Империя Николая была кладбищем талантливых литераторов. Рылеев — повешен, Грибоедов — пал при исполнении служебных обязанностей, Пушкин и Лермонтов — убиты на дуэлях.

Как казнь Достоевского сделала его пророком?

Как расстрел Достоевского повлиял на мировоззрение писателя?

Достоевский мог продолжить этот ряд, поскольку был приговорён к смертной казни. Но именно он сегодня воспринимается как самый авторитетный адвокат царской России.

В одном из интервью архиепископ Кентерберийский Роуэн Уильяме сказал: «Достоевский страшно неудобный автор для всякого политика, хоть для левого, хоть для правого: он неизменно сдирает всякую самонадеянность».

Самонадеянность он сдирает и с любого читателя, проникая в затаённые уголки сознания, рисуя и моделируя ситуации, которые при всей своей внешней искусственности зачастую словно открывают окно в будущее.

Русский пророк

Давно очевиден пророческий смысл романа «Бесы», рисующий такие революционные практики, которые во второй половине XIX века казались ужасающими и искусственно очерняющими «борцов за светлое будущее». Сегодня провокации, террор и повязывание кровью являются повседневностью и для революционеров, и для борющихся с ними спецслужб.

Встречаются пророчества и более конкретные. Часто цитируется пассаж, написанный им в период войны, которую Россия вела с Османской империей за освобождение Болгарии. На самом деле Болгарией дело тогда не ограничилось, поскольку полную независимость (вместо автономии) тогда же получили Сербия и Черногория. На вопрос, будут ли они испытывать благодарность к России, писатель отвечает категорическим «нет»: «Выставят как политическую, а потом и научную истину, что не будь во все эти сто лет освободительницы-России, так они бы давным-давно сами сумели освободиться от турок, своею доблестью или помощию Европы, которая, опять-таки не будь на свете России, не только бы не имела ничего против их освобождения, но и сама освободила бы их… Мало того, даже о турках станут говорить с большим уважением, чем о России. Может быть, целое столетие, или ещё более, они будут беспрерывно трепетать за свою свободу и бояться властолюбия России; они будут заискивать перед европейскими государствами, будут клеветать на Россию, сплетничать на неё и интриговать против неё».

Совсем недавно остроактуальный пророческий смысл углядели в видениях, преследовавших главного героя «Преступления и наказания» Раскольникова, когда он лежал в жару и бреду: «Ему грезилось в болезни, будто весь мир осуждён в жертву какой-то страшной, неслыханной и невиданной моровой язве, идущей из глубины Азии на Европу. Все должны были погибнуть, кроме некоторых, весьма немногих, избранных. Появились какие-то новые трихины, существа микроскопические, вселявшиеся в тела людей. Но эти существа были духи, одарённые умом и волей. Люди, принявшие их в себя, становились тотчас же бесноватыми и сумасшедшими. Но никогда, никогда люди не считали себя так умными и непоколебимыми в истине, как считали заражённые».

Тут уж совсем в точку, если считать, что писатель предсказывал не только COVID, но и общий конфронтационный настрой, когда не только граждане, но и власти предержащие утрачивают способность к диалогу, провозглашая себя единственными носителями истины.

Сам Достоевский себя носителем истины не считал, но его слушали, порой стиснув зубы, чаще бурно опровергая, но всегда восхищаясь. А ведь начинал он как довольно заурядный писатель, и, кажется, только испытанное в молодости потрясение от имитации расстрела высвободило его гений.

Покорение столицы

По древности рода Достоевские могли бы соперничать с аристократическими семействами, если бы не зияющие в их генеалогии лакуны.

Ещё в 1506 году московский князь Василий III пожаловал в Пинском уезде имение Достоев боярину Даниле Ивановичу Иртищеву. Однако здешние места вскоре перешли к княжеству Литовскому, и если какие-то Иртищевы-Достоевские здесь и жили, то со временем они превратились в мелкую шляхту.

Вероятно, название имения предков писателя «Достоев» происходит от польского слова «достойник» — так называли приближённых монарха, но в случае с местными жителями прозвище имело насмешливый смысл, поскольку при дворе они оказывались только в качестве прислуги.

Позже Достоевские перебрались на Подолье, где после раздела Речи Посполитои и стали подданными Екатерины Великой, утратив даже дворянское звание.

