Лубочные картинки как жанр народного творчества

Рейтинг: 5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Множество занимательных историй запечатлено на старых, незаслуженно забытых лубочных картинках. Они завоевали всенародную любовь и признание, были когда-то на Руси в каждом доме. Лубки стали для десятков тысяч людей окном в неведомый мир, откровением, своеобразной энциклопедией и иллюстрированной газетой.

Лубочные картинки как жанр народного творчества

Эх, полным-полна коробушка!

Мы даже не представляем себе, что это за чудо, «печатные потешные картинки» и каково было их воздействия на умы и сердца людей в течение почти трёх веков. Как писал историк, этнограф, фольклорист, археолог, искусствовед Иван Михайлович Снегирев (1793-1868): «Лубки составляют не одну забаву и бессмысленную потеху, но наглядное вразумление, деятельное руководство для жизни семейной и общественной». Улица Лубянка в Москве получила своё название от Печатной слободы, где жили мастера, изготовлявшие лубочные листы, настоящие художники, оставшиеся безымянными.
С XV века разбредались по всей России офени, или коробейники, предлагавшие людям дешёвый ходовой товар — ситец, иголки, нитки, а также книжки и картинки, продажа которых не облагалась налогом. Печатное слово, чаще всего безвестных авторов, стало для коробейников самым выгодным товаром. Благодаря им тысячи людей получали различные полезные советы, узнавали новости и даже учились грамоте. Цветные лубочные картинки рассказывали об истории, географии, астрономии и других науках. Они играли роль просветительных журналов. Торговцы уходили, а в крестьянских избах месяцами и годами продолжали листать азбуки и разглядывать лубочные картинки.

Медведь с козой — прохлаждающиеся

Сказки и легенды «в лицах», исторические календари, изображения прославленных государственных деятелей и полководцев, наставления и стихи — все это было в лубках. Бумажные листы с множеством картинок разрезали вдоль. Каждую полосу складывали гармошкой и получали книжку. Лубок удивлял и радовал не только детей, но и взрослых. Они с восторгом разглядывали листы с изображением пойманного в июне 1760 года в Белом море чудища — кита, или кометы, что появилась в небе 16 августа 1769 года, или привезённого в Москву из Персии диковинного зверя — слона. На лубках изображались необычные животные и ситуации: «Бегемот, или морская лошадь», «Мамонт», «Охота на слоне за тигром». Здесь были дед-зазывала на концерт «Русский раек», и «Медведь с козой — прохлаждающиеся», и лесное диво, сатиры, уроды, дивные жар-птицы, и неразгаданные явления природы.
Лубки покупали не только крестьяне и ремесленники, но и дворяне, иногда книжки-малютки оказывались даже в царских палатах. Под картинкой нередко писали текст какой-либо песни или короткие нравоучительные фразы. Все любили лубки со сказками: «Драка Бабы-яги с крокодилом», «Иван-царевич и Жар-птица», «О Бове-королевиче», «Об Еруслане Лазаревиче», «Бова и Полкан». Из них в произведения Пушкина перекочевали цари Салтан и Додон, царевич Гвидон и имя Руслан. Новые лубочные листы иной раз вывешивали на оградах церквей.

Смерть праведника и грешника

Отцы Церкви понимали, что лубок может сослужить хорошую службу. И вскоре появились примитивные книжки с копиями икон «Успение Богородицы», «Распятие», «От Христа падение Антихриста», «Поклонение иконе Богоматери», «Аника-воин на коне беседует со смертью» — как напоминание верующим о тленности всего земного. Распространились также изображения мира ангелов, праведных людей, картины жития святых и их чудотворных деяний. Имелись виды монастырей, Троице-Сергиевой и Киево-Печерской лавр, Иерусалима, Москвы, Ярославля и Торжка с их церквями. Были популярны лубки «Адское чудовище» и «Архангел Михаил, повергающий дракона», «Смерть праведника и грешника», изображения рая, райских птиц Сирина и Алконоста, история Адама и Евы, изгнание их из рая, убийство Каином Авеля и наказание Каина за убийство брата; сцены «Апокалипсиса» Иоанна Богослова. Старообрядцы выпускали свои лубки, отстаивая старые каноны и осуждая новые «бесовские» правила патриарха Никона. Были даже картины расправы воеводы Мещеринова над участниками Соловецкого восстания 1668-1676 годов.

