Глядя на картины средневековой эпохи, где изображены богатые дамы, можно заметить в руках у них то ли небольшого пушистого зверька, то ли его шкурку, богато украшенную драгоценностями. Современному человеку может показаться, что это всего лишь безделушка — роскошный аксессуар, не имеющий практического смысла. Но это не так. Пушной зверёк «охранял» владелицу от посягательств кровососущих существ.

Меховые блохоловки

Блошиные меха: Как люди Средневековья боролись с блохами и вшами?

Тысячу или пятьсот лет назад люди зависели от внешних факторов куда больше, чем сегодня. Так Европа подверглась катастрофическому мору благодаря кровососущим блохам.

Кошки, прочь!

Суровая инквизиция с её непримиримой борьбой с ведьмами и колдунами привела к тому, что в европейских городах уничтожили всех кошек. Лишившись главного врага, крысы почувствовали себя королями положения и заполонили подвалы домов и нечистые улочки. Блохи с их шерсти нередко прыгали и на людей, передавая инфекцию. Самым опасным из «подарков» была чума, унёсшая миллионы жизней.
Впрочем, и без заболеваний носить на себе десятки кровососущих насекомых было неприятно. Блохи заставляли человека расчёсывать место укуса и доставляли большой дискомфорт. При этом многие жители средневековой Европы к гигиене относились, мягко говоря, прохладно. Омовение тела считалось едва ли не грехом, а аристократы и монархи старались не принимать ванны, а изредка обтирали тело раствором уксуса и воды. Крестьяне и то чаще мылись в реке, нежели их сеньоры. А пышные причёски дам получались таковыми из-за крепления волос животным жиром, что увеличивало кормовую базу блох.
Радикального способа избавления от блох европейцы не знали и мирились с этим фактом. Более того, блохи стали причиной экстравагантных развлечений. Так, в XVII веке среди французских и английских ловеласов утвердилась мода на ловлю и последующее содержание блохи, пойманной на теле любимой. По этому поводу средневековый поэт Джон Донн написал стишок: «Взгляни и рассуди: вот блошка; // Куснула, крови выпила немножко, // Сперва моей, потом — твоей; // И наша кровь перемешалась в ней…» Держали пойманное насекомое в миниатюрной шкатулке-клетке, изготовленной ювелирами. Она висела на цепочке на шее влюблённого и в любой момент могла кусать мужчину и пить его кровь. Причём кавалеры не прятали эту вещицу, а носили напоказ, как символ сильной любви. А когда блоха умирала, убитый горем любовник старался заселить «клетку» новым жильцом (а может, и не одним) с тела любимой женщины. Среди обладателей блошиных «камер» значился и французский поэт Жак Барро (1602-1673), который ловил блох на теле известной куртизанки Марион Делорм.
И всё-таки большинству людей блохи приносили массу неудобств, и их «поголовье» на себе любимом они старались уменьшить. В отличие от вшей, ведущих осёдлую жизнь, блохи постоянно мигрируют и могут обитать как на человеке, так и на животном. Вот на этом и решили сыграть создатели необычных блохоловок. Принцип их был основан на заблуждении, что блохи лучше себя чувствуют на шкурке животного нежели на теле человека. На самом деле кровососущие насекомые предпочитают среду обитания с более высокой температурой. Но в Средневековье этого ещё не знали.

