Софья Гертнер: Золотая ножка НКВД — кто придумал фейк про женщину-палача?

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Софья Гертнер, по прозвищу Золотая ножка, сотрудник НКВД, самая жестокая женщина-палач в СССР — это не фейк, это другое. Это обычная идеологическая провокация созданная достаточно давно. Хотя, с другой стороны, изначально, это обычная публицистика в стиле фолк-хистори (лжеистория). В принципе история похожая историю Доры Евлинской, никогда не существовавшей женщины-палача из ЧК. Но то придумала деникинская контр-разведка, а это придумал наш, родной, советский…
Автор её хорошо известен Вадим Валерьянович Кожинов — советский, а затем и российский литературовед, критик и публицист, реально поехавший кукухой на жидомасонском заговоре и порхатых большевистских казаках.
Выросший в антисемитской семье он и сам, со временем впитал все соки этой идеологии, постепенно став апологетом черносотенства.
Стоит заметит, что как литературный критик и литературовед это специалист очень высокого уровня. Но вот когда он полез в занимательство историей, вот тогда и случилось плохо…
Давайте посмотрим кто такой Кожинов? Шестидесятник, отрицатель холокоста, человек которого профессиональные историки никогда не считали за «своего» — он не имеет исторического образования, никогда не работал в исторических архивах, не держал в руках ни одного исторического документа, не исследовал заново те или иные исторические периоды. Типичный представитель морального релятивизма, который в последние годы своей жизни стал заниматься «историей» основанной на банальном шовинизме.
Разработал некую доктрину евразийства. Это типичный бред — вторичность тезисов, в духе западного ревизионизма, полностью некорректные утверждения и антиисторические подходы. А как он создавал свой «исторический труд»? Он брал труды известных историков, археологов и использовал их работы для построения своей концепции общественных отношений и псевдоисторических связей, став, попутно, ярым норманистом и историческим шарлатаном.
Его евразийская концепция, общеисторическим взгляд на Россию в XX веке, это, по сути, банальный национализм. С точки зрения Кожинова — евразийский народ — это не Азия плюс Европа, это особенная, высшая, раса. При этом евразийцы — это, главным образом, русский народ…
Литературный критик Наталья Иванова утверждала, что «с кожиновской логикой управиться при помощи фактов было, естественно, невозможно: демагогия непобедима». А доктор исторических наук, Виктор Александрович Шнирельман (российский археолог, этнолог и антрополог, автор ряда изданий этно-политологической тематики), прямо указывал, что историческая публицистика Кожинова относится к жанру фолк-хистори и не более.
В 1998 году он выпускает книгу «Черносотенцы и Революция». Через год, в 1999, эта туалетная бумага, большей частью, входит в состав первой книги «Россия век XX. 1901-1939»).
Вот там-то, он и упоминает некого следователя НКВД по имени Софья Оскаровна Гертнер, при этом ссылается на публикацию о ней в газете «Аргументы и факты» («АИФ», 1993, №19, с. 12) — тот ещё исторический источник. Причём, на сайте АиФ, несмотря на то, что редакция выложила полный архив номеров, эта статья или какие-либо упоминания о ней — полностью отсутствуют. То есть — совсем.
К слову Софья Оскаровна Гертнер — такая комбинация имени, отчества и фамилии указывает на остзейских немцев. И это так, — Gärtner, это немецкая фамилия в переводе означающая садовник и не более. Но, для рядового обывателя, неискушённого в ономастике, это слово звучит как еврейская фамилия. Но то для обывателя. А Кожинов профессиональный филолог, как-никак. И не знать этого он просто не мог. А значит он, достаточно цинично продумал свою провокацию, подтасовывая факты.
А вот фамилии её жертв… Это очень интересно… Я вам скажу откуда они взялись в сетевых вариантах — это ничто иное как переписанные из Википедии фамилии знатных польских родов…
То есть, автор попросту взял две первых фамилии из списка репрессированных сотрудников НКВД (да и то под вопросом, поскольку эта пара фамилий единожды упоминается в сетевых источниках, но документальных подтверждений эта информация не имеет).
В 2001 году эту информацию, слово в слово, коипрует в своём бредовом труде «200 лет вместе», другой феерический долбоёб, писец руками, апологет демшизы, СоЛЖЕницын.
В 2013 году, праворадикал из Новой Зеландии Керри Болтон, включает этот фейк в свой пипифакс «Левые психопаты».
В 2017 году по зомбоящику выходит сериал «Мурка, одним из персонажей которогоя является Софья Зиновьевна Гертнер — комиссар ГПУ в Одессе. Собственно, эта мыльная опера, типичное историческое порно, которые ныне заполнили быдлоящики чуть более чем полностью.
В том же 2017 году на историю о мифической женщине-палаче, не казнившей, к слову ни одного человека, после просмотра оного сериала, западает в своей ЖЖ некто pantv — это давно известный сетевой дурачок, собиратель исторических какашек, профессиональный графоман и плагиатор, дополнят фейк Кожинова тоннами феерических высеров кирпичей и вбрасывает это говно на вентилятор, публикуя эту хрень в своём былоблоге, откуда оно и понеслось.
Надо сказать, что к 2017 году нард стал разборчив, и повелось на эту хрень очень мало людей. Но, тем не менее, публикации появляются в псевдоисторических изданиях и до сих пор (причём все они — стопроцентная копипаста с Кожинова, дополненная невероятным бредом). Очередной высер был помещён и в лжеисторическом журнале «Загадки истории» совсем недавно, а вот с ним-то вы и можете ознакомиться ниже.




