София Кимантайте и Микалоюс Чюрленис

Как известно, любовь — страшная сила. Она может закончиться трагедией, а может послужить толчком для развития целой страны. Так и случилось с Микалоюсом Чюрленисом и его женой Софией Чюрлёнене-Кимантайте, которые внесли неоценимый вклад в культурное развитие Литвы.

Фото: Микалоюс Чюрленис — интересные факты

София Кимантайте помогла Микалоюсу Чюрленису обрести душевное равновесие

Брак Чюрлениса и Кимантайте продлился всего два года. Овдовевшая Кимантайте тем не менее продолжила трудиться на литературном поприще, успев даже побывать членом литовской делегации в Лиге Наций и став в 1954 году заслуженным деятелем науки Литовской ССР.

Смена профиля

Микалоюс Чюрленис родился в 1875 году в семье вольного крестьянина, работавшего в местном костеле органистом. Это сыграло решающую роль в становлении подростка — он решил стать музыкантом. Карьеру Чюрленис начал в музыкальной школе князя Михаила Огинского, с которым у того впоследствии завязались дружеские отношения. Впоследствии Огин-ский поспособствовал поступлению растущего таланта в Варшавский музыкальный институт и даже назначил ему стипендию.
Огинский не разочаровался в своём ученике — в 1900-м тот написал свою первую симфоническую поэму «В лесу», которая не имела аналогов в литовской музыке.
Во время учёбы в Лейпцигской консерватории до Чюрлениса дошли известия о смерти князя, который все так же поддерживал ученика финансово. Из-за нехватки денег молодой композитор был вынужден вернуться в Россию. Репетиторство и мелкое творчество не могли удовлетворить растущий внутри него талант, и в какой-то момент Чюрленис перестроился на живопись. Уже в 1903 году он написал картину «Музыка леса», которая великолепно сочеталась с созданной ранее симфонией «В лесу».
Весь 1905 год Чюрленис посвятил разъездам по России. Он посетил Кавказ и Крым, не переставая творить. Позже художник вспоминал: «Я рисовал или по целым часам сидел у моря, в особенности на закате я всегда приходил к нему, и было мне всегда хорошо, и с каждым разом становилось все лучше…».
Однако есть серьёзные основания полагать, что дело тут было не только в исключительном таланте плодовитого литовца. Большая заслуга в том, что путешествие Чюрлениса по живописным местам империи стало возможным, принадлежит Брониславе Вольман — с её детьми художник занимался и живописью, и музыкой. Кроме того, она нередко выручала Чюрлениса, покупая его работы и тем самым буквально спасая их от гибели — Микалоюс был весьма импульсивным и предпо-, читал уничтожить «недопро-изведение», чем позволить ему существовать и быть судимым потомками. Брониславе он посвятил ряд музыкальных произведений, в том числе поэму «Море» — пожалуй, самую значительную работу в творческом багаже Чюрлениса. Кто знает, быть может, имели место и романтические отношения — творчество этого периода отличается особой теплотой.
Но вместе с тем в литовце просыпалось и национальное самосознание. С 1905 года Чюрленис начал говорить о «возрождении литовцев». Но Друскининкай, где он провёл детство и где находился родительский дом, располагался в преимущественно языческой части Литвы, куда христианство добралось в последнюю очередь. Среди местных жителей были широко распространены суеверия. Местное духовенство, чья деятельность в определённой степени была направлена на потакание подобным настроениям, решительно осудило «дьявольские помыслы» Чюрлениса о национальном возрождении и заклеймило его сторонников обидным прозвищем «лит-воманы». Такая обстановка вынуждала художника тесно сблизиться с единомышленниками, которых большинство ненавидело. Именно это обстоятельство свело его с начинающей писательницей Софией Кимантайте.

Кто такая Зосе?

