Боевая орбитальная станция Алмаз: Оружие в космосе

В 60-х годах Советский Союз и США отчаянно боролись за военное и технологическое превосходство. Правительства обоих сверхдержав осознавали: страна, разорвавшая нити гравитации и ступившая в космическое пространство с оружием наперевес, получит колоссальное стратегическое преимущество. И СССР одержал верх в этом противостоянии, запустив в космос первую в мире боевую орбитальную станцию.

Фото: боевая станция Алмаз — интересные факты

Боевая орбитальная станция Советского Союза

«Звёздные войны», опередившие время

Пресловутая Стратегическая оборонная инициатива Соединённых Штатов (более известная любителям параноидальных политических страшилок как «звёздные войны» Рональда Рейгана) со всеми своими сказками и «рассекретками» уже набила всем горькую оскомину — настолько информационное пространство перенасыщено этой темой. Больше мути в жиже пропагандистских потуг поднимает, пожалуй, только скандальная лунная программа наших заокеанских соседей.
Если же попытаться отыскать нечто подобное о военно-космической программе СССР, обнаружатся, в лучшем случае, воспоминания офицеров старой гвардии или скучные многостраничники с безликим описанием технических характеристик космических кораблей, неспособные поведать неподготовленному читателю ровным счётом ничего. В худшем: на вас ушатами польются фантастические бредни об атомных бомбах на орбите и космонавтах-смертниках, безвозвратно покидавших Землю в аппаратах, выдаваемых за автоматические. Ну, вы знаете, нечто подобное было у Пелевина в романе «Омон Ра». А ведь ещё за два десятилетия до презентации рейгановской программы космического щита и меча избранной нации ведущие советские конструкторы работали над проектом пилотируемых военно-исследовательских космических станций и достигли немалых успехов, Речь идёт о проекте «Алмаз».
На дворе 1960-е годы. Холодная война в разгаре. «Ядерная гонка» рушит все разумные пределы. Неудивительно, что такая принципиальная отрасль, как освоение космоса, приобретает всё более яркую военную окраску. Объективно оценивая сложившуюся политическую обстановку, советское Минобороны поддерживает разработку собавенных военных орбитальных аанций. Помимо знаменитого ОКБ-1 ракетостроителя Сергея Павловича Королёва, трудящегося над пилотируемой станцией на базе комплекса «Союз», в данном направлении работает конструкторское бюро ОКБ-52 Владимира Николаевича Челомея.

Форпост на орбите

12 октября 1964 года Челомей предложил концеп«вцию орбитальной станции, способной не только функционировать во славу науки, но и служить оборонным целям. В отличие от «большого мечтателя» Королёва, Челомей видел в космических технологиях мощный потенциал в плане разведки и обеспечения государственной безопасности. Орбитальная пилотируемая станция (ОПС) «Алмаз» была создана в ответ на анонсированную министерством обороны США в 1963 году программу Manned Orbiting Laboratory (MOL). Но в отличие от «одноразовой» станции MOL, рассчитанной на месячную работу только одного экипажа, «Алмаз» проектировался на более долгосрочную перспективу. И в отличие от той же MOL, действительно функционировал.
Согласно первоначальному проекту ОПС «Алмаз» должна была представлять собой довольно просторный «форпост на орбите» с новейшим узлом стыковки, несколькими многоразовыми спускаемыми аппаратами и высокотехнологичным целевым оснащением. Доставить комплекс с космонавтами на борту на орбиту была призвана ракета-носитель УР500-К. На тот момент методика стыковки и перемещения космонавтов из аппарата в аппарат в открытом космосе ещё не была должным образом отработана, поэтому такая схема запуска казалась конструкторам наиболее приемлемой. Тем более что она позволила бы станции незамедлительно приступить к работе. Но дальнейшие расчёты показали её неэффективность. Как минимум потому, что одновременный вывод на орбиту и базовой станции, и экипажа, и тяжёлого возвращаемого аппарата не оставлял места для заложенного проектом набора оборудования, что резко снижало возможности комплекса. К14 авгуаа 1967 года все недоработки были учтены, и Межведомственная комиссия ЦК КПСС и Совета Миниаров СССР подписала эскизный проект «Алмаза», утвердив сроки и технические характеристики будущего технологического триумфа назло врагам.

Конструкция

В итоговом варианте «Алмаз» имел длину 11,61 м и максимальный диаметр по герметичному корпусу 4,15 м при стартовой массе порядка 18,9 т. Такие габаритные показатели давали более 90 кубометров свободного пространства и позволяли вместить до 5 т полезной нагрузки. Станция была рассчитана на 400 дней автономной работы с экипажем из трёх человек на борту. Электропитание обеспечивалось за счёт солнечных батарей.
Конструктивно ОПС была представлена герметичным и негерметичным отсеками. Герметичный был поделён на две части, условно называемые зонами большого и малого диаметров. Зона малого диаметра (порядка 2,9 м в поперечнике) в передней части корабля была оборудована под бытовые нужды экипажа: в ней располагалось несколько обзорных иллюминаторов, стационарные и откидные спальные места, стол с подогревателем пищи, кресла, ёмкости с водой и контейнеры с продуктами. Вдоль бортов были вмонтированы шкафы с медицинским оборудованием и личными вещами космонавтов, бытовая электротехника (радиостанция, магнитофон, пылесос) и малый пульт управления системами жизнеобеспечения. За жилой зоной следовала зона широкого диаметра (4,1 м по гермокорпусу) или рабочий отсек. Именно в нём находилось самое передовое на то время научное и разведывательное оборудование — оптика, панорамно-обзорные устройства, перископ, телевизионное оборудование, локальная информационно-поисковая система, исследовательский инструментарий и, конечно, разведывательная аппаратура высокой точности.