Дед писателя был священником в селе Воитовцы под Винницей. Отец Михаил Андреевич тоже сначала пошёл по церковной стезе, но потом окончил Медико-хирургическую академию и в качестве военного лекаря участвовал в кампаниях против Наполеона. В браке с купеческой дочкой Марией Нечаевой появились четверо сыновей и столько же дочерей.

Родившийся 11 ноября 1821 года сын Фёдор был вторым ребёнком. Отец тогда служил в Мариинской больнице для бедных, причём оклад имел соответствующий доходам её пациентов.

В материальном отношении жить стало полегче, когда отец получил чин коллежского асессора, а с ним (помимо прибавки к жалованью) и потомственное дворянство. Заняв денег, семья приобрела маленькое имение Даровое в Каширском уезде Тульской губернии.

В 16 лет Фёдор лишился матери и вскоре вместе с братом Михаилом был отвезён в Петербург для поступления в Инженерное училище. Инженеры тогда зарабатывали хорошо, но братья мечтали стать литераторами. Михаила в училище не приняли, ошибочно диагностировав у него чахотку. А вот Фёдора взяли, проглядев, что у него случаются приступы эпилепсии.

Училище Достоевский окончил, но, прослужив всего год, вышел в отставку поручиком. И литературная жизнь его закружила.

Первый роман «Бедные люди» принёс известность по причине вошедшего в моду сочувствия к «маленькому человеку». Повесть «Двойник» читателей озадачила, во-первых, по причине налёта мистицизма (ещё не модного), а во-вторых, из-за того, что сам «маленький человек» в подаче Достоевского вызывал не только сочувствие, но и раздражение.

Достоевский рассорился с западником Тургеневым, почти революционером Некрасовым и подался в «Отечественные записки» к слывшему консерватором Краевскому.

Но верноподданного литератора из него не получилось.

Обитатель «Мёртвого дома»

С весны 1846 года он начал посещать пятничные вечера у чиновника МИДа Петрашевского. Тот организовал выпуск «Карманного словаря иностранных слов, вошедших в состав русского языка», причём слова пояснялись таким образом, что посвящённые им статьи представляли собой почти пропаганду новомодных революционных понятий. Последовали аресты.

Персонально Достоевскому инкриминировали то, что он читал запрещённое «Письмо Белинского к Гоголю», причём в Алексеевский равелин писателя отправили 23 апреля 1849 года; вскоре после того, как вышла очередная его повесть — знаменитые «Белые ночи». В заключении Достоевский написал рассказ «Маленький герой» — сентиментально-трогательный и абсолютно не соответствующий драматическому положению, в котором находился автор.

Приговор к расстрелу по очевидным причинам стал для Достоевского шоком. И то, что с ним вместе осудили 22 человека, вряд ли могло служить утешением.

Осуждённых доставили на Семёновский плац, где провели церемонию гражданской казни с лишением чинов. Затем первую троицу привязали к столбам, надев двоим на голову балахоны. Под барабанную дробь солдаты даже взяли ружья наизготовку, и лишь после этого было объявлено о смягчении наказания. Один из осуждённых, поручик Николай Григорьев, сошёл с ума. Достоевский, хотя к столбу его и не привязывали, тоже впечатлился до конца жизни.

Наказание Фёдору Михайловичу смягчили до четырёх лет каторги с последующей службой рядовым.

Каторжные впечатления дали ему материал для «Записок из Мёртвого дома», и это было уже совсем новое явление в русской, да и мировой литературе — описание тюремного быта. Типажей автор тоже набрался — хватило на все дальнейшее творчество.

Из русских писателей в качестве заключённого на каторге побывал только Чернышевский — полная противоположность Достоевскому в политическом плане, хотя, как литераторы, они близки. Стиль обоих предельно прост, в сюжете присутствует склонность к криминально-мелодраматическим эффектам, в повествование часто вкрапляются сны. Но Чернышевский стал неактуален после того, как история развенчала радевших за народное счастье революционеров. А Достоевского развенчать не смог никто.

На светлой стороне

На свободу Фёдор Михайлович вышел после того, как отсидел от звонка до звонка, да ещё успев послужить в армии.

В Петербург вернулся с женой — Марией Дмитриевной Исаевой (урождённой Констант) — вдовой спившегося чиновника, с которой он познакомился в Семипалатинске, куда прибыл для отбытия воинской службы.

Внешне эффектная образованная дама при деградирующем муже, естественно, воспринималась в провинции светской звездой, и неудивительно, что вчерашний каторжник влюбился в неё «со всем пылом молодости».

