гостям чай. Вообще-то она работала в швейной мастерской баронессы и при этом хорошо рисовала: многие изделия мастерской баронессы выполнялись по её эскизам. А заказы поступали от очень богатых людей и даже членов императорской фамилии.
И вот на один из приёмов баронессы Ноде заехал миллионщик Александр Елисеев. И, увидев четырнадцатилетнюю официантку, потерял дар речи — так она была красива! Не долго думая, молодой повеса решил ущипнуть красавицу в укромном уголке — но получил по рукам. На следующий день он дожидался её возле мастерской с подарками: модными чулками без шва и пудрой «Райская» (все вместе — на один рубль семьдесят копеек). Подарков Фенечка не взяла, а над ухажёром посмеялась.
Но Елисеев и не думал сдаваться. Однажды в воскресный день он увидел, как Фенечка вместе с соседскими мальчишками дразнит на набережной колченогого мужика и задорно кричит: «Кто хромой, того поймаю!». Тут купец понял, что имеет дело фактически с ребёнком. Отправившись в лавку Циммермана, которая располагалась в Гостином дворе, он купил кукольный зеркальный шкафчик и пошёл свататься.
Ничего подобного Фенечка, разумеется, до сих пор в руках не держала. Изящная игрушка поразила её воображение — и юная красавица немедленно сдалась.

Наряд вне очереди

Отец Фенечки был потрясён, узнав, какой важный господин сватается к его дочери. Ведь Елисеевы по всему городу имели магазины и распивочные. На Биржевой линии — водочный завод, конфетная и пряничная фабрика. У пристани — четыре корабля. А доходных домов и вовсе не сосчитать! А что его Феня? Велика барыня! Но, посоветовавшись с женой, Редин решил: пусть хоть дочка поживёт по-человечески. И справили юной невесте красные высокие сапожки на шнуровке. А она сама смастерила себе свадебный наряд — отрез марли превратился в платье с воланами, вышитыми катушечной ниткой.
В семье будущего мужа тем временем происходили нешуточные баталии. Когда Саша объявил, что собирается жениться на дочери рабочего с Невской заставы, ему сначала просто не поверили. Потом начались крики, слезы и истерики, увещевания… Конечно, род Елисеевых не от Рюриковичей идёт, а от Елисея Семёнова, казённого поселянина деревни Новодворки Ярославской губернии. Но это ведь было так давно! А покойному дедушке, Степану Петровичу, было высочайше пожаловано потомственное дворянство. А тут — какая-то Фенька Редина…
Поскольку Александр Елисеев упрямо стоял на своём, на семейном совете было решено: выделить его долю семейного капитала — и пусть творит, что хочет.
Елисеевы уже тогда были чудовищно богаты, но поскольку семья была многочисленной, доля Александра оказалось невелика: несколько магазинов, участие в доходах водочного завода, три распивочных заведения на Лиговке и небольшой капитал в ценных бумагах. Но младший Елисеев был очень умён и чертовски работоспособен. За несколько лет после раздела он серьёзно расширил торговлю и открыл в центре города два мануфактурных магазина — на Гороховой и Большой Конюшенной. Торговал чаем, рисом, ост-индским сахаром, прованским маслом и сырами. Дела шли в гору, доходы росли.
От своей юной жены Елисеев был без ума. Став важной госпожой. Феодосия — так её теперь называли — полюбила наряжаться. Понятное дело, подвенечное марлевое платье с воланами так никогда и не надевалось. К венчанию муж заказал для неё фантастически красивый наряд с крупными жемчугами, атласные туфельки и длинную роскошную фату. А потом подарки посыпались как из рога изобилия. Без счёта покупались новые наряды, шпильки для волос, украшенные бриллиантами, модные ожерелья из японского жемчуга, гребни из светлой черепахи с драгоценными камнями. Фенечка светилась от счастья и расцветала на глазах. Где бы она ни появлялась, непременно производила фурор, и Елисеев начал ревновать. Отлучаясь из дому, не находил себе места — ему казалось, что в это время юная жена ему изменяет.

