Афанасий Лаврентьевич Ордин-Нащокин


Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

5 августа 2011 года в Кронштадте произошло событие, к сожалению, мало замеченное широкой общественностью. Был открыт первый в истории России памятник в честь победы русского флота 22 июля 1656 года.

Фото: Афанасий Ордин-Нащокин — интересные факты

Основатель — не Пётр?

Тогда стольник русского царя Алексея Михайловича Пётр Потёмкин, командуя в Финском заливе соединённым отрядом стрельцов и донских казаков, «у острова Котлин полукорабль взял и начальника Ильрека Дальфира и пушки и знамёна поймали». Так сообщают об итогах этого морского боя допетровские летописи. Теперь, через 355 лет, у часовни Спаса-на-Водах появился гранитный памятный знак, о который, как корабль о риф, разбивается в щепки миф о Петре I «основателе русского регулярного флота». А в Российской национальной библиотеке отыскался и библиографический источник доказательства надуманности заслуг Петра в деле рождения флота. В столице Российской империи в 1831 году была издана тоненькая и довольно сухая по содержанию брошюра. По сути, список начальников. Вот только название этой книжечки для поклонников «царя-плотника» убийственно — «Списки лицам, начальствовавшим в России морскою частию, от учреждения Корабельного приказа (1667 год) до настоящего времени».
Выходит, что тогда царские бюрократы знали, что ещё в 1667 году в числе приказов (министерств) правительства двора государя Алексея Михайловича существовал Корабельный приказ, то есть, «морское министерство» Московской Руси XVII века. А мы забыли. Но, споткнувшись об этот исторический факт, удалось выявить целый пласт русской морской истории эпохи допетровской Руси, а также ознакомиться с биографией великого государственного деятеля — боярина Афанасия Лаврентьевича Ордин-Нащокина.

«Русский Кольбер»

Современника и коллегу Ордин-Нащокина — Жана Кольбера, интенданта финансов у французского короля, считают ещё и основателем регулярных ВМС Франции. Боярина же Афанасия Лаврентьевича Ордин-Нащокина в современной России, может быть, и вспомнят как дипломата — главу Посольского приказа. В истории Православной церкви его величают Антонием — в конце жизни он ушёл от мира и стал монахом Крыпецкого монастыря на Псковщине. Но как «морского министра» Московской Руси — основателя и главу Корабельного приказа, образованного по указу царя Алексея Михайловича в 1667 году, Ордин-Нащокина признать никак не хотят. Что неудивительно!
Этот факт вышибает из седла «Медного всадника» — Петра I как «основателя русского флота». Ибо в период с 1652 по 1672 год морская политика царя Алексея Михайловича — отца первого российского императора — плод трудов Афанасия Лаврентьевича Ордин-Нащокина.
Вот основные даты и события почти 20-летней эпохи военно-морской политики «русского Кольбера».
1647 год — в Москве тиражом 2500 экземпляров выпущен Морской устав русского флота — книга «О корабельной ратной науке» из 34 артикульных статей. Спустя 20 лет фолиант был переиздан.
1661 год — на берегу Рижского залива отстроен балтийский порт Московской Руси — Царевич-Дмитриев город.
1667 год — по царскому указу образовано «морское министерство» — Корабельный приказ, во главе которого стал Ордин-Нащокин.
1667 год — издан царский указ о начале строительства кораблей для Каспийской военной флотилии.
1669 год — царским указом введён новый образец корабельного флага русского флота — знаменитый триколор.
1674 год — полковник Касогов, командуя отрядом русских кораблей числом в 25 вымпелов, вступил в бой с турецкими судами у Таганрогской косы в Азовском море.
Ордин-Нащокиным были не только подготовлены царские «морские указы», введён Морской устав, но и заложено регулярное бюджетное финансирование нужд русского флота на Каспии, в низовье Дона, в Белом море и на Балтике. Афанасий Лаврентьевич развил практику найма морских специалистов из Европы на службу в ВМФ Московии, начал подготовку штурманов и корабельщиков (судостроителей) в Славяно-греко-латинской академии. Кстати, к 1696 году, когда якобы «родился» русский флот, «новорождённый» отправлял каждую навигацию не менее 50 торговых судов в Стокгольм, Амстердам, Ревель, Ригу. В столице Швеции, по настоянию Ордин-Нащокина, к 1696 году был отстроен русский торговый дом, включающий более 80 оптовых и розничных магазинов. Торговый дом Московии в Стокгольме имел каменный особняк под черепичной крышей, оцененный в 100 тысяч талеров серебром, православную часовню, береговой госпиталь, судоремонтную верфь, три пирса.
В сравнении с реализацией Большой судостроительной программы Московской Руси, задуманной Ордин-Нащокиным (в 1663 году на судоверфи было отстроено 175 парусно-вёсельных стругов, в 1673 году — ещё 130 вооружённых пушками кораблей), спуск на воду первого военного корабля «Орёл» 19 мая 1668 года выглядит мелким текущим эпизодом.

