Мария Вега: «Чёрная моль» из Парижа

Вега — псевдоним русской поэтессы Марии Волынцевой, которая прожила большую часть жизни в эмиграции. Под конец жизни смогла вернуться в свой родной город Петербург, который тогда назывался Ленинградом. Где и скончалась в 1980 году на 81-м году жизни.

Фото: Мария Вега — «Чёрная моль» из Парижа

В конце жизни автор романса «Институтка» писала стихи о Ленине

Мария Вега осталась в истории русской поэзии как автор «жестокого романса» «Институтка». Да, того самого, который начинается словами:

Не смотрите вы так сквозь прищур своих глаз,
Джентльмены, бароны
и денди!
Я за двадцать минут
опьянеть не смогла
От стакана холодного
бренди…

Счастливая сирота

В СССР запись этой песни слушали в основном в полуподпольной обстановке, в исполнении «нелегального» певца Аркадия Северного. Звучный псевдоним Вега Марии придумал отец, отставной офицер Николай Волынцев, уже в парижской эмиграции.
А в России она была просто Машей Волынцевои. Институткой — она училась в Павловском женском институте в Санкт-Петербурге. Однако камергером её отец никогда не был. Точно Машу нельзя было назвать чёрной молью — летучей мышью. И проституцией Волынцева никогда не занималась. Но, конечно, отлично знала реалии эмиграции: до чего может докатиться человек от бедности и лишений.
Матерью Волынцевой была актриса, которая ушла из семьи, бросив мужа с дочерью. О причинах её ухода говорить не любили. Маша написала об этом два горьких стихотворения:

О, эта женщина,
Такая же, как все:
Рот полумесяцем,
И невеселый смех,
И смутных крыльев
проблески,
Но вниз влекущий страх.
И вечно поиски
Впотьмах, впотьмах.


И ещё:

Была у меня сероглазая мать,
Но мне запретили её
вспоминать…


Отец, как это нечасто бывает, смог стать девочке и мамой, и папой: Маша не чувствовала себя ни в чём обделённой. Николай Волынцев был исключением в своей семье — военный, изобретатель усовершенствований для отечественных пулемётов. Остальные родные будущей поэтессы принадлежали к актёрской среде. Крёстной Марии была её тёзка — великая русская актриса Мария Савина.
До революции жизнь текла счастливо: учёба, поездки по городам России, летние месяцы на даче в Гагре, у Чёрного моря. Революция все поменяла: Волынцева с отцом после долгих скитаний по Европе наконец-то осела в Париже — центре русской эмиграции первой волны. В эмигрантских кругах она фигурировала под именем княгини Нижарадзе. Согласно исследованиям биографов, этот грузинский князь, ставший мужем Маши, был намного её старше и дружил с её отцом. Был ли удачным этот брак? Об этом история умалчивает.

В эмигрантских кругах

Гораздо более известна предыдущая история любви Марии Волынцевой. Совсем ещё юная Маша танцевала на балу с высоким молодым человеком. Его звали Михаилом Лангом. Он учился в Морском корпусе — готовился стать офицером. Роман был страстным и счастливым. А потом страшные перемены, случившиеся со страной, развели их. Оба думали: навсегда. Уже в Париже Мария прочитала в одной из газет известие о гибели Миши. И не поверила. Почему? А бог знает, почему. Сердце говорило: он жив.
Впрочем, первая любовь не помешала княгине Нижарадзе быть замужем и заниматься творчеством. Она вела активную светскую жизнь в русской эмигрантской среде. Выступала с песнями собственного сочинения. Бегу упомянула в своих воспоминаниях Людмила Лопато, другая эмигрантская певица: «В Париже я довольно часто устраивала благотворительные спектакли… Вечер назывался «В гостях у Людмилы Лопато». Первое отделение мы решили сделать не просто концертным: действие было объединено единым сюжетом. Сценарий написала для нас Мария Вега — автор нескольких книг стихов и многочисленных комических песенок и жестоких романсов из репертуара кабаре тех лет, — женщина огромного роста, полная и походившая лицом на мужчину. Самый её знаменитый надрывный романс «Не смотрите вы так сквозь прищуренный глаз, джентльмены, бароны и леди…» на слуху до сих пор и в эмиграции, и в России».
Надо честно признаться: стихи Веги-Нижарадзе были не лишены лиризма и подлинной сердечности. Но не более того. Так что забвение большинства всех её творений, кроме «жестокого романса», неудивительно. Одновременно с ней вдали от родины творили Цветаева, Ходасевич, Бунин, Иванов, Набоков и многие другие звезды отечественной литературы, с которыми Бегу даже сравнивать смешно.
Вега выступала также как переводчица на русский язык стихов немецкого поэта Райнера Марии Рильке. Её переводы считаются изложениями, пересказами его стихов: Вега не следила за тем, чтобы в её переводах рисунок рифм, количество строк и ритм совпадали с авторскими.
Зарабатывала Мария Николаевна живописью, к которой у неё были способности, унаследованные от отца. Она делала филигранные копии картин великих мастеров: полотна раскупали на ура за приличные деньги. Но от поэзии Вега не отказывалась.
В эмиграции вышли три её поэтических сборника с претенциозными названиями: «Полынь» (1933), «Мажор в миноре» (1938) и «Лилит» (1955).
В 1936 году эмигранты организовали даже её собственный стихотворный бенефис. Там прозвучала «Институтка». Впрочем, к песне про проститутку — дочь камергера — её автор относилась саркастически, ошибочно считая её далеко не вершиной собственного творчества.
Так, относительно спокойно, текла её жизнь на чужбине. Вега относительно легко пережила оккупацию Парижа фашистами. Радостно встретила войска освободителей.