Софья Гертнер: Золотая ножка НКВД — кто придумал фейк про женщину-палача?

Оперуполномоченный 1-го следственного отдела УНКВД Ленинградской области Софья Гертнер вошла в историю Советской России как самый жестокий палач органов госбезопасности.
Кровожадности Софьи Гертнер, прозванной заключёнными Сонькой Золотой Ножкой, поражались даже самые жестокие её коллеги.
Софья Оскаровна Гертнер, самая жестокая сотрудница НКВД, родилась в 1904 или в 1905 году в семье провизора Оскара Сауловича Гертнера.

В мечтах о загранице

Отец Сонечки, Оскар Гертнер, был человеком разумным и терпеливым и каждый раз утешал жену и дочь, обещая им, что совсем скоро они все вместе уедут за границу к близкому родственнику Захару Давыдовичу Гольдбергу. Но случилась революция, аптеку национализировали большевики, и остался Гертнер с семьёй в России. Софья устроилась работать на мыловаренный завод имени товарища Карпова, вступила в комсомол.
Активная боевая ораторша Софья со временем была замечена товарищами из НКВД.
Предположительно в 1930 году Софья Гертнер начала службу в рядах НКВД. Документально подтверждается её служба с 1937 года, когда сержант госбезопасности Гертнер служила в должности оперуполномоченного. Считается, что её первым «учителем» был чекист Яков Меклер, прозванный в народе Мясником за особую жестокость к подследственным. Меклера побаивались даже коллеги.
На новом месте Гертнер сразу показала себя. Одной из первых её жертв стала Надежда Суворикова, обвиняемая в шпионаже. Будучи совсем не пролетарского происхождения, после революции 16-летняя Суворикова бросила Николаевский институт в Петербурге и ушла на Гражданскую войну вместе с красноармейцами, воевать за советскую власть. Потом работала буфетчицей на теплоходе «Жан Жорес», совершавшем загранрейсы. На свою беду, Суворикова во время одного из рейсов встречалась в Нью-Йорке с братом, музыкантом Алексеем Антоновским, эмигрировавшим из Советской России в 1923 году. Было ещё одно «пятно» в её биографии — её дядя проживал во Франции при марсельском монастыре кармелиток, где и умер. Словом, по тем временам была она подозрительной особой и потенциальным врагом народа. Явным врагом после ареста Суворикову сделала Софья Гертнер. На допросах она жестоко пытала женщину, которая даже говорить толком не могла — её парализовало. Но Гертнер, захлёбываясь яростным криком, что есть силы била Суворикову тяжёлой линейкой по непослушным пальцам, требуя подписать признательные показания. Якобы она, Суворикова, хотела отравить команду теплохода — «произвести на судне бактериологическое заражение путём введения в пищу бактерий».

Бригада смерти

После очередных пыток, когда Гертнер рвала ей ногтями грудь и сдирала куски кожи, Суворикова, опасаясь за жизнь двоих детей, помещённых после её ареста в приемник-распределитель НКВД, подписала признание.
Непримиримая классовая ненависть Гертнер, её беспринципность и особое рвение вести непримиримую войну с врагами партии и народа в июле 1937 года были замечены начальником 3-го (контрразведывательного) отдела УГБ УНКВД Ленинградской области Мироном Мигбертом, который определил её в так называемую «бригаду смерти». Такие же садисты-коллеги восхищались Гертнер, а некоторые даже её побаивались. Придумала Сонька Золотая Ножка свой особый метод выбивания признательных показаний у арестантов-мужчин. Привязывала мужчину за руки и за ноги к столу и, распяв его таким образом, изо всей силы била каблуком в пах, по причинному месту. И так до тех пор, пока тот не подпишет то, что требуется. Эта пытка доставляла ей особое удовольствие. Арестованные, особенно пожилые мужчины, признавались сразу. Историю предательства Гертнер сама сочиняла тут же, в допросной. Фантазии ей было не занимать. Расстрельные дела «шились» одно за другим. Мигберт ставил Софью другим в пример и в 1937 году приказом по отделу наградил её золотыми часами — за особые заслуги перед Родиной.