Знаете ли вы что…

Пушки на Руси впервые упоминаются в летописи, где повествуется о нашествии Тохтамыша на Москву (1382). Первая русская стальная пушка была изготовлена в 1860 году П.М. Обуховым, хранится она в Санкт-Петербурге.

Корабельное дело для заграничной морской торговли

Московская допетровская Русь в представлении современного обывателя — это дикая, некультурная, тёмная страна, отрезанная от света европейской цивилизации. И вот явился Великий Пётр! И все с него началось, как с библейского Адама. Представьте себе, как в связи с подобным идеологическим штампом выглядит история русского допетровского флота-. Ответ на этот вопрос — тема академических дискуссий. Однако во второй половине XVII века уже не только турок и шведов напугали морские планы главы Корабельного приказа, но и практичных европейских купцов с карманами, набитыми золотом, которое выкачали из Нового Света, стран Африки и Азии.
Если война русского царя с Турцией была на руку европейским дворам, а русский торговый дом в Швеции ещё как-то терпели, то банкиры Лондона, Парижа и Амстердама, торговые компании Мадрида и Лиссабона, а также Папская курия не могли допустить, чтобы русский флот вырвался в Мировой океан. Против страны с безграничными запасами корабельного леса, пеньки и парусины, с населением, быстро набиравшим опыт судостроения и мореплавания, мировое предпринимательство было бессильно.
Европейские послы сообщали, что в Кремле царь и Ордин-Нащокин всерьёз рассматривают проект «О заведении в России корабельного дела для заграничной морской торговли, разных фабрик и мануфактур». Согласно этому проекту, задумывалось «застолбить» рынок экспорта-импорта, причём не только в странах Балтии. В 1672 году московский царь Алексей Михайлович планировал: «…если он ежегодно будет делать по 100 кораблей и будет продавать их венецианцам, португальцам, французам… а за 100 кораблей, по смете, 60 бочек золота по голландской цене», в голландскую бочку золота тогда помещалось 20 тысяч золотых рублей. Умножьте это на 60 — получится, что от экспорта готовых кораблей Московская Русь могла бы выручить один миллион 200 тысяч рублей золотом! А сверх того московский царь «изволит посылать в Бразильянскую землю и в Индийскую землю торговать… Изволит посылать свои корабли в Китайское государство… в Гренландию».

Интрига удалась

Вот оно в чём дело — мало того, что «русские дикари» возмечтали отбить более миллиона рублей золотом у французских, португальских и венецианских корабелов, так они ещё собрались направить свои торговые суда к берегам Бразилии, Индии и Китая! Холодный пот прошиб «жрецов» Ост-Индской торговой компании и купцов Лондона.
И они начали действовать! Сначала руками подкупленных царедворцев от дел отстранили Ордин-Нащокина. Потом как-то внезапно заболел и умер царь Алексей Михайлович. Тут же случилась неразбериха между наследниками престола. И вот, наконец, пришёл Пётр Великий и «родил флот российский»! Однако торговые корабли России так и не появились у берегов Нового Света и Китая. Более того, вплоть до второй половины XVIII века русский торговый флот исчез с карты Мирового океана совсем. Страна была разорена и обезлюдела. Стало торговать «нечем, некому и не на чем» — таков итог реформ Петра I.
Вот потому-то история русского военного и торгового флота до Петра и должна была перестать существовать. И нас почти убедили в том, что младший сын царя Алексея Михайловича везде и во всём начинал как Бог, с чистого листа. Так что интрига удалась.
А что же «морской министр» Руси Афанасий Лаврентьевич Ордин-Нащокин? Он остался в истории таким, каким его описал английский посол Коллинз: «Это человек неподкупный, строго воздержанный, неутомимый в делах». Приняв постриг в монастыре на родине, он ушёл в мир иной смиренным монахом Антонием.
Россия имела в своей истории тысячи министров — и морских, и сухопутных. Но добровольно в монастырь ушёл на закате жизни лишь один из них — глава Корабельного приказа Ордин-Нащокин.

Журнал: Тайны 20-го века №48, декабрь 2011 года
Рубрика: Тени прошлого
Автор: Александр Смирнов

Метки: эпоха Романовых, биография, Тайны 20 века, корабль, флот, фолк-хистори, Алексей Михайлович, Ордин-Нащокин




Исторический сайт Багира, история, официальный архив; 2010 —