Шкурка куницы

На каком основании родилось заблуждение приманивать блох с человеческого тела на шкурку животного, сложно сказать. Но начиная с XV века оно оказалось весьма распространённым. Меховых дел мастера выделывали шкурки куньих — ласк, горностаев, куниц, а ювелиры украшали их аксессуарами из золота и драгоценными камнями.
Подобный аксессуар именовали «блошиным мехом». Считалось, что, как только блохи соберутся на воротнике-шкурке, слуга должен снять её с хозяйки и энергично встряхнуть возле камина, дабы кровососущие обитатели слетели в огонь.
Увидеть шкурки-блохоловки можно и на картинах средневековых мастеров живописи. Известно более 30 картин, где дамы так или иначе изображены с этой вещицей, популярность которой началась в XV веке в Италии, а затем охватила всю Западную Европу. Итальянские красотки называли такие шкурки «собольками» (zibelliho) и, возможно, даже понимали их бесполезность в ловле блох, но демонстрировали их как дорогой аксессуар.
Часто шкурки-блохоловки упоминаются и в документах — того периода. Так, драгоценные шейные украшения из шкур куницы перечислены в описи имущества герцога Карла Смелого за 1467 год. А граф Лестер преподнёс в качестве рождественского подарка английской королеве Елизавете (1533-1603) соболя, украшенного золотом, алмазами и рубинами.
Полностью увериться, что шкурки с алмазами бесполезны при ловле блох, люди смогли только спустя три столетия, и в конце XVII века мода на них сошла на нет. Впрочем, в XIX веке она частично возродилась, но только с эстетической точки зрения, когда дамы стали носить воротники из шкурок лисы, соболя или песца. Тогда же, в 1894 году австрийский офицер-оружиевед Венделин Бёхайм предположил, что меховые украшения дам со средневековых картин и были предназначены для приманивания блох с тел их хозяек.
Правда, существует и иная версия о назначении этого аксессуара. Древние греки считали, что ласки, хорьки и куницы рожают детёнышей через рот, а потому шкурки этих зверьков могли служить символом непорочного зачатия и даже способом обратить на себя внимание потенциального любовника. В массовом же сознании шкурки куньих стали ассоциироваться с талисманом для беременных или желающих забеременеть дам.

Дама с собачкой

Наличие средневековых заблуждений не отменяет того факта, что в этот период истории были созданы и по-настоящему «работающие» вещицы. В том числе и для ловли блох с человеческого тела. Даже под упомянутую выше шкурку куницы дама могла крепить небольшой кусочек ткани, пропитанный мёдом, кровью, смолой или душистыми веществами. Заползшая на него блоха прилипала к приманке и погибала. Подобные блохоловки носили под париками и внутри массивных женских причёсок, под платьями и в амулете на шее, а также размещали в специальных футлярах в спальне у кровати. В те времена ловля блох не несла такого негативного оттенка, как сегодня, и воспринималась большинством людей как дело обыденное и даже рутинное.
Впрочем, средневековые мастера придумали и другой вариант блохоловок. Это была небольшая коробочка в виде яйца, кубика или даже нэцке с крошечными отверстиями. Их делали из слоновой кости, стекла или фарфора и украшали драгоценными камнями. Внутрь коробочки капали кровь, мёд, смолу или иное ароматическое вещество. Считалось, что его запах приманит кровососущих тварей и они заползут внутрь. А вот обратно уже не смогут.
Другая конструкция блохоловки была придумана в Китае. Перед сном в постель клали подогретые, над огнём трубочки из бамбука или слоновой кости. Внутрь них также могли добавить сгустки крови животного или мёд. Привлечённые теплом и запахом блохи, клопы и другие паразиты заползали внутрь и не спешили выбираться. Спустя время трубки с насекомыми кидали в ёмкость с кипятком.
Но, пожалуй, самым эффективным способом бороться с блохами стало содержание маленьких собачек. Менее распространённым вариантом были ручные хорьки и горностаи. Температура тела животного была несколько выше, нежели у хозяйки, и блохи мигрировали на его шерсть. Причём чем меньше была собачка, тем выше была температура её тела, а значит, она сильнее привлекала голодных блох. В отличие от человека, собачки и хорьки мастерски уничтожали блох своими зубами. Поэтому мода на таких животных у богатых аристократок появилась практически одновременно с угасанием популярности шкурок-блохоловок. Художники нередко рисовали на полотнах не только графиню или маркизу, но и её питомца в левой руке. Со временем люди всё-таки «победили» блох, а вот мода на маленьких собачек сохраняется у женщин и по сей день. А выражение «дама с собачкой» стало классикой литературного жанра.

Журнал: Загадки истории №1-2, январь 2022 года
Рубрика: Люди и вещи
Автор: Лев Каплин

Метки: Загадки истории, средневековье, мех, Европа, портрет




Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010-