Справедливый Берия

Слава о кровавой Соньке Золотой Ножке разлетелась от Ленинграда до Магадана и дальше, где обитали в лагерных бараках те, кто прошёл через её пытки, чудом не попал под расстрел и на долгие годы пошёл валить лес в тайге. Дошла молва и до Москвы. И тут случилось то, чего Гертнер никак не ожидала. К началу 1939 года Народный комиссариат внутренних дел возглавил Лаврентий Берия, а 21 февраля за ней пришли — Берия отдал приказ об аресте Гертнер, которая стала слишком известной и совсем потеряла страх. Так оперуполномоченная 1-го спецотдела УНКВД по Ленинградской области Софья Гертнер оказалась в тюремной камере.
Она стойко держалась на первых допросах, отрицая все обвинения в фальсификации уголовных дел и жестоких пытках, которым подвергала подследственных. Вскоре ей пришлось испытать на себе и физические методы допроса. Но скорее всего, на все эти методы она взирала с презрением: вряд ли кто-то из коллег мог её превзойти.
«Лично я арестов не производила, — юлила Гертнер на допросах. — Мне руководством отделения в лице Мекрела и Фигур давались материалы уже оформленных арестованных, по которым я проводила расследование».
Но постепенно, раз за разом, поставленная перед фактом, боясь расстрела, она признавалась в том, что фабриковала дела: «Помню одно, что Суворикову я била, так как она не хотела давать показания. О том, что я эту арестованную била, я хорошо помню, потому что она была первой женщиной, которую я допрашивала». Вспомнила она и несчастного Кейнаста, который под пытками признался в шпионаже и в том, что якобы готовил диверсионные акты. Так, дело за делом, смерть за смертью невинно оговоренного, признавалась Гертнер в совершенных ею преступлениях. А потом был суд.
Судил Софью Гертнер Военный трибунал внутренних войск НКВД Ленинградской области. Она и в суде пыталась оправдаться: «Я девять лет проработала в органах НКВД и во время операций 1937-1938 годов выполняла преступные методы ведения следственных дел, которые исходили от Заковского, Шапиро и Мигберта, ныне врагов народа, на которых я не могла в то время подумать. Они вбивали мне в голову преступные методы. Я была единственной женщиной, которая работала на следствии, и дошла почти до сумасшествия, всем исходящим от руководства указаниям я верила и так же, как и все остальные работники, их выполняла, но дел, бывших у меня в производстве без материалов, я не брала. Я виновата в том, что делала натяжки в протоколах допроса обвиняемых, била их, но это все я делала без всякого умысла и к тому же с распоряжения начальства, думая, что это нужно. Теперь я потеряла все, я потеряла партию и потеряла мужа. Прошу суд учесть мою 9-летнюю работу в органах НКВД и вынести справедливый приговор».
31 января 1941 года Софья Оскаровна Гертнер была признана виновной и осуждена к 10 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительно-трудовом лагере. А 22 июня началась война с фашистской Германий. Гертнер, как и многие заключённые, была отправлена из лагеря на фронт, чтобы кровью искупить свою вину. Предположительно, направили её в Смерш. Но тому нет документальных подтверждений.
После войны Софья Гертнер вернулась в Ленинград, где и жила до самой смерти, получив после смерти Иосифа Сталина в 1953 году статус репрессированной и участника Великой Отечественной войны. Умерла она в 1982 году, дожив до преклонного возраста, и была скромно похоронена знакомыми и соседями. По другим сведениям, Софья Гертнер скончалась в 1984 году.

Журнал: Загадки истории №15, апрель 2020 года
Рубрика: Злодеи
Автор: Антон Старосельцев

Метки: Загадки истории, газетная утка, фейк, бред, Гертнер




Исторический сайт Багира Гуру, история, официальный архив; 2010 — . Все фото из открытых источников. Авторские права принадлежат их владельцам.