В отличие от Чюрлениса, София происходила из знатного дворянского рода. Соответственно, перед ней были открыты двери самого лучшего образования — престижная гимназия в Риге, затем Ягеллонский университет. В 1907-1908 годах она работала в редакции одной из виленских газет.
Знакомство, а впоследствии и женитьба на Софии Кимантайте вселила в Чюрлениса надежду на возрождение своего творчества. Ранее в Петербурге прошла выставка, на которой демонстрировалось более 100 полотен обраставшего известностью литовца — тогда же он получил первое публичное признание. В Петербурге же они с Софией решили остаться после венчания в 1909 году. Однако заработков по-прежнему не было. Перезимовав в городе на Неве — туда они вернутся осенью того же года, — молодые вернулись в Литву. Там-то Чюрлениса и захлестнуло вдохновение. «Писал по большей части с 9 утра до 6-7, а потом меньше, только из-за того, что дни стали короче», — отмечал художник, вряд ли понимая, что всему виной не столько астрономическое сокращение суток, сколько его азарт и увлечённость творчеством, за которым время пролетало действительно незаметно. Не отставал Чюрленис и в музыкальном плане — бывало такое, что за пару дней из-под его пера вылетало пять, а то и семь прелюдий. Во всём этом он видел заслугу своей любимой жены. «Ты знаешь, кто такая Зосе? — писал Чюрленис. — Та, о которой я столько мечтал и которую искал на своём пути…»
Почувствовав в себе силы, он решил взяться за свою самую объёмную работу — занавес для сцены литовского общества «Рута». Создавался занавес при помощи стремянок — настолько огромным был его размер. Но его труды не были по достоинству оценены. Это стало ударом для Чюрлениса — в очередной раз он почувствовал себя непонятым мастером, от которого, казалось, отвернулись все близкие.
Переутомление после активного периода творчества и общий невроз от неопределённости перспектив вылились в затяжную болезнь. Узнав об этом, София вернула мужа в Друскининкай, чтобы быть рядом в трудную минуту. Но домашнее лечение мало помогло, и Чюрлениса решили поместить в частную психлечебницу недалеко от Варшавы.
Пока художник медленно сходил с ума, в Петербурге к его творчеству наконец начали присматриваться. Александр Бенуа назвал Чюрлениса одним из «талантливых мастеров России». Из-за границы приходили приглашения принять участие в авторских выставках картин талантливого литовца. Рост славы по времени совпал с ещё одним счастливым событием — рождением дочери.
Чюрлениса все это воодушевило, и на какое-то время показалось, что близится его излечение. Он дал согласие на участие в мюнхенской выставке и писал родителям о своём намерении провести лето с ними. Однако 10 апреля 1911 года 35-летний художник внезапно умер. Это вызвало широкий отклик у безмолвной ранее аудитории — художник Добужинский и тот же Бенуа публично скорбели об утрате этого «одиночки в искусстве». По стране прошли большие выставки его работ, о Чюрленисе как о родоначальнике профессиональной литовской музыки писались серьёзные статьи и даже вышел монографический сборник.

Филология вместо счастья

После смерти мужа София Чюрлёнене-Кимантайте ушла в литературу и филологию. Находясь в годы Первой мировой войны в Воронеже, она плотно занималась составлением хрестоматии по литовским литературным текстам, а также поддерживала местную диаспору.
После обретения независимости Литвы София вернулась на родину, она преподавала в Каунасе. На этот же период приходится пик её творчества: созданы сатирические произведения, высмеивавшие местные буржуазно-мещанские нравы — и это несмотря на собственное дворянское происхождение. Софии принадлежит огромная роль в становлении и развитии литовского театра — вышло большое количество её критических статей, по её сочинениям ставились молодёжные постановки. Благодаря ей для литовцев стали доступными шедевры мировой литературы — «Илиада» Гомера, многие работы Постава Флобера и классическая драматургия Мольера. В 1956 году в Вильнюсе опубликовали трёхтомник с её произведениями.
Заслуги Чюрлёнене-Кимантайте были оценены так высоко, что ей доверили представлять Литву в предшественнике ООН — Лиге Наций, где она занималась в основном социальными вопросами.
Вхождение Литвы в состав Советского Союза было воспринято Кимантайте спокойно — даже в условиях коммунистической действительности она делом своей жизни видела приближение литовской литературы к западноевропейским стандартам, полагая, что только в таком случае ей обеспечено процветание.
София Чюрлёнене-Кимантайте скончалась 1 декабря 1958 года в Каунасе, где работала большую часть жизни.

Журнал: Загадки истории №26, июнь 2019 года
Рубрика: История одной любви
Автор: Станислав Островский





Исторический сайт Багира, история, официальный архив; 2010 —