Микроскоп-разведчик

Предполагалось, что «Алмаз» станет самым совершенным инструментом слежения своего времени, во всём превосходящим автоматические разведывательные станции «Зенит». Для этого ОПС вооружили титаническим фотоаппаратом «Агат-1» высотой 2,5 м и весом в полторы тонны. За счёт систем стабилизации «бега» земной поверхности, аппарат позволял осуществлять детальное наблюдение за наземными объектами, атмосферой и акваторией мирового океана с разрешением до 7-8 м. С таким увеличением оптика «Агата» позволяла буквально разглядывать матушку-планету в микроскоп.
От беспрерывной автоматической съёмки было решено оказаться. Чтобы исключить человеческий фактор, ОПС вела постоянное наблюдение за поверхностью радиолокаторами бокового обзора, но круглосуточное наблюдение обеспечивал и сам экипаж. Если космонавты обнаруживали нечто достойное, внимания небезызвестных госструктур, они могли сделать снимок, тут же проявить его с помощью бортовой проявочной машины, «отсканировать» с помощью фотоэлектронного считывателя и переправить на Землю по кодированному каналу. Правда, выходное качество таких фотографий до появления ЭВМ оставляло желать лучшего. Единственным способом передать заказчику по-настоящему чёткие фотографии в хорошем разрешении оставалась только оправка плёнок на Землю.

Посылка с взрывчаткой

Но как? Использовать для этих целей транспортные корабли долго и дорого. Они прибывали на станцию слишком редко, да и космонавты зачастую не могли себе позволить принять на борт даже полкило дополнительного груза. О километрах плёнки (а это, на минуточку, больше 120 кг лишнего веса) и речи быть не могло. Но ведь станция изначально проектировалась для сбора разведданных, а подобные задачи требуют оперативности.
Для быстрого спуска фотоплёнки на Землю конструкторы ОПС разработали специальную многоразовую капсулу спуска информации (КСИ).
Кассеты с фотоплёнкой подвешивались внутри теплоизолированной оболочки. Укомплектованная капсула весила порядка 360 кг, так что для транспортировки её из рабочего отсека в пусковую установку пришлось проектировать специальный манипулятор. Когда «посылка» отстреливалась из шлюза станции, запускалась автоматика пороховой двигательной установки. После вхождения в атмосферные слои, в КСИ срабатывал торовый (кольцевой) стабилизатор на сжатом газе, парашютная система и тормозной двигатель. Инструкция требовала, чтобы капсула приземлялась строго на территории СССР, но если в расчёты прокрадывалась ошибка и контейнер с бесценным грузом «промахивался», срабатывала система самоликвидации. Оставшиеся после взрыва клочки плёнки были не больше почтовой марки.

Неудавшийся боевой космолёт

Так как «Алмаз» проектировался в годы обострения накала «холодной войны», лихорадка гонки вооружений перекинулась даже на космическую программу. В СССР были хорошо осведомлены о работе американских инженеров над проектами спутников-инспекторов, перехватчиков и буксировщиков, способных похищать данные и выводить из строя вражеские аппараты.
К слову, в отечественных КБ велись аналогичные разработки. Конструкторы решили перестраховаться. Помимо исследовательских и оборонных целей, советская ОПС могла дать врагу достойный отпор. Буквально. Под брюхом комплекса монтировалась адаптированная для стрельбы в вакууме авиационная пушка конструкции Нудельмана-Рихтера НР-23, модификация хвостового орудия реактивного бомбардировщика Ту-22. Пушка способна была выпускать до 950 снарядов в минуту. При дальности стрельбы на 3000 м и скоростью в 690 м/с, 200-грамовый снаряд запросто мог разорвать пополам металлическую бочку. В последующих версиях Александр Нудельман собирался дополнить НР-23 двумя компактными ракетами класса «космос-космос», но не срослось. Просто американцы так и не изобрели ни спутники-перехватчики, ни боевые шаттлы, ни автономные станции-разведчики, поэтому необходимость в вооружении отпала сама собой. 24 января 1975 года пушка дала свой первый и последний залп в открытом космосе и больше никогда не появлялась на кораблях проекта «Алмаз».
Но если проект пилотируемой орбитальной станции действительно стал триумфом науки и техники, почему имя «Алмаз» не на слуху? Не стоит искать в этом страшных тайн или коварных заговоров «дремучих» советских военных. Просто комплексы «Алмаз» летали в космос под псевдонимами.
Несмотря на немалые трудности, было запущено шесть аппаратов серии. Первопроходцем программы (да чего уж там, первой в мире орбитальной станцией!) стала долговременная орбитальная станция (ДОС-1) «Салют», запущенная 19 апреля 1971 года. Но из-за неполадок в узле стыковки экипаж, отправленный к станции 23 апреля, не смог пробраться внутрь.
Станция приступила к работе только 6 июня со вторым экипажем на борту. Позже на орбиту были отправлены пилотируемые «Салют-2» (1973), «Салют-3» (1974), «Салют-5» (1976) и более поздние автоматические комплексы дистанционного радиолокационного зондирования «Космос-1870» (1987) и «Алмаз-1» (1991), наконец-то введённый в работу под своим настоящим именем. Все они доставлялись на орбиту тяжёлой ракетой-носителем класса «Протон» и обслуживались транспортными кораблями «Союз».

Журнал: Историческая правда №10, октябрь 2019 года
Рубрика: Советская космонавтика
Автор: Игнат Волхов






Исторический сайт Багира, история, официальный архив; 2010 —