Венский стул - история создания

В случае с венским стулом заезженное выражение «классика, проверенная временем» — не рекламный штамп, а чистая правда. 170 лет прошло со дня его изготовления, а он по-прежнему не теряет своей актуальности. Его даже называют «Шанель № 5» мебельного мира. И с полным на то основанием. Ведь, по сути, у венского стула до сих пор нет конкурентов. Аналогов — пруд пруди, а достойных соперников, во всяком случае таких, которые были бы у всех на слуху и не нуждались в дополнительном представлении, нет. А все потому, что в середине XIX века австрийский мебельщик Михаэль Тонет умудрился соединить в одном стуле красоту, изящество, удобство, лёгкость и невероятную прочность.

Венский стул - история создания

Мебель как призвание

Строго говоря, те стулья, которые мы называем венскими — с дугообразными спинками, — стоило бы величать тонетовскими: по имени их создателя. Но вышло так, что сам способ «выгибания дерева», благодаря которому и рождались на свет знаменитые стулья, Михаэль Тонет запатентовал в Вене. Потому вся подобная мебель и стала именоваться венской. А остался бы он в родном Боппарде, знали бы мы его стулья как боппардовские. Но судьба распорядилась иначе.
Все своё детство Михаэль Тонет провёл фактически в нищете. Отец — заготовитель кож — не мог толком обеспечить семью, потому, когда перед подростком встал вопрос выбора профессии, он решил выучиться на столяра: это занятие предполагало более стабильный доход. Но, попав в мастерскую, Михаэль неожиданно для самого себя обнаружил, что делать мебель — это его призвание. Ему нравилось работать с деревом, превращать неуклюжие бруски в диваны и кресла. Видно, у него неплохо получалось, коль в 1819 году, когда ему исполнилось всего 23 года, Тонет открыл свою собственную мастерскую. Его дела шли в гору: он производил простую добротную мебель, пользующуюся спросом у горожан. Но чем дальше он её делал, тем скучнее ему становилось.

Венская авантюра

Однажды ему на глаза попались английские стулья, некоторые детали которых были сделаны из гнутого дерева. С тех пор Михаэль потерял покой. Он начал экспериментировать и через несколько лет создал свою технологию выгибания дерева под действием горячего пара, которая позволяла делать лёгкие, компактные и недорогие предметы мебели. Тонет настолько уверовал в успех своего детища, что почти все свои деньги пустил на расширение производства. И потерпел фиаско: изящные мебельные формы пришлись не по нраву его прежним заказчикам. Михаэль по уши увяз в долгах. Тем не менее он решился отправить свои стулья на промышленную выставку в Кобленц. Там их увидел не кто-нибудь, а министр иностранных дел Австрии — князь Клеменс Меттерних. И ему, в отличие от обитателей Боппарда, необычные произведения немецкого столяра понравились настолько, что он пригласил Тонета в Вену…
К тому времени у Михаэля уже была семья. Другой бы на его месте сто раз подумал, прежде чем срываться в другую страну. Но Тонет всё поставил на карту. Он продал мастерскую, кое-как расплатился с долгами и отправился в столицу Австрии, понадеявшись на Бога да на свой талант.

Стулья для дворца

Открыть своё дело в Вене Михаэлю не удалось: конкуренция оказалась слишком велика. И тогда он нанялся на работу к Карлу Лейстлеру, который специализировался на изготовлении тяжёлой резной мебели. Днём Тонет трудился в цехах у Лейстлера, а по вечерам гнул свои стулья. И не зря.
В 1843 году Лейстлер получил заказ на мебель для Лихтенштейнского дворца в Вене, перестройкой которого руководил английский архитектор Питер Девинь. Он случайно увидел стулья Тонета и захотел, чтобы дворец был обставлен именно ими. Но договор-то был уже подписан, и подписан с Лейстлером! Конфликт вышел нешуточным. Однако и архитектор, и оба мебельщика были прежде всего людьми деловыми, а потому сумели договориться. В обмен на возможность работать в отдельной мастерской, куда не имели права заходить другие рабочие, Тонет обязался не называть себя автором стульев и не указывать на них своё имя. По документам выходило, будто вся «мебель из дворца» вышла из одной мастерской — Лейстлера. Но одного взгляда на стулья Тонета и Лейстлера хватало, чтобы понять: они разного поля ягоды. А стоило их поднять — и последние сомнения отпадали: по сравнению с лейстлеровскими творениями тонетовские не весили почти ничего. Чтобы нивелировать эту разницу, Михаэлю даже пришлось прибить под сиденья своих стульев оловянные пластины — утяжелить их.

