Сергей Есенин: поэт и самоубийство

Есть у людей такое свойство: их рассудок отказывается принять то, что — страшное или неправильное — происходит с их близкими, будь то родственники, друзья или тот, кого мы избрали своим кумиром. И тогда рождаются мифы, все объясняющие — и характер человека, и его жизнь, и отношения с людьми, и смерть… Мифы передаются из уст в уста, биография обрастает легендами, и вот уже перед нами вместо мятущейся, страдающей, совершающей поступки личности — рыцарь без страха и упрёка в блестящих латах или святой в белоснежных одеяниях. Не стал здесь исключением и символ русской поэзии Сергей Есенин.

Фото: Сергей Есенин — интересные факты

Рокот судьбы

Его яркая и короткая, закончившаяся так трагически жизнь известна нам в деталях ещё по школьным учебникам. Однако многие почитатели есенинского таланта не хотят признавать того факта, что их идеал был человеком далеко не простым, — много пил, дебоширил, водил дружбу с отбросами общества и чекистским начальством, принимал наркотики»… Всё это не могло не сказаться на его судьбе.
Бесспорно, что начало XX века — то время, когда и более закалённым, чем поэт, людям не удавалось прожить жизнь спокойную и достойную. Что уж говорить о тех, кто по своей природе был столь ранимым, обладал душой нежной, откликающейся на любую боль бытия. Как известно, во все времена многие из таких небожителей, людей искусства, не выдерживали напряжения — спивались, заболевали, рано умирали или даже накладывали на себя руки. Вероятно, самоубийство творческим людям казалось не только выходом из тупика, но и входом в какие-то иные сферы, где человеку тонкой душевной конституции жить несоизмеримо прощён приятней, чем на земле.
Писатель Григорий Чхартишвили создал по этому поводу объёмный труд «Писатель и самоубийство», в котором рассмотрел исторический, юридический, религиозный, этический, философский аспекты «худшего из грехов». Вот что он пишет: «Всякий человек обладает неким запасом психической и нервной прочности. Персональные чаши терпения весьма разнятся по своей ёмкости — от бездонной бочки до напёрстка. У творческой личности этот сосуд совсем мал. Каждая падающая в него капля — не мелочь, а событие, обретающее значение символа. Когда несчастья или даже просто неприятности сыпятся сплошной капелью, писатель слышит в этом дробном речитативе зловещий рокот судьбы».

«Первый, кого я увидел, был Блок…»

Как все мы знаем из уроков по литературе, Сергей Есенин родился в селе Константинове Рязанской губернии 21 сентября (3 октября) 1895 года в крестьянской семье. Окончил церковно-учительскую школу, писать стихи начал рано.
В 1915 году красивый и талантливый деревенский паренёк приехал покорять столицу, где погрузился в водоворот ярких событий, получив со временем великую славу и сопутствующие ей великие проблемы. В автобиографии он писал: «18-ти лет я был удивлён, разослав свои стихи по редакциям, что их не печатают, и неожиданно грянул в Петербург. Там меня приняли весьма радушно. Первый, кого я увидел, был Блок…». Начать поэтическую карьеру со знакомства с Блоком было везением, хотя под крыло Есенин попал к совершенно другим людям — так называемым новокрестьянским поэтам Клюеву и Городецкому, с которыми по Петербургу «…разгуливал он сусальным мужичком, носил щегольские сафьяновые сапожки, голубую шёлковую рубаху, подпоясанную золотым шнурком; на шнуре висел гребешок для расчёсывания молодецких кудрей». Для многих поклонников есенинской поэзии он так и остался этим «сусальным мужичком», образ которого тиражируется на известных фотографиях и портретах Есенина, где он стоит, задумчиво прислонившись к берёзке. Однако вовсе не сусальностью характеризуется, с одной стороны, замечательная творческая работа поэта, а с другой — его безумные поступки, которые трудно не то что одобрить — понять.