Однако в Петербурге жизнь у них не заладилась. Теперь уже Достоевский — вчерашний каторжник и революционер, да ещё и талантливый писатель — блистал, стреляя шедеврами: «Дядюшкин сон», «Село Степанчиково и его обитатели», «Скверный анекдот».

На дворе творились либеральные реформы Александра II, и публика кругом тоже была либеральной, считая Достоевского с собой «одной крови».

То, что с ним что-то не так, стало ясно после публикации «Зимних заметок о летних впечатлениях» — очерка, в котором он проехался по «прогрессивному Западу». В 1862 году на германских курортах Фёдор Михайлович крупно проигрался, так что пороки Европы представились ему как-то особенно выпукло.

Либералы осуждающе возопили, а он стал отвечать ещё резче: «Они первые были бы страшно несчастливы, если бы Россия вдруг стала безмерно богата и счастлива. Некого было бы им тогда ненавидеть, не на кого плевать, не над чем издеваться! Тут одна только животная, бесконечная ненависть к России, в организм въевшаяся». Или ещё: «Наш русский либерал прежде всего лакей и только и смотрит, как бы кому-нибудь сапоги вычистить».

От страсти к рулетке он излечился, в том числе и благодаря помощи второй жены Анны Сниткиной.

В 1866 году вдовец Достоевский нанял её как стенографистку, поскольку требовалось в сжатые сроки написать роман «Игрок» — как раз чтобы рассчитаться с долгами.

Сниткина оказалась верной помощницей и родила ему четырёх детей, из которых до зрелого возраста дожили дочь Любовь и сын Фёдор.

Заметное место в его жизни занял случившийся ещё до женитьбы роман с Аполлинарией Сусловой, ставшей впоследствии супругой философа Василия Розанова. Коллизия между верной женой и стервозной любовницей, ангелом и бесом, была тривиальной, но способствовала начавшемуся в 1860-х годах и продолжавшемуся до самой смерти творческому подъёму, ознаменованному созданием «великого пятикнижия» — «Преступление и наказание», «Идиот», «Бесы», «Подросток», «Братья Карамазовы». Черты Сусловой прослеживаются во многих женских образах и прежде всего в Настасье Филипповне, которая гибнет сама и губит «идиота» князя Мышкина. Черты супруги в женских образах Достоевского читаются реже, но главное, что он выбрал её и, вообще, выбрал «ангела» или, если пользоваться терминологией «Звёздных войн», — «светлую сторону».

Понятно, что Достоевский колоссальным образом повлиял на всю последующую мировую литературу, но в плане политическом он стал вполне законченным русским имперским патриотом, притом что ни у кого из действительно широко мыслящих людей язык не поворачивался обвинить его в национальной ограниченности, свойственной тем же славянофилам. Поэтому и называть его принято не славянофилом, а почвенником.

Свои взгляды, идущие вразрез с характерным для российской интеллигенции западническо-либеральным трендом, он отстаивал и в романах, и в «Дневнике писателя».

Формально «Дневник» представлял собой классическое периодическое издание, но был необычен тем, что живой классик реагировал на текущие события с позиции именно писателя, а не журналиста или публициста.

Публику он брал глубиной суждений, сочетавшейся с разговорной живостью изложения. Так что в определении автора «Дневника писателя» как «первого блогера» есть сермяжная правда.

И даже последнее резонансное произведение Достоевского не относилось к художественной литературе. Это была речь, произнесённая в июне 1880 года на заседании «Общества любителей российской словесности» и посвящённая Пушкину — классику, который в идеологическом смысле проделал примерно тот же путь, что и Достоевский.

Особенно часто цитировали слова, которым он истолковал смысл поэмы «Цыгане»: «Смирись, гордый человек, и прежде всего сломи свою гордость. Смирись, праздный человек, и прежде всего потрудись на родной ниве», вот это решение по народной правде и народному разуму».

Очень ненадолго этот призыв примирил западников и славянофилов. Но 28 января (ст.ст.) 1881 года Достоевский умер. А ещё через месяц убили Царя-Освободителя. И все снова поссорились.

Журнал: Загадки истории №50, декабрь 2021 года
Рубрика: Историческое расследование
Автор: Дмитрий Митюрин




Telegram-канал Багира Гуру

Метки: Александр II, Николай I, эпоха Романовых, Загадки истории, государство, писатель, литература, казнь, пророчество, общество, Достоевский


Исторический сайт Багира Гуру; 2010-2022