Иван Черняховский — тайна гибели генерала

Рейтинг: 5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Ивана Даниловича Черняховского в Красной армии называли «новым Суворовым». Он был самым молодым командующим фронтом и генералом армии. В Москве уже готовили документы на присвоение ему звания маршала Советского Союза, когда жизнь выдающегося военачальника Великой Отечественной оборвал случайный выстрел. Детали гибели Черняховского до конца не установлены до сих пор. Как и все обстоятельства боевого пути его дивизии в первые дни войны.

Иван Черняховский — тайна гибели генерала

Беспризорник

Детство и юность Ивана Черняховского были обычными для разорённой Гражданской войной страны. Родился в семье рабочего на Украине в 1906 году. Отец ушёл на фронт Первой мировой в 1914-м, а уже через два года вернулся инвалидом. Тяжёлая контузия, Георгиевский крест и нищенская пенсия отставного унтера. А на руках жена и шестеро детей.
Помог бывший командир: написал знакомому помещику, чтобы взял под опеку «пострадавшего за Отчизну» героя. Черняховский-старший получил место кучера, а потом и управляющего в богатом имении. Детей отправил учиться, начал откладывать деньги на чёрный день.
Но тут грянула революция, а за ней пришла и Гражданская война. В 1919 году отца мобилизовали деникинцы. Но повоевать он не успел — умер то ли от тифа, то ли от испанки. Буквально через месяц эпидемия унесла жизнь матери Ивана. 12-летний парень пытался прокормить младших братьев и сестёр, бросил железнодорожное училище, работал пастухом.
Но в огне невиданной смуты погиб и помещик, покровительствовавший Черняховским, и его поместье. Младших детей забрали в приют, а Иван подался в беспризорники. Скитался по Украине, как поётся в известной песне, «не имея родного угла». Но бродяжничество и уголовщина Ивана не привлекали — он прибился к металлической мастерской, стал зарабатывать и даже продолжил учиться. В 1921 году экстерном сдал курс средней школы.
Черняховский вернулся в родное село Вербово, возглавил местную комсомольскую ячейку, безуспешно пытался разыскать братьев и сестёр. Потом вступил в отряд ЧОН (части особого назначения), участвовал в ликвидации нескольких банд, получил в награду именной маузер. О военной карьере Иван тогда не думал, но в 1924 году на него пал выбор краевого комитета комсомола, и парня отправили в Одесское пехотное училище.

Тёмное прошлое

Черняховский неизменно удостаивался превосходных отзывов от преподавателей, занимался спортом. Вскоре его перевели в Киевское артиллерийское училище, откуда в 1928 году Иван Данилович вышел командиром взвода. Через три года службы командование посчитало, что Черняховскому необходимо продолжать образование, и направило его в Военно-техническую академию, а затем в Военную академию механизации и моторизации РККА.
Правда, блестящей карьере едва не помешали врачи, нашедшие у Черняховского плоскостопие и потребовавшие его комиссовать. Такой уж это диагноз: в футбол играть можно, а в армии служить — нет. Говорят, что за Ивана Даниловича заступились чуть ли не в Москве.
Куда сложнее пришлось, когда в особый отдел поступил донос: якобы Черняховский скрыл своё происхождение. То ли имелось в виду унтер-офицерское прошлое отца, то ли его «участие» в деникинской армии. А может быть, работа управляющим у крупного помещика. К счастью, «дело Черняховского» дошло до Бюро жалоб при Совнаркоме СССР во главе с Марией Ульяновой, которая и рассудила, что обвинения притянуты за уши.
Более ничто блестящей карьере Черняховского не мешало, и с 1936-го по 1940 год он стремительно рос в чинах, так что лето 1941-го встретил подполковником и командиром 28-й танковой дивизии. Часто приходится слышать, что такой быстрый рост — не более чем следствие сталинских чисток комсостава. Мол, в неудачах первых дней войны немалая доля вины «скороспелых» комдивов и комкоров, получивших свои должности не по заслугам.
К Черняховскому это никак не относится. За те немногие месяцы, что молодой комдив провёл на новом месте, он успел добиться почти стопроцентной комплектации личным составом и техникой, подтянуть боевую подготовку и привязать к местности оперативные планы.

