Александр Литвинов (Веня Д’ркин)


Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

За свою жизнь человеку удаётся изучить себя весьма неплохо. Он знает назубок собственную внешность, черты характера, поступки, на которые способен, помнит все перипетии своей биографии. И только одного ему не дано знать: дату и причину своего ухода из жизни. Впрочем, есть кое-что, для кого это совершенно не является тайной за семью печатями. Своё переселение в мир иной с мистической точностью предсказывают поэты, и даже если в стихах не обозначено точной даты, то неумолимость и неукротимость рока заставляет читателей содрогнуться, когда всё случается и перестаёт восприниматься как поэтический образ.

Фото: Александр Литвинов (Веня Д’ркин)

Проскочил мимо славы

Общеизвестна строчка Николая Рубцова «Я умру в крещенские морозы». Он умер 19 января… Александр Башлачёв, выбросившийся из окна в 1987-м, за три года до этого написал: «Я знаю, зачем иду по земле. Мне будет легко улетать». Но жил на свете такой поэт, который, ещё ничего не зная о своей болезни и трагически ранней гибели, предскажет их в стихах настолько подробно и образно, что сравниться с ним в умении провидеть собственную, судьбу фактически некому.
Звали этого поэта, музыканта и рок-барда Веня Д’ркин.
Веня Д’ркин — кумир рок-тусовки и интернет-сообщества. Наберите в Яндексе это имя — поисковик вам высветит более 170 тысяч ссылок. Тут и аккорды, и аудио, и видео, и сказки, и биография, и тексты песен. Однако широкому слушателю, а тем более читателю, Веня абсолютно не известен. Его нет на ТВ, нет на радио, нет о нём статей в газетах и журналах. Он «неформат» везде, где существует пространство медиапопсы всех видов — Веня не вписывался туда ни до, ни после смерти. Как сказал один из его друзей: «Он гениально проскочил мимо своей славы». И этому есть свои причины.
Веня начал петь на русском языке в той стране, что уже не была «нашим общим домом СССР», а стала Украиной — там больше интересовались творчеством тех музыкантов, которые поют на украинском. В России же Веня оказался не столько провинциалом, сколько как раз-таки «украинцем», а пойди пробейся в московскую музыкальную элиту, если ты родился в посёлке Должанский Луганской области.

«Веня, не притворяйся, что живой…»

Вообще-то его зовут Саша Литвинов. Но, появившись в 1994-м на старооскольском рок-фестивале и в шутку назвав себя «Веней Д’ркиным из Максютовки», он, сам того не желая, получил тот псевдоним, который приклеится к нему намертво и навечно. Скажешь: «Веня», — и старшее поколение решит, что разговор идёт о Венечке Ерофееве, знаменитом авторе «Москва-Петушки». Но у всех поколений рок-н-рольщиков — от андеграундных семидесятников и до нынешних — есть свой Веня, Веня Д’ркин.
Саша Литвинов родился 11 июня 1970 года в учительской семье. Получил от небес замечательные способности: прекрасно рисовал, пел, писал стихи и музыку, школу закончил с золотой медалью. Удивительно красивому и обаятельному Саше, без сомнения, светило большое будущее, но посмотрите его биографию — биографию мятущегося поэта, которому его дар прокладывает трудную дорогу через тернии, но, как оказалось, не к звёздам, во всяком случае, не при жизни. Тут и поступление в Рижское военно-политическое училище, и перевод в Донецкий политехнический институт, и учёба в Луганском сельхозинституте, и работа водителем, слесарем, художником-оформителем, учителем физики, строителем… Все это время Веня пишет песни, из которых постепенно складываются альбомы, он становится в своей среде все более популярным, но… Вылетев со скамьи Донецкого политеха, музыкант приземляется в армии, где, вероятно, его и настигает судьба. Именно со службой в армии связывают его будущую смертельную болезнь. Ракетные войска…
Один из друзей пишет в Интернете, что Саша вроде бы спрятался от дождя под вагоном, охраняя поезд. Охранять надо было долго, караул уснул. Кто теперь скажет, что за груз вёз этот поезд и что смывал дождь прямиком на свернувшегося калачиком солдата, защитой которому стала его собственная шинель, и только? «Готовь шинель, мальчик!», — спел потом Веня в странной песенке «Бубука», где есть и такие строчки: «Веня, не притворяйся, чтожи вой, не наше дело». Предположительно песня написана в 1990-м. А первые
В память о Вене Д’ркине проводятся музыкальные фестивали «ДрФест», «Вестень Свят Лета» и «Веничкина рад признаки болезни у поэта появились в сентябре 1997-го. Умер двадцатидевятилетний Веня в августе 1999-го.