Братья Тонет

Деньги, вырученные за работу в Лихтенштейнском дворце, позволили Михаэлю уйти от Лейстлера и открыть свою собственную мастерскую. На Всемирной выставке товаров, проходившей в 1851 году в Лондоне, стулья Михаэля Тонета получили бронзовую награду. Золото увёз Карл Лейстлер, расценивший свой триумф как справедливое возмездие за допущенную некогда несправедливость.
Консервативная общественность по-прежнему была не готова принять мебель, которую делал Тонет: её ценили люди с хорошим вкусом, тогда как Михаэль мечтал о том, чтобы она стояла в каждом доме. Во-первых, он жаждал расширения фирмы, носившей к тому времени название «Братья Тонет»: к мебельному делу Михаэль приставил всех своих пятерых сыновей, обязав их держаться вместе и ни в коем случае не отделяться друг от друга. А во-вторых, он и правда считал свои стулья лучшим предложением на всем рынке. И чтобы доказать это публике, отважился на уникальную рекламную акцию. Михаэль Тонет поднялся на Эйфелеву башню и самолично сбросил оттуда один из своих стульев. Так он подтвердил прочность своей мебели, ибо, крепко ударившись о землю, тонетовский стул остался цел и невредим, как и обещал его изготовитель!

Всё придумано, всё продумано

Капля камень точит. Первым уникальную мебель «Братьев Тонет» оценил средний класс, в том числе и потому, что мог себе её позволить.
Ведь Михаэль неустанно трудился не только над качеством стульев, но думал и о том, как максимально удешевить процесс их производства.
Он первым стал использовать буковое дерево — гораздо более дешёвое по сравнению с дубом и палисандром, но такое же прочное. Чтобы не тратить средства на транспортировку сырья, Михаэль перенёс производство в Моравию, где буковые леса росли в изобилии. Именно там родился самый знаменитый стул «Братьев Тонет» — № 14, ставший их визитной карточкой.
С момента своего создания он выпускался без изменений, а его производство не останавливалось ни на минуту. Этот стул стал самым продаваемым в истории: за полвека было реализовано 50 миллионов экземпляров. Этому коммерческому успеху способствовала ещё одна гениальная придумка Тонета-старшего: он первым стал использовать металлические винты для скрепления отдельных деталей стула, что позволило собирать и разбирать мебель. Стул № 14 состоял из шести частей. А 36 таких разобранных стульев помещались в коробке объёмом 1 кубический метр.
В 1878 году на Всемирной выставке в Париже мебель «Братьев Тонет» получила наконец золотую медаль. С экскурсией на фабрику в Моравии прибыл сам австрийский император Франц Иосиф, после чего мебельщики стали официальными поставщиками Австро-Венгерского императорского двора.
Казалось, их благополучию уже ничто не угрожает. Даже во время Первой мировой войны фирма «Братья Тонет» получила статус охраняемой государством. Да вот только самого государства очень скоро не стало. А вместе с ним исчезли и «Братья». Но остались их великолепные стулья. Их идеи.
Владельцы магазина IKEA, рекламируя свою мебель, уверяют покупателей, что им не придётся переплачивать за её транспортировку. «Мы не перевозим воздух! — говорят они. — Всё придумано. Всё продумано». Теперь вы знаете, кем именно.

Журнал: Ступени Оракула №4, апрель 2020 года
Рубрика: Парадоксы истории
Автор: Антон Дубинин

Метки: Ступени Оракула, дерево, Вена, мебель, стул, Тонет



Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010 —