Ах, чёрный глаз…

Дешёвые лубки расходились в десятках тысяч экземпляров. На них часто изображались сюжеты из жизни, понятные и близкие каждому — весёлые и ехидные, с бойкой, а порой и солёной присказкой. «Ах, чёрный глаз, поцелуй хоть раз. Тебя, мой свет, не убудет, а мне радости прибудет» — такая надпись красовалась под картинкой, на которой молодой красивый кавалер объясняется в любви милой даме. Были лубки, высмеивающие разные ситуации, как в «Фоме и Ере-ме» — о всезнайках и неудачниках и их приключениях, «Воздушное путешествие» — о разорившихся и буквально вылетевших в трубу трёх купцах: картежнике, пьянице и любителе женщин. Ехидные лубки «Повесть о Ерше Ершовиче, сыне Щетинникове» — сатира на крепостников, повествующая о том, как «сын боярский» Ёрш захотел нахальством и обманом завладеть Ростовским озером, а его жителей Леща и Голавля записать себе в холопы, про произвол Сома-воеводы. Про такой же беспредел власть имущих были лубки «Шемякин суд», «Тройка», «Генерал Топтыгин». Любил народ лубки с портретами героев и военных баталий: былинного богатыря Ильи Муромца; битвы на Куликовом поле; «Полтавская битва»; «Русский казак бьёт прусских драгун» — о битве на реке Одере в 1759 году. «Давыдов», «Крестьянин Иван Долбила», «Петербургский ратник Храбров», «Наполеоновская гвардия под конвоем старостихи Василисы», карикатуры на Наполеона — все о войне 1812 года. А ещё были «Конечное истребление Турецкого флота при Чесме», «Взятие крепости Перекоп», картинки на тему «Кавказского пленника», «Казак Петруха» и многие другие.

Секреты мастерства

Лубом назывался первый слой древесины под корой липы. Опытный гравёр наносил нужное изображение на шлифованную липовую доску и выбирал фон, оставляя выпуклыми линии рисунка. На доску кожаной подушкой-мацой наносили краску. Поверх доски накладывали лист влажной бумаги и все вместе протискивали между валов нехитрого печатного станка. Полученный на бумаге оттиск назывался «лубочным листом».
«Выпуклые» гравюры вырезали на липовых деревянных или оловянных досках, а те, где линии рисунка были вырезаны ниже фона, — на медных. Одноцветная картинка отпечатывалась на бумаге, а затем раскрашивалась кистями от руки: малиновой, жёлтой, красной, зелёной и синей красками, без их смешивания. Красили быстро и небрежно, иногда выходя за контуры изображения, но это не влияло на спрос. В лубках ценились их юмор, яркость и пестрота, а не тщательность изображения.
Почти сто лет лубки вырезались в подмосковном селе Измайлово, а печатались в Москве, на Спасской, на фабрике купца И.Я. Ахметьева. Картинки продавались у стен Московского Кремля, у Спасских ворот и в Овощном ряду.

Держать и не пущать!

В лубках было немало едкой сатиры, карикатуры на известных сановников и вельмож. Постепенно на пути народных картинок стали воздвигать препятствия. Усилился цензурный контроль — приготовленные к изданию лубки надо было предоставлять начальству. Цензурный устав дозволял печатанье только «нравственных и полезных» или, по крайней мере, безвредных картинок. Полиция уничтожала старые лубки, вызывающие негодование властей. Деревянные доски, с помощью которых их изготавливали, рубили, а медные переливали в колокола.
Не разрешили печатать листы с сатирическими баснями «Рыбьи пляски», «Слон на воеводстве», «Вельможа». Пять первых изданий «Сказки о попе и о работнике его Балде» выходили с изменённым текстом. Лубки «Тройка» и «Генерал Топтыгин» как-то проскочили цензуру, а «Кому на Руси жить хорошо» — не пропустили.
Постепенно лубок стал вытесняться дешёвой литографией, всё реже его картинки оставались отражением чувств и мыслей народа. С новых официальных картинок глядели радостные и сытые лица, богатыри поднимали на штык по пять японцев и по десять немцев на пику. Фальшью несло от этих ярко размалеванных картинок, и появилось новое, презрительное отношение к понятию «лубок».

Другое отношение

Из лубков заимствовали свои сюжеты многие художники-керамисты и ткачи. Лубки оказали влияние на лаковые миниатюры Палеха и декоративную живопись Жостово, на персонажей богородицких игрушек, многое позаимствовали из них советские поэты и художники, авторы плакатов Окон РОСТА и даже Окон ТАСС. Постепенно изменилось отношение к старым цветным листам и резным доскам: их стали хранить как реликвии прошлого, давних событий и народного юмора. Большая коллекция лубков была у Владимира Ивановича Даля — составителя знаменитого «Толкового словаря русского языка». Почти 8000 экземпляров русского лубка собрал в свою коллекцию, а затем завещал их Московскому публичному музею историк искусства Дмитрий Александрович Ровинский. Он собирал их по самым глухим уголкам России, а в 1881 году издал пятитомник «Русские народные картинки», а также учредил регулярные премии за лучшие иллюстрированные научные сочинения для народного чтения.

Журнал: Тайны 20-го века №13, март 2020 года
Рубрика: Белые пятна истории
Автор: Валерий Кукаренко

Метки: Россия, Тайны 20 века, образ, рисунок, лубок, графика, типография



Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру, история, официальный архив (многое можно смотреть онлайн, не Википелия); 2010 — . Все фото из открытых источников. Авторские права принадлежат их владельцам.