Не в своей тарелке

Начались ссоры, а вскоре, когда Елисеев стал сильно пить, ещё и безобразные сцены. Порой Фенечка неделями не выходила из дому, стесняясь огромных синяков. Муж, протрезвев, плакал, ползал на коленях, выпрашивая прощения, а через какое-то время снова избивал. Когда родилась дочь Клавдия, всё пошло ещё хуже. Однажды в пьяном бреду у Елисеева появилась мысль, что дочка не его. Войдя в раж, он несколько дней и ночей крушил подряд всё, что попадалось под руку, а Фенечка с крохотной дочерью пряталась в комнате горничной. Потом опять — слезы, поцелуи, дорогие подарки…
Однажды ранней весной Александр вернулся домой под утро в одних фисташковых подштанниках и чьих-то старых тапочках: он спустил за ночь 35 тысяч рублей, золотой брегет и даже нательную рубаху. Перед женой было нестерпимо стыдно, он клялся, что это больше никогда не повторится. Месяц-другой Елисеев занимался делами и зарабатывал очень много, поскольку был оборотист и удачлив. А потом — очередной многодневный запой…
Один раз в год, на Масленицу, Александр с женой и дочерью бывал в доме своей матери на Мойке. 59. И мероприятие это было тягостным для всех. Мария Степановна люто ненавидела и презирала невестку, а Фенечка отчаянно боялась родни мужа. Кроме того, она стеснялась своего отменного аппетита и, боясь, что её засмеют за обжорство, всегда вставала из-за стола полуголодной.

Обмылок империи

В 1913 году было торжественно отмечено столетие торгового дела Елисеевых. Торжества были шикарные: с молебствием, возложением серебряных венков на могилы основателей торгового дома, роскошным балом на Мойке, 59, куда прибыли практически все известные лица империи. Непомерная роскошь била в глаза: к примеру, одна дама, жена высокопоставленного чиновника, появилась на балу в уникальном платье с лифом, отделанным крупными бриллиантами. Газетчики утверждали, что цена этого платья равняется стоимости едва ли не всей Поволжской губернии. После бала гостям раздавались подарки: дамам — золотые, усыпанные рубинами и сапфирами браслеты, а мужчинам — элегантные брелоки с бриллиантами.
Но хотя торговая империя Елисеевых процветала, дела мужа Фенечки катились под гору. Он стал по-настоящему спиваться, закупки велись кое-как, работники в отсутствие крепкой руки хозяина воровали по-чёрному. И даже всегдашняя удача стала отворачиваться от него. Елисеев пытался ввести в обиход новые товары, но неизменно терпел неудачу. Закупил в акционерном обществе «Кнорр» огромную партию кубиков для супа — так она вся сгнила на складе. Богачи предпочитали стёрляжью уху, а бедные не понимали, что такое бульонные кубики. Новое бразильское мыло «Де Коста» раскисало на складах, пылились в мануфактурных магазинах шикарные отрезы на диагоналевые брюки…
Тогда Александр решил эмигрировать, и даже отправил по железной дороге багаж, который в военной смуте растворился без следа. Для увеличения оборотного капитала продал пару трактиров на Лиговке — а деньги тут же прокутил с яровскими певичками и подцепил нехорошую болезнь, от которой потом долго лечился.
Летом 1917 года Елисеев вложил большую часть капитала в ценные бумаги. Опасаясь грабителей. Фенечка зашила их в специальный пояс, который носила и днём и ночью. Но грянула революция — и капитал обратился в ничто.

Дошёл до ручки

Семье пришлось переехать в небольшую трёхкомнатную квартиру на втором этаже дома номер 1 по Общественному переулку. Елисеев пил по-чёрному, а Фенечка относила оставшиеся вещи знакомому скупщику. Были проданы роскошные мужские часы фирмы «Павел Буре», колье из жемчуга, бриллианты…
С помощью тестя бывший миллионщик Елисеев устроился на Обуховскии завод счетоводом-кассиром. Репрессии его не коснулись. Умер он в 1932 году. Вернувшись после очередного загула, лёг под дверью квартиры, умоляя жену впустить, но Фенечка той ночью не открыла. А ранним утром увидела в коридоре уже бездыханное тело.
После смерти Елисеева Фенечка выходила замуж ещё два раза. Перед самой войной из-за неё даже пытался застрелиться известный военачальник — но это уже совсем другая история…

Журнал: Тайны 20-го века №48, ноябрь 2009 года
Рубрика: Дела давно минувших дней
Автор: Михаил Болотовский

Метки: жена, Тайны 20 века, любовь, газетная утка, фейк, бред, купечество, тупость, Елисеев



Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру, история, официальный архив (многое можно смотреть онлайн, не Википелия); 2010 — . Все фото из открытых источников. Авторские права принадлежат их владельцам.