«Хотите поглядеть, как расстреливают?…»

Хорошо знавший Есенина поэт Владислав Ходасевич писал о нем: «…Весной 1918 года Алексей Толстой вздумал справлять именины. Созвал всю Москву литературную: «Сами приходите и вообще публику приводите». Собралось человек сорок, если не больше. Пришёл и Есенин. Привёл бородатого брюнета в кожаной куртке. Брюнет прислушивался к беседам. Порою вставлял словцо — и неглупое. Это был Блюмкин, месяца через три убивший графа Мирбаха, германского посла. Есенин с ним, видимо, дружил. Была в числе гостей поэтесса К. Приглянулась она Есенину. Стал ухаживать. Захотел щегольнуть — и простодушно предложил поэтессе: — А хотите поглядеть, как расстреливают? Я это вам через Блюмкина в одну минуту устрою».
Как часто бывает, поэзия здесь расходится с жизнью. Тут же вспоминаются есенинские строки: «Не расстреливал несчастных по темницам…». Нуда, сам не расстреливал. Но, получается, не прочь был посмотреть на это и повести посмотреть подружку? Не в цирк все же звал, не в театр, не в ресторан…
Тем не менее, тот же Ходасевич считал Есенина человеком в высшей степени симпатичным и привлекательным: «Весной 1918 года я познакомился в Москве с Есениным. Он как-то физически был приятен. Нравилась его стройность: мягкие, но уверенные движения, лицо не красивое, но миловидное. А лучше всего была его весёлость, лёгкая, бойкая, но не шумная и не резкая. Он был очень ритмичен. Смотрел прямо в глаза и производил впечатление человека с правдивым сердцем, наверное — отличнейшего товарища».
Такое впечатление производил Есенин не на одного Ходасевича. Масса людей, оставивших свой след в истории, почитали за честь быть знакомыми с обаятельным молодым поэтом.
Молодым ему было суждено остаться навсегда. Однако поэтический дар Есенина не позволил ему пребывать в иллюзиях по поводу того, что происходило с ним и вокруг него. Поэзия всё освещает беспощадным светом. И даже сам не желая того, поэт во всём разберётся: и в политике, и в окружающей действительности, и в дружбе, и в творчестве… Проникая с помощью своего дара в суть вещей. Есенин постепенно охладевал даже к революции. Его полностью оставили революционные настроения. Как пишет Ходасевич: «Ему просто было безразлично, откуда пойдёт революция, сверху или снизу. Он знал, что в последнюю минуту примкнёт к тем, кто первый подожжёт Россию; ждал, что из этого пламени фениксом, жар-птицею, возлетит мужицкая Русь».

Доставить в участок «для вытрезвления»

Видя, что «мужицкая Русь» «возлежать» никуда вовсе не собирается, Есенин, вероятно, не мог смириться с тем, что его надежды на преображение любимой родины не оправдались. Он как будто бы сам стал искать для себя смерти: пьяные выходки, которые прощались любимцу публики, сменились вещами куда более серьёзными: «…Начались кабацкие выступления характера антисоветского. …Так «крыть» большевиков, как это публично делал Есенин, не могло и в голову прийти никому в советской России; всякий сказавший десятую долю того, что говорил Есенин, давно был бы расстрелян». Но его только доставляли в участок «для вытрезвления», а потом отпускали, не давая делу дальнейшего хода.
Со временем стало ясно, что путь, на который ступил поэт, ведёт прямиком к потере достоинства, таланта да и самой жизни. Григорий Чхартишвили считает, что «у С. Есенина кроме пьянства были и другие не менее серьёзные причины для самоубийства — политика, психологический надлом, творческий кризис».
О похождениях Есенина повествует в своей книге «Алмазный мой венец» Валентин Катаев. Сергей Александрович выведен там под псевдонимом «королевич». Описывая драку с поэтом, Катаев рассказывает о её предыстории: «Лицо королевича делалось все нежнее и нежнее. Его глаза стали светиться опасной, слишком яркой синевой. На щечках вспыхнул девичий румянец. Зубы стиснулись. Он томно вздохнул, потянул носом и капризно сказал:
— Беда хочется вытереть нос, да забыл дома носовой платок.
Его голубые глаза остановились на белоснежной скатерти, и я понял, что сейчас произойдёт нечто непоправимое. К сожалению, оно произошло».
…Он писал прекрасные стихи и мог высморкаться в гостях в скатерть, он был красавцем и дебоширом, по-чёрному пил и любил самых прекрасных женщин своего времени. Его жены Зинаида Райх и Айседора Дункан, как, впрочем, и сам Есенин, закончили весьма плохо: первая была зверски убита в своей квартире, вторую задушил собственный шарф, намотавшись на колесо автомобиля. Возможно, во всех этих событиях виноваты обстоятельства и время, но одно несомненно — если б судьба не свела этих женщин с Есениным, вероятно, она сложилась бы у них как-то иначе — думается, что менее трагически.

Журнал: Тайны 20-го века №41, октябрь 2010 года
Рубрика: Версия судьбы
Автор: Галина Туз





Исторический сайт Багира, история, официальный архив; 2010 —