Любовь купца Елисеева…

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Купец первой гильдии Александр Елисеев, красавец, миллионщик, наследник знаменитой торговой империи, увидев эту девочку, был сражён наповал. А ей в ту пору было четырнадцать лет.

Фото: любовь купца Елисеева — бред сивой кобылы

Непроходной бал

В петербургском пансионе баронессы Ноде на Литовском проспекте в Санкт-Петербурге воспитывались бедные девушки благородного происхождения. Несколько раз в году баронесса устраивала званые вечера, на которых у её воспитанниц появлялся шанс найти себе достойного мужа. А наша героиня, Фенечка, в кружевной наколке подавала гостям чай. Вообще-то она работала в швейной мастерской баронессы и при этом хорошо рисовала: многие изделия мастерской баронессы выполнялись по её эскизам. А заказы поступали от очень богатых людей и даже членов императорской фамилии.
И вот на один из приёмов баронессы Ноде заехал миллионщик Александр Елисеев. И, увидев четырнадцатилетнюю официантку, потерял дар речи — так она была красива! Не долго думая, молодой повеса решил ущипнуть красавицу в укромном уголке — но получил по рукам. На следующий день он дожидался её возле мастерской с подарками: модными чулками без шва и пудрой «Райская» (все вместе — на один рубль семьдесят копеек). Подарков Фенечка не взяла, а над ухажёром посмеялась.
Но Елисеев и не думал сдаваться. Однажды в воскресный день он увидел, как Фенечка вместе с соседскими мальчишками дразнит на набережной колченогого мужика и задорно кричит: «Кто хромой, того поймаю!». Тут купец понял, что имеет дело фактически с ребёнком. Отправившись в лавку Циммермана, которая располагалась в Гостином дворе, он купил кукольный зеркальный шкафчик и пошёл свататься.
Ничего подобного Фенечка, разумеется, до сих пор в руках не держала. Изящная игрушка поразила её воображение — и юная красавица немедленно сдалась.

Наряд вне очереди

Отец Фенечки был потрясён, узнав, какой важный господин сватается к его дочери. Ведь Елисеевы по всему городу имели магазины и распивочные. На Биржевой линии — водочный завод, конфетная и пряничная фабрика. У пристани — четыре корабля. А доходных домов и вовсе не сосчитать! А что его Феня? Велика барыня! Но, посоветовавшись с женой, Редин решил: пусть хоть дочка поживёт по-человечески. И справили юной невесте красные высокие сапожки на шнуровке. А она сама смастерила себе свадебный наряд — отрез марли превратился в платье с воланами, вышитыми катушечной ниткой.
В семье будущего мужа тем временем происходили нешуточные баталии. Когда Саша объявил, что собирается жениться на дочери рабочего с Невской заставы, ему сначала просто не поверили. Потом начались крики, слезы и истерики, увещевания… Конечно, род Елисеевых не от Рюриковичей идёт, а от Елисея Семёнова, казённого поселянина деревни Новодворки Ярославской губернии. Но это ведь было так давно! А покойному дедушке, Степану Петровичу, было высочайше пожаловано потомственное дворянство. А тут — какая-то Фенька Редина…
Поскольку Александр Елисеев упрямо стоял на своём, на семейном совете было решено: выделить его долю семейного капитала — и пусть творит, что хочет.
Елисеевы уже тогда были чудовищно богаты, но поскольку семья была многочисленной, доля Александра оказалось невелика: несколько магазинов, участие в доходах водочного завода, три распивочных заведения на Лиговке и небольшой капитал в ценных бумагах. Но младший Елисеев был очень умён и чертовски работоспособен. За несколько лет после раздела он серьёзно расширил торговлю и открыл в центре города два мануфактурных магазина — на Гороховой и Большой Конюшенной. Торговал чаем, рисом, ост-индским сахаром, прованским маслом и сырами. Дела шли в гору, доходы росли.
От своей юной жены Елисеев был без ума. Став важной госпожой. Феодосия — так её теперь называли — полюбила наряжаться. Понятное дело, подвенечное марлевое платье с воланами так никогда и не надевалось. К венчанию муж заказал для неё фантастически красивый наряд с крупными жемчугами, атласные туфельки и длинную роскошную фату. А потом подарки посыпались как из рога изобилия. Без счёта покупались новые наряды, шпильки для волос, украшенные бриллиантами, модные ожерелья из японского жемчуга, гребни из светлой черепахи с драгоценными камнями. Фенечка светилась от счастья и расцветала на глазах. Где бы она ни появлялась, непременно производила фурор, и Елисеев начал ревновать. Отлучаясь из дому, не находил себе места — ему казалось, что в это время юная жена ему изменяет.

