Уильям Биб: На батисфере в глубины океана

В давние времена Галапагосские (Черепашьи) острова в Тихом океане служили пристанищем для пиратов. Только в 1835 году, через 300 лет после открытия этого удивительного архипелага, на нём побывал первый учёный — Чарлз Дарвин. Прошло ещё почти 90 лет, и вот весной 1923 года к одному из островов — Индефатигеблю — подошла паровая шхуна «Нома» американской научной экспедиции. Возглавлял её зоолог Уильям Биб.

Фото: батисфера Уильяма Биба, интересные факты

Царство игуан и черепах

Казалось, что время здесь остановилось навсегда, что эти «заколдованные» острова все ещё переживают далёкую эпоху пресмыкающихся. Здесь было царство ящериц-игуан, причём каких ящериц! Огромные, до двух метров длиной, чёрные морские игуаны собирались целыми стадами на прибрежных камнях. И ещё на Черепашьих островах обитали черепахи — гигантские создания, на которых людям можно было свободно ездить верхом.
Яхта «Нома» увезла с острова богатейшую научную коллекцию пресмыкающихся, рыб, птиц, насекомых, множество фотографий и зарисовок. А после возвращения на родину Уильям Биб написал увлекательную книгу под названием «На краю света» о своём путешествии на Галапагосские острова

Становление учёного

Этот замечательный человек и учёный родился 29 июля 1877 года в Нью-Йорке. В юности его увлекали рассказы Редьярда Киплинга, и позже он вспоминал, что именно эти книги сыграли решающую роль в выборе им жизненного пути. Уильям закончил Колумбийский университет, один из ведущих университетов США, и стал зоологом.
В двадцать два года Биб уже заведовал отделом орнитологии Нью-Йоркского зоопарка. Время от времени он отправлялся в научные экспедиции, и после каждой из них выходила его новая книга. Произведения Биба пользовались огромным успехом.
В начале января 1928 года Нью-Йоркское зоологическое общество отправило к берегам Гаити группу учёных. Этот остров, лежащий к юго-востоку от Кубы, славился буйной тропической растительностью и разнообразнейшим животным миром. Однако прибрежные воды тех мест не были изучены. Обследовать подводный мир Гаити — такая задача стояла перед новой экспедицией во главе с профессором Уилямом Бибом.

Аппарат инженера Бартона

Первый же спуск под воду привёл Биба в неописуемый восторг. В водолазном шлеме ему удавалось опускаться до 30 метров. Для спуска глубже требовалось другое, более сложное снаряжение.
Глубоководных животных учёные добывали с помощью специальных сетей. Скудная добыча тралов раздражала Биба. «Я хотел, — писал он, — лично проникнуть в морские пучины, чтобы увидеть все своими глазами». Но для этого требовался особый аппарат. Можно сказать, что Бибу просто повезло. В 1928 году он встретился с молодым американским инженером Отисом Бартоном. Тот как раз конструировал двухместный глубоководный аппарат в виде полого стального шара диаметром около полутора метров.
Три сделанных отверстия использовались под иллюминаторы, ещё одно — в «потолке» — предназначалось для прохода телефонного кабеля. Наконец, пятое по счёту, самое большое, служило входным люком. Его закрывала прочная стальная крышка, которая перед погружением плотно завинчивалась десятью крупными гайками. В люк мог протиснуться лишь очень худощавый человек. К счастью, ни Биб, ни Бартон полнотой не отличались. Внутри шара были установлены баллоны с кислородом, а также — аппаратура для поглощения углекислоты. Был также внутри довольно мощный прожектор, способный посылать луч света через стекло одного из иллюминаторов.

Первые погружения

Шар, весивший более двух с половиной тонн, висел над водой на стальном тросе в палец толщиной. Обрыв троса привёл бы к неотвратимой гибели исследователей. Для первых погружений выбрали район Атлантического океана, расположенный в 20 километрах к юго-востоку от Бермудских островов. 6 июня 1930 года все было готово к первому спуску. «Я посмотрел на море, на небо, на друзей, — рассказывал Биб, — и молча полез в батисферу. За мной последовал Отис Бартон, и кое-как, путаясь и цепляясь друг за друга, мы уселись. Я — у окна, Бартон — около приборов».
Затем в батисфере послышался адский грохот. Это ударами молота затягивали гайки на крышке люка. С помощью грузовой стрелы батисферу перенесли за борт, и вот уже она, подняв фонтан брызг и пены, начала погружаться в прозрачную воду океана. Теперь гидронавты были совсем отрезаны от мира, её не считать телефонной связи. В этом первом, пробном погружении они достигли глубины в 305 метров. Ниже Биб решил пока не опускаться и дал команду начать подъём.
Через несколько дней Биб с Бартоном снова опустились в океан. На этот раз их подводное путешествие длилось около двух часов, а достигнутая глубина равнялась 435 метрам. Затем наступил долгий перерыв. Погружения возобновились лишь осенью 1932 года, и тогда отважным гидронавтам удалось покорить глубину в 670 метров.

Рыбы океанских глубин

Спуски показали, что морские глубины вовсе не так пустынны, как можно было судить по небогатым уловам траловых сетей. По мере погружения слабел солнечный свет. На глубине 500 метров глаз уже не мог уловить никаких оттенков синевы. «Здесь темно, как в аду, — передавал Биб по телефону наверх. — Всё кругом черно и только черно».
Но нет! И в этой вечной тьме вспыхивали огоньки. Это давали о себе знать глубоководные рыбы. У одних тускло светились глаза, у других тело было покрыто светящимися точками. «Одна рыба, — рассказывал Биб, — плыла прямо на меня. Её длинные клыки блестели. Невдалеке от окна рыба на секунду повернулась боком, показала мне свою шестигранную чешую, потухла и пропала». Особенно богатыми на открытия оказались экспедиции 1934 года. На глубине 750 метров Биб увидел рыбу, которую назвал Трёхзвездным удильщиком. На спине у неё торчали три длинных стебелька, похожие на удилища, с огоньками на концах.
Погружение 15 августа 1934 года стало, без преувеличения сказать, историческим. В этот день Биб с Бартоном достигли глубины без малого в один километр! Здесь на каждый иллюминатор давила сила в почти в 20 тонн. На корпус батисферы — более семи тысяч тонн! Хватило бы маленькой трещинки в кварцевом иллюминаторе, чтобы исследователи были буквально расстреляны первыми же струями ворвавшейся воды.

Марианская впадина

Рекорд погружения в батисфере держался не так уж долго. Он был побит спутником Биба инженером Отисом Бартоном. В одиночку ему удалось опуститься в океан на глубину 1375 метров! Когда в журналах и книгах появились рисунки, изображавшие рыб, впервые увиденных Бибом в глубинах океана, среди учёных разгорелся жаркий спор. Некоторые из них считали, что эти рыбы — лишь плод воображения взволнованного наблюдателя. Другие признавали реальность существования удивительных рыб. Спор разрешило время. Часть рыб, открытых Бибом, удалось поймать, часть сфотографировать. Однако многие из них не обнаружены и по сей день.
За свою долгую жизнь (учёный умер 4 июня 1962 года в возрасте почти 85 лет) он участвовал в более чем 60 экспедициях. Подводные же считал самыми главными. Биб был уверен, что в будущем появятся аппараты куда более совершенные, чем батