Современники восхищались их боевым задором, а музейщики аккуратно задвигали в угол, навесив ярлык «женского искусства». Долгое время работы этих художниц в СССР были под запретом, из запасников их извлекли лишь к 1990-м годам. Но сегодня имена Розановой, Гончаровой, Экстер и других классиков советской живописи хорошо известны…

Женский авангард в искусстве СССР

Женщины-художники авангардизма в Советском Союзе

Положение женщины в искусстве никогда не было простым и лёгким, в том числе для наших соотечественниц. Только в 1871 году женщинам разрешили поступать в российскую Академию художеств. Но настоящий расцвет живописи, особенно авангардного характера, случился незадолго до революции и после неё, когда искусство требовало обновления и в его лагерь ворвался целый отряд талантливых, смелых и решительных живописцев новой формации. Среди них было немало женщин. Но именно эта троица — Розанова, Гончарова, Экстер — выразила себя и своё время наиболее ярко.

Свободное от реальности

Гончарову и её современниц, работавших в первой трети XX века, называют «амазонками русского авангарда». Это определение, придуманное поэтом Бенедиктом Лившицем, не понять в отрыве от контекста. Ведь именно из-за него российские художницы, которые были не менее влиятельными, чем их коллеги-мужчины, оказались на вторых ролях. Интересно, что мужья многих художниц тоже были живописцами. Так, Варвара Степанова была женой Александра Родченко, Надежда Удальцова — Александра Древина, Наталья Гончарова — Михаила Ларионова. Александра Экстер была подругой итальянца Арденго Соффичи.
Но их искусство ни в коей мере не было специфически «женским». Например, по мнению специалистов, «Зелёная полоса» Ольги Розановой — первое абстрактное произведение, выходящее за пределы рамы — является не менее значимым явлением в беспредметной живописи, чем «Чёрный квадрат» Малевича.
Революционное бурление происходило как в обществе, так и в искусстве. Художники-авангардисты заявляли, что они отказываются слепо копировать реальность. Их целью было создание новой реальности, где на первое место ставится не результат творчества, а сам процесс. В искусстве того времени царили не только безудержная свобода самовыражения, разделение формы и смысла, но и научный аналитический подход к творческому процессу.
В рамках борьбы с «мещанской логикой» на картинах помещались разнородные предметы вроде «Коровы и скрипки» Малевича. Делались попытки создать новое синтетическое искусство, которое объединит живопись, слово и музыку. Поэтому на многих картинах авангардистов, как например, на полотне Натальи Гончаровой «Велосипедист», можно увидеть буквы и целые слова. Примерно в эту же эпоху был создан прибор, преобразующий звуки в цвет. От звука загоралась соответствующая лампочка или их сочетание, причём не случайным образом, а на научной основе.

