Карательный поход Хабарова


Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

В честь этого человека названы города и посёлки (Хабаровск, Ерофей Павлович), его имя ставят в один ряд с именами таких русских землепроходцев, как Поярков и Дежнёв. Но мало кто знает, что своим походом в Даурские (ныне Амурские) земли Хабаров принёс больше вреда, нежели пользы для государства Российского, отряд его шёл, подобно разбойничьему или даже карательному, а для коренного населения тех земель слово «Хабаров», пожалуй, значит примерно то же, что «Наполеон» или «Гитлер» для Европы.

Фото: Ерофей Хабаров — интересные факты

Экспедиция или кровавый поход?

Покоритель Приамурья

Кто такой Ерофей Павлович Хабаров? Заглянув в большинство исторических источников, мы увидим, что это известный русский исследователь, путешественник и предприниматель XVII века. В 1649 году он организовал экспедицию в тогда ещё неизведанное Приамурье и добился присоединения этих земель к Российской империи. За время его похода была составлена первая карта Приамурья «Чертёж реке Амуру».
Однако в архивах сохранилась челобитная казаков, восставших против Хабарова…
Зачинщик бунта и автор челобитной Степан Поляков до похода с Хабаровым неоднократно избирался в Якутске «житнецким целовальником — (выдавал служилым государево жалованье). На такую ответственную должность назначали лишь проверенных людей. Кстати, и сам Хабаров признавал заслуги Полякова, потому и поручил ему во время похода на Амур ведать артиллерией и доставкой грузов. Да и подписавшиеся под челобитной товарищи Полякова, если верить сохранившимся документам, до этих событий исправно несли службу, в бунтах замечены не были и занимали различные государственные посты.
Теперь же взглянем на жизнь Ерофея Хабарова до похода. По одной из версий, настоящая фамилия его — Святитский, а прозвище Хабаров ему дали, образовав его от слова «хабар-, то есть «взятка-, «подкуп-, — нажива-. В 1632 году Ерофей Павлович, будучи крестьянином, бросил под Великим Устюгом жену и детей и уехал в Якутские земли. Там он сумел открыть довольно успешное дело, правда, шло оно далеко не всегда по совести. Например, в следственных материалах на некоего П. Ходырева содержатся упоминания о его незаконных операциях с Хабаровым — многие товары последнего шли в «обвод» таможни Ленского волока. Кроме того, Ерофей Павлович охотно предоставлял всем желающим пашню и деньги под будущие урожаи, а потом безжалостно расправлялся в суде со своими должниками. Неудивительно, что Хабаров довольно быстро стал богатейшим человеком на берегах Лены. И неизвестно, как сложилась бы дальнейшая судьба этого бизнесмена-авантюриста, не прибудь в Якутск новый, не менее ушлый воевода Пётр Головин, который сначала обложил Хабарова непомерно высоким налогом, затем отобрал соляную варницу, а потом и вовсе посадил в тюрьму, отняв все имущество — зато, что тот прилюдно «лаял» воеводу.

Выжженная земля

Выйдя на свободу в 1645 году без гроша в кармане, Хабаров прикидывал, как бы поскорее вернуть себе былое богатство. И вот как-то раз услышал он о существовании короткого пути с Лены в неизведанную ещё Дау-рию, куда до этого ходил Поярков. А тут как наудачу вместо Головина в Якутске был назначен другой воевода — Дмитрий Францбеков. Услышав от Ерофея Павловича о несметных богатствах Даурских земель, воевода согласился дать ему людей и деньги для экспедиции. Осенью 1649 года отряд Хабарова вышел из Якутска и к весне 1650-го прибыл на Амур. Но оказавшись в Даурской земле, Хабаров понял, что эти территории вовсе не так богаты, как он предполагал. Вся прибыль похода — разорённые брошенные поселения дауров — не покрыла даже малой части вложенных в экспедицию денег. Но тут найденная в одном из покинутых городков старуха даурка поведала завоевателю земель о том, что по ту сторону Амура лежит страна намного богаче Даурии. Хабаров прикинул, что бессмысленно идти туда с небольшим отрядом, а потому, оставив большую часть войска в отбитом у местного князя Левкая городке, он вернулся в Якутск за подкреплением. Там Ерофей Павлович начал распространять ложные слухи о несметных сокровищах Даурских земель. Конечно же, нашлось немало добровольцев для похода на Амур — к Хабарову присоединились 110 «охочих» людей, а воевода добавил к ним ещё 27 «служилых» с тремя пушками.

Знаете ли вы что…

В челобитной Полякова описан случай, как в одном из даурских городков Хабаров повстречал жену лояльно настроенного к русским князя Шилгинея. Он попытался изнасиловать женщину, но получив отпор, задушил её.