Не в своей тарелке

Начались ссоры, а вскоре, когда Елисеев стал сильно пить, ещё и безобразные сцены. Порой Фенечка неделями не выходила из дому, стесняясь огромных синяков. Муж, протрезвев, плакал, ползал на коленях, выпрашивая прощения, а через какое-то время снова избивал. Когда родилась дочь Клавдия, всё пошло ещё хуже. Однажды в пьяном бреду у Елисеева появилась мысль, что дочка не его. Войдя в раж, он несколько дней и ночей крушил подряд всё, что попадалось под руку, а Фенечка с крохотной дочерью пряталась в комнате горничной. Потом опять — слезы, поцелуи, дорогие подарки…
Однажды ранней весной Александр вернулся домой под утро в одних фисташковых подштанниках и чьих-то старых тапочках: он спустил за ночь 35 тысяч рублей, золотой брегет и даже нательную рубаху. Перед женой было нестерпимо стыдно, он клялся, что это больше никогда не повторится. Месяц-другой Елисеев занимался делами и зарабатывал очень много, поскольку был оборотист и удачлив. А потом — очередной многодневный запой…
Один раз в год, на Масленицу, Александр с женой и дочерью бывал в доме своей матери на Мойке. 59. И мероприятие это было тягостным для всех. Мария Степановна люто ненавидела и презирала невестку, а Фенечка отчаянно боялась родни мужа. Кроме того, она стеснялась своего отменного аппетита и, боясь, что её засмеют за обжорство, всегда вставала из-за стола полуголодной.

Обмылок империи

В 1913 году было торжественно отмечено столетие торгового дела Елисеевых. Торжества были шикарные: с молебствием, возложением серебряных венков на могилы основателей торгового дома, роскошным балом на Мойке, 59, куда прибыли практически все известные лица империи. Непомерная роскошь била в глаза: к примеру, одна дама, жена высокопоставленного чиновника, появилась на балу в уникальном платье с лифом, отделанным крупными бриллиантами. Газетчики утверждали, что цена этого платья равняется стоимости едва ли не всей Поволжской губернии. После бала гостям раздавались подарки: дамам — золотые, усыпанные рубинами и сапфирами браслеты, а мужчинам — элегантные брелоки с бриллиантами.
Но хотя торговая империя Елисеевых процветала, дела мужа Фенечки катились под гору. Он стал по-настоящему спиваться, закупки велись кое-как, работники в отсутствие крепкой руки хозяина воровали по-чёрному. И даже всегдашняя удача стала отворачиваться от него. Елисеев пытался ввести в обиход новые товары, но неизменно терпел неудачу. Закупил в акционерном обществе «Кнорр» огромную партию кубиков для супа — так она вся сгнила на складе. Богачи предпочитали стёрляжью уху, а бедные не понимали, что такое бульонные кубики. Новое бразильское мыло «Де Коста» раскисало на складах, пылились в мануфактурных магазинах шикарные отрезы на диагоналевые брюки…
Тогда Александр решил эмигрировать, и даже отправил по железной дороге багаж, который в военной смуте растворился без следа. Для увеличения оборотного капитала продал пару трактиров на Лиговке — а деньги тут же прокутил с яровскими певичками и подцепил нехорошую болезнь, от которой потом долго лечился.
Летом 1917 года Елисеев вложил большую часть капитала в ценные бумаги. Опасаясь грабителей. Фенечка зашила их в специальный пояс, который носила и днём и ночью. Но грянула революция — и капитал обратился в ничто.

Дошёл до ручки

Семье пришлось переехать в небольшую трёхкомнатную квартиру на втором этаже дома номер 1 по Общественному переулку. Елисеев пил по-чёрному, а Фенечка относила оставшиеся вещи знакомому скупщику. Были проданы роскошные мужские часы фирмы «Павел Буре», колье из жемчуга, бриллианты…
С помощью тестя бывший миллионщик Елисеев устроился на Обуховскии завод счетоводом-кассиром. Репрессии его не коснулись. Умер он в 1932 году. Вернувшись после очередного загула, лёг под дверью квартиры, умоляя жену впустить, но Фенечка той ночью не открыла. А ранним утром увидела в коридоре уже бездыханное тело.
После смерти Елисеева Фенечка выходила замуж ещё два раза. Перед самой войной из-за неё даже пытался застрелиться известный военачальник — но это уже совсем другая история…

Журнал: Тайны 20-го века №48, ноябрь 2009 года
Рубрика: Дела давно минувших дней
Автор: Михаил Болотовский

Метки: жена, Тайны 20 века, любовь, газетная утка, фейк, бред, купечество, тупость, Елисеев




Исторический сайт Багира Гуру, история, официальный архив; 2010 — . Все фото из открытых источников. Авторские права принадлежат их владельцам.