«Там я — рябиной за окном…»

Таких провидческих строчек у него ещё будет много — слишком много для того, чтобы это считалось простой случайностью. Или тут шёл ещё и обратный процесс — процесс программирования себя на болезнь? Ведь недаром говорят: — Не рождайте мыслеформы! Мысль материальна». Но поэты — люди не совсем обычные. Они мыслеформы не просто рождают, они только этим и занимаются.
Но что самое удивительное — в основном все стихи-предсказания будут написаны Веней задолго до начала его болезни, причём дойдёт до таких деталей, что слушателю трудно поверить: неужели эти песни действительно датируются 1991-1997 годами? В «Ни-белунге» (1993), как считается. Вениной программной песне, он споёт. «И твоя мама одна, И твоя мама больна, и мама его жены умерла чуть ли не за день до того, как ушёл Веня. А жена Пэм, Полина, была в то время с ним. И вот ещё из «Нибелунга», заставляющего сомневаться в земном происхождении поэтического дара Вени Д’ркина: «Где на столе будет гроб, Там на столе будет спирт. Где за столом кто-то пьёт, Там под столом кто-то спит, Где человеческий лом Присыпан хлоркой и льдом, Там я — рябиной за окном…». В 23 года так написать о смерти мог лишь тот, кому свыше был дан не только поэтический талант, но и дар провидца.
И Веня поёт. Он даёт домашние концерты — так называемые квартирники, два раза выступает в московском клубе «Перекрёсток», записывает альбомы. В начале 1997-го к Вене присоединяются музыканты, и рождается группа «Д’ркин Бэнд».
Белгородский концерт группы в мае 1997-го назывался «Вернулся с неба». Очень скоро Веня заболел…

«Золотоглазый Коперник, твори меня вновь…»

В одном интервью сам он называл себя сказочником. И действительно: мало у кого из поэтов можно найти столько сказочных образов и сюжетов, которые, впрочем, чудно переплетаются с реальностью — прошлой и настоящей, иногда — довольно страшной: — Маленький домик, с видом на небо, а в небе — апрель. Спасибо вам, дикие травушки, за липкую кровь. Спасибо вам, камушки, за вещую вашу постель. Золотоглазый Коперник, твори меня вновь…» (1994).
Открыть для себя поэта Веню можно с одной строчки, как когда-то вышло и у меня. Один из блогеров процитировал в Живом Журнале стихи: «У самолётика был пароходик лёгких, У самолётика был пароходик сердца. Ему вызывали по ночам скорый поезд, Но в скором поезде нет от пароходов средства». «А ну-ка, ну-ка, кто это так необычно, не похоже ни на кого пишет?», — заинтересовалась я и… с этого момента окончательно и бесповоротно «подсела» на творчество Вени. И тут же с горечью узнала, что поэта нет в живых, он умер от поздно диагностированной лимфосаркомы — онкологического заболевания, которое лечится с величайшим трудом. Но всё-таки, возможно, Веню удалось бы спасти, если б диагноз был поставлен вовремя. К огромному несчастью, здесь, вероятно, опять сработал фактор «провала между времён, между пространств». Друзья спохватились поздно, да кто ж знал, что все это может так закончиться. Врачам, как правило, доверяют. Но Веня-то давно написал, что с ним должно случиться с сентября 1997-го по август 1999-го. Всё это ещё когда разошлось на цитаты по рок-тусовке: «Если кривая поводит боками, Если уже не приносят обеда. И лечащий врач разводит руками, Значит, уже пришёл День победы. День победы…» (апрель-май 1997); «У милой кольцо на пальце Обручальное с кровостеком. Крылья под капельницей. Безнадега ты, безнадега» (1992).

Мы не забудем

И всё-таки между сеансами лучевой и химиотерапии он продолжает выступать, правда, теперь в гриме Пьеро: опять квартирники, опять альбомы.
Последние дни Вени ознаменованы странным событием. Поп-дива Валерия почему-то решила выкупить у Вени все его песни (как будто она смогла бы их петь с эстрады) и два часа читала умирающему договор. На это Веня очень горько пошутил, что Москва только и может предложить человеку, что публичный акт унижения (смягченный вариант шутки). Впрочем, семья Вени всё-таки осталась благодарна Валерии: она помогла похоронить музыканта и вообще помогла.
Наберите в поисковике слова «Веня Д’ркин». Посмотрите на его прекрасное лицо, послушайте, как он поёт — всегда закрыв глаза, отсутствуя в этом мире. Вам станет очень жалко бедный самолётик, который заболел пароходиком и так и не вылечился: «Мой самолёт был болен, тяжело болен, Неизлечимо болен пароходиком в море. Мой самолётик помер, насовсем помер. Он умирал долго от пароходика в море» (март 1997). Вы будете потрясены песнями «Нибелунг», «Коперник», «Anno Domini», «День победы», «Безнадега». Да разве только ими… И вы не забудете Веню, зря он так: «Эники-беники, мы улетаем. Навеки на венике веки смыкаем, Знаем мы, знаем — Не вспомнится, не икнется. Так стоит ли слать приветы С обратной стороны Солнца?»…

Журнал: Тайны 20-го века №45, ноябрь 2010 года
Рубрика: Версия судьбы
Автор: Галина Туз

Метки: биография, предсказание, Тайны 20 века, смерть, стихи, поэт, музыка, псевдоним, рок, Литвинов




Исторический сайт Багира, история, официальный архив; 2010 —