Уж лучше к маньчжурам

Как правило, новые земли в то время осваивались так: казаки ставили крепость-острог, налаживали отношения с коренным населением, предлагая принять подданство Российской империи, после чего облагали его ясачным налогом, а сами между тем обрабатывали землю, добывали пушнину, устанавливали торговые связи. И лишь после этого двигались дальше. У Хабарова оказалось несколько иное представление об освоении земель. Несмотря на то, что он регулярно отправлял в Якутск отчёты о новых русских острогах, его отряд шёл вдоль Амура, грабя местное население и дотла сжигая город за городом. В некоторых захваченных крепостях казаки задерживались на какое-то время и даже начинали ставить дома в надежде осесть там, но вскоре Хабаров отдавал приказ уходить, спалив поселение дотла. Продвигаясь таким образом все дальше по Амуру, отряд Хабарова смертоносной волной прошёл через земли дауров, гогулей и дючеров и к концу сентября 1651 года достиг земель нанайцев.
Объяснить причины столь бесчеловечного поведения Хабарова несложно. Ведь для осуществления похода воевода выдал ему огромные деньги. Как утверждал потом сам Д.А. Франц-беков: «Стала та Даурская служба в тритцать тысяч рублёв с лишком». Конечно же, Ерофей Павлович рассчитывал как можно быстрее вернуть долг и получить прибыль. И ему было наплевать, что резня, которую он устроил на берегах Амура, явно противоречила государственным интересам России. Жестокость Хабарова не просто на долгие годы крайне осложнила отношения между русскими и местным населением, а вообще вынудила аборигенов перейти на сторону маньчжуров, с которыми они до этого враждовали. Именно поэтому Ачанский острожек, в котором перезимовал отряд Ерофея Хабарова, в марте 1652 года атаковало тысячное войско объединившихся с нанайцами маньчжуров. Нападение было отбито, однако Ерофей Павлович понял, что со своим малочисленным отрядом не сможет долго продержаться. К тому же до него дошёл слух, что на этот раз против русских готовится выступить шеститысячное войско. Потому, едва вскрылись воды Амура, казаки сожгли в острожке все постройки и поспешили в обратный путь.

Бедные мятежники

Но не только разоряя амурские поселения отрабатывал Хабаров вложенные в поход деньги. Наживался он и на выступивших вместе с ним на Амур казаках. Во-первых, присвоив всю выданную в поход казну (оружие, порох, сельскохозяйственные инструменты). Хабаров продавал её своим же подчинённым, причём по баснословным ценам. Во-вторых, взятое в поход зерно он пустил на изготовление спиртных напитков, которыми также начал торговать, умышленно спаивая свой отряд. В итоге почти все участники экспедиции оказались должны своему предводителю: из 300 с лишним человек только 30 не имели долгов перед Хабаровым. На каждого должника Ерофей Павлович вёл строгую кабальную запись. Так отправившиеся за богатством казаки за время похода, наоборот, обеднели.
Все это привело в итоге к тому, что в августе 1652 года в войске Хабарова произошёл раскол. 136 человек под началом Степана Полякова оставили отряд, на трёх судах сплавились вниз по Амуру и осели в Гиляцкой земле, надеясь там служить «своими головами». Но 30 сентября к их наспех выстроенному острожку подошёл Хабаров. Укрепившись неподалёку и соорудив раскаты для пушек, он приказал обстреливать крепость мятежников. Когда же бунтовщики увидели, что люди Хабарова до смерти забили батогами 12 их товарищей, попавшихся в плен, они решили сдаться. Зная нрав бывшего предводителя, казаки потребовали от Хабарова заключить письменный договор, где тот поклялся бы, что сохранит им жизнь и не ограбит. Но едва мятежники вышли из крепости, Ерофей Павлович обобрал их, зачинщиков заковал в кандалы, а остальных приказал бить батогами, после чего многие умерли. Крепость бунтовщиков сожгли.

За то, что делу не радел

Когда в 1652 году из Москвы на Амур отправился дворянин Д.И. Зиновьев, он вёз с собой щедрые дары для доблестных покорителей земель, и лишь в Якутске он понял, что большинство отчётов, которые направлял в столицу Хабаров, — ложь. Когда же осенью 1653 года Зиновьев прибыл на Амур, в руки ему попала челобитная Полякова, в которой казаки сообщали, что Ерофей Павлович «делу не радел, а радел своим нажиткам». Проехав по Верхнему Амуру, Зиновьев сам увидел оставленное после похода Хабарова разорение. «Покорителя» тут же отстранили от командования войском и под конвоем отправили в Москву, где было проведено следствие.
И всё же император Алексей Михайлович, признав заслуги Хабарова в создании первых пашен на реке Лене, в 1655 году пожаловал его в «дети боярские», а в 1658-м определил государевым приказчиком Усть-Киренгских земель. Но поход на Амур Хабарову так и не простили, впредь запретив там появляться и определив за ним огромный долг — около пяти тысяч рублей, который тот не погасил до самой смерти.

Журнал: Тайны 20-го века №15, апрель 2011 года
Рубрика: Белые пятна истории
Автор: Олег Горосов

Метки: эпоха Романовых, Россия, Тайны 20 века, экспедиция, поход, Алексей Михайлович, Хабаров, Приамурье, Даурия




Исторический сайт Багира, история, официальный архив; 2010 —