Тяжёлый 41-й

Весной 1941 года дивизия Черняховского была сосредоточена под Ригой. Однако уже 19 июня она скрытно выдвинулась в Литву. Дальше официальная версия событий расходится с воспоминаниями участников первых боёв в Прибалтике.
Согласно журналу боевых действий, дивизия Черняховского в ночь на 22 июня была сосредоточена в Гурджае, в 145 километрах от немецкой границы. После нападения гитлеровцев на СССР войска, вверенные комдиву-28, выдвинулись по шоссе Шяуляй — Тильзит, чтобы контратаковать германские части, рвущиеся вглубь Литвы. Однако перебои с горючим, отсутствие поддержки с воздуха и нарушение линий связи вынудили Черняховского перейти к обороне. Даже пехотный полк, положенный по штату танковой дивизии, был ещё 21 июня переброшен в Либаву.
Командование отдавало крайне противоречивые приказы, попросту пытаясь заткнуть дыры в обороне, но немцы постоянно меняли направление ударов. Постепенно теряя технику и действуя практически все время в отрыве от соседей, 28-я дивизия с боями отходила в Латвию, а затем на Новгородчину.
Эта информация в журнале подписана самим Черняховским, только дата подписания отсутствует. По ряду косвенных признаков можно определить, что записи о первых днях войны в журнал внесены в конце июля. Но в это время Черняховский три недели отсутствовал в дивизии. Якобы лежал в госпитале с воспалением лёгких. По другой версии, как раз тогда он давал показания военным прокурорам.
О чём? Явно не о том, как отступал с боями в течение двух месяцев. Тут к комдиву было не придраться. Его часть в беспрерывных боях сохранила штаб, знамя, до некоторой степени матчасть и личный состав. То есть не была разгромлена, не оказалась в окружении и в то же время не отступала без приказа. Значит, претензии 1 заключались в чем-то другом.

Штурм Кёнигсберга

Очевидцы утверждают, что рассвет 22 июня 28-я танковая встречала не в Гурджае, а в литовском Гаргждае. Это не 145 километров от границы, а всего один! Есть свидетельства, что Черняховский, получив подтверждение из штаба корпуса о начале войны, тут же отдал приказ о… наступлении. Его танки смяли части вермахта, ещё не успевшие развернуться в боевые порядки, и вклинились в Восточную Пруссию на 25 километров. Нет сомнения, что Черняховский в соответствии с довоенными планами пытался наступать на Кёнигсберг. Его дивизия уничтожила до полка германской пехоты, несколько десятков танков и другую технику.
На этом участке фронта советским войскам противостояли далеко не самые грозные силы вермахта. 41-й немецкий корпус был укомплектован в основном танками Т-1 и Т-Н при незначительном количестве более современных T-III чехословацкого производства. Машины первого и второго образцов уступали даже устаревшим советским БТ-7 и могли на равных драться только с лёгкими Т-60. Чешские T-III считались ровней БТ-7, но в подмётки не годились нашим Т-34.
Так что манёвр Черняховского лишь на первый взгляд выглядит отчаянной попыткой штурма Кёнигсберга. Комдив прекрасно знал состояние дел в частях противника и не раз до начала войны говорил, что советское наступление на севере будет иметь несомненный успех. Увы, 22 и 23 июня его не поддержали ни авиация, ни соседи, ни пехота. Отрыв от тылов и общая обстановка заставили Черняховского повернуть назад. Но всё же он был первым советским воином, вступившим на германскую территорию.

Вслепую пушка лупит…

Две Золотые звезды Героя СССР, Орден Ленина, три Ордена Красного Знамени, два Ордена Суворова — вот неполный список его наград. Черняховский участвовал в освобождении Воронежа, брал Курск, Витебск, Минск, Вильнюс, форсировал Днепр. С апреля 1944 года Иван Данилович командовал 3-м Белорусским фронтом, а в июне 1944 года произведён в генералы армии. В свои 37 лет он стал самым молодым обладателем этого воинского звания.
Увы, блестящий путь выдающегося полководца прервала трагическая случайность. 18 февраля 1945 года он выехал для осмотра позиций в польском городке Мельзаке — не ладилось дело с уничтожением давно окружённой группировки гитлеровцев. Неожиданно рядом с машиной командующего разорвался одиночный снаряд. Осколок пробил кузов и поразил Черняховского в область сердца. Больше никто не пострадал. Черняховский успел сказать: «Ранен смертельно, умираю», — и рухнул на приборную панель. Его довезли до госпиталя, где он скончался.
Считается, что легендарный генерал стал жертвой одиночного «слепого» выстрела немцев. Однако линия фронта была уже очень далеко, и обстреливать глубокий тыл противника смысла не было. Есть версия, что обстрел был делом рук подразделений Армии Крайовой, но в неё мало кто верит. Наконец, водитель машины, в которой ехала охрана генерала, рассказал, что по дороге в Мельзак Черняховский имел конфликт с командиром танковой колонны. То ли она попалась на глаза не там, где надо, то ли генерал ещё какой-то непорядок углядел, но Иван Данилович устроил офицеру крутой разнос.
Чуть позже регулировщик видел, как один из танков, следовавших по шоссе, не сбавляя хода, повернул башню и дал выстрел в сторону Мельзака. Мог ли именно этот снаряд разорваться рядом с машиной Черняховского? Если так, то эта идиотская выходка проштрафившегося танкиста стала самой нелепой и трагической случайностью, какие только знала война.

Журнал: Тайны 20-го века №26, июнь 2020 года
Рубрика: Забытые имена
Автор: Марк Альтшулер

Метки: СССР, биография, война, Великая отечественная война, Тайны 20 века, смерть, гибель, генерал, выстрел, дивизия, Черняховский



Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру, история, официальный архив (многое можно смотреть онлайн, не Википелия); 2010 — . Все фото из открытых источников. Авторские права принадлежат их владельцам.