Чудеса случаются

А после Второй мировой войны в жизни княгини произошло настоящее чудо. Нашёлся Михаил Ланг — тот самый, её первая любовь!
И не просто вновь появился на её горизонте. Ланг вновь предложил Марии соединить их жизни. К тому моменту Нижарадзе была свободна: биографы не пишут о том, развелась она с мужем или князь Нижарадзе, который был намного старше жены, скончался к моменту встречи с Лангом.
С новым мужем Мария Николаевна уехала в США. Жили в его уютном домике в Майами. Но никакой идиллии не случилось. Новоявленная миссис Ланг отвратительно чувствовала себя в жарком климате юга США. Отрыв от русской культуры, в которой она купалась в среде парижских иммигрантов из России, подействовал на женщину угнетающе.
Пара перебралась в Швейцарию, где они прожили десять счастливых лет: Европа всё-таки. Но оба с годами все больше, а не меньше тосковали по родине. Перед смертью Михаил очень болел. И, умирая, пожелал жене, чтобы она всё-таки когда-нибудь вернулась в Россию. Свой прах он завещал развеять над морем в России. Забегая вперёд, скажем, что Мария Николаевна это сделала спустя несколько лет — над Кронштадтом…

Выслужилась

Начиная с 1960-х годов Вега стала обрывать связи с русской эмигрантской средой. Причина такого поведения была проста: она поставила своей целью возвращение в Россию. Вот, что она писала своей знакомой в СССР: «Даже то прекрасное, что удалось повидать в разных странах, мне уже ничего не говорит… Только Россию, такую неизведанную, такую необыкновенную, я была бы готова пешком исходить, и на это не хватило бы длинной жизни. Меня на импрессионистов заманить невозможно: всем им предпочту московский переулочек, низкий старый домик за забором, тоненькие осенние деревья, огромное московское небо».
И Мария Николаевна стала прилагать огромные усилия к возвращению — теперь уже не в Россию, а в СССР. Она стала публиковаться в журналах, издаваемых в СССР Комитетом по связям с соотечественниками за рубежом. Ни для кого не был секретом тот факт, что этот Комитет являлся одним из подразделений КГБ.
Вскоре от Веги потребовали демонстрации преданности СССР. И старая женщина пошла на это ужасное лизоблюдство — уж очень ей хотелось умереть на родине. Она опубликовала вирши, написанные по случаю столетия Ленина. Вот отрывок из одного из этих — ужасающих в своей бездарности — произведений под претенциозным названием «Стеклянный колодец»:

…в таком же октябре, быть
может,
Знал Ленин, по лесу бродя,
Что, верные пути найдя,
Краеугольный камень
вложит…


Пресмыкание перед властью, по вине которой вымышленная «дочь камергера» стала проституткой, эта самая власть оценила. В 1975 году, уже после смерти мужа, Мария Ланг вернулась в родной город, который теперь назывался Ленинградом.
И поселилась в Доме ветеранов сцены, который некогда основала её крёстная, великая русская актриса Мария Савина.
Там автор бессмертного романса и скончалась в 1980 году.

Журнал: Загадки истории №1/2, январь 2020 года
Рубрика: Женщина в истории
Автор: Ольга Соколовская

Метки: Загадки истории, СССР, биография, Франция, стихи, поэзия, эмиграция, Ленинград, Вега, Волынцева



Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010 —