Западное и народное

Несмотря на то, что многие «амазонки авангарда» происходили из состоятельных семей, революция не стала для них катастрофой. В первые годы советской власти авангард был объявлен знаменем нового строя, его эстетикой.
Объявив в 1921 году живопись буржуазным пережитком, конструктивисты обратились к «деланию вещей» — по сути дела, дизайнерской работе. Как писала Любовь Попова, «деятельность современного художника неизбежно протекает в пределах конкретного производства». Беспредметность авангарда предполагала преображение мира, его устройство по законам функциональной красоты. И в этом преображении амазонки сыграли существенную роль.
В декабре 1917 года в Москве прошла выставка Вербовских вышивальщиц. Подушки, сумки и другие вещи были вышиты шёлком по эскизам Натальи Давыдовой, устроившей в этом селе целое вышивальное производство. После революции имение было разграблено, а вся коллекция рисунков и вышивок погибла во время пожара.
Почти все «амазонки авангарда» были хорошо знакомы с западным искусством. Вместе с этим, многие авангардисты стремились взять за основу народную живопись. Они ездили по деревням, покупали народные игрушки, смотрели вывески, а Ларионов и Гончарова такие вывески даже коллекционировали.
В 1922 году после трёхлетнего перерыва в Москве начала работать Первая ситценабивная фабрика (национализированная в 1918 году мануфактура товарищества «Эмиль Циндель»). Выпуская новую продукцию — ситец, байку и вуаль, — фабрика столкнулась с идеологической проблемой: ткани по-прежнему производились по эскизам западных журналов. Собственные эксперименты особого успеха не принесли.
Директор фабрики опубликовал в газете «Правда» призыв к художникам. Среди тех, кто откликнулся, были Любовь Попова и Варвара Степанова. Для них это был в том числе отказ от «искусства ради искусства». Искусство теперь служило производству, а производство народу.
Меньше чем за год художницы создали несколько сотен орнаментов в духе конструктивизма. Около 20 из них пошло в производство. Некоторые эскизы текстиля даже были выбраны для парижской Международной выставки декоративного искусства и художественной промышленности 1925 года. Спустя почти 40 лет в журнале «Декоративное искусство СССР» отмечали, что летом во время «Съезда народов» ткани по новым рисункам были распроданы до последнего аршина.
Кроме того, в эти же годы стала востребованной идея «производственного костюма». Она возникла по инициативе режиссёра Всеволода Мейерхольда, который приравнял актёра к трудящемуся, костюм которого должен быть удобным для работы и жизни. В своей статье «Костюм сегодняшнего дня — прозодежда», Варвара Степанова отмечала, что необходимо заменить декоративность удобством и целесообразностью. Украшением костюма стала машинная строчка, создающая его форму. Появилось большое количество карманов, для каждой профессии их размеры и расположение были своими. Были разработаны костюмы инженера-конструктора, хирурга, участника полярных экспедиций.
Пользовалась большим спросом и спортодежда, которая видоизменялась в зависимости от вида спорта. Были введены отличительные признаки команды, большое внимание уделялось цвету — чтобы соревнования выглядели зрелищней. Такая одежда создавалась в стиле унисекс.
В этой области искусства большие успехи сопутствовали Наталье Гончаровой, которая не только переосмысливала религиозную живопись и снималась полуобнажённой в кино — она ввела в моду рубашку-платье, ставшую прототипом прозодежды художника.

Насквозь француженка

Александра Экстер начинала с картин в неоимпрессионоистском стиле, где главное не сюжет, а возможность проявить буйство цвета, красочный колорит. После знакомства с Пикассо она увлеклась кубизмом, а подружившись с Малевичем, прониклась идеями супрематизма. Её даже шутливо называли «насквозь француженка».
Подобно многим коллегам, Экстер создавала эскизы сценических костюмов, подушек, абажуров, иллюстрировала футуристические сборники, одесские и киевские улицы к празднованию годовщины революцию Работая над фильмом «Аэлита», Экстер придумала футуристические костюмы пришельцев, а в начале 1920-х годов входила в группу, разработавшую парадную форму Красной армии в 1921 году её декорации к спектаклю «Ромео и Джульетта» имели огромный успех. А вот сам спектакль провалился, в чём обвинили… художницу по костюмам.
И таких эпизодов, когда замечательных художниц обвиняли в каких-то несуществующих грехах, было великое множество. Может быть, поэтому судьбы почти всех «амазонок» сложились трагически. Многие из них остались на Западе, так как в СССР по мере отдаления от революции к авангарду относились с всевозрастающим подозрением.
Живущие с 1915 года в Париже Гончарова и Ларионов собирались вернуться, но в 1930-е годы поняли, что это невозможно. Александра Экстер, не вернувшись в 1924 году после Венецианского биеннале, умерла в Париже в забвении и бедности. Любовь Попова скончалась в 1924 году от скарлатины. Наталья Давыдова после ареста эмигрировала и до 1933 года жила в Париже, зарабатывая на жизнь вышиванием и шитьём.
Лишь Надежда Удальцова и Варвара Степанова прожили долгую жизнь в Советском Союзе. Но в 1930-х годах, когда Родченко стали преследовать за формализм, Варвара Степанова разочаровалась в новой власти.
1932 год стал окончательным закатом авангарда. Все художественные группы были слиты в один общий союз художников. Победили соцреализм и идея социального заказа.
Прекрасные «амазонки» сошли со сцены.

Журнал: Загадки истории №38, сентябрь 2021 года
Рубрика: Женщина в истории
Автор: Анна Цынбальская

Метки: Загадки истории, СССР, женщина, картина, искусство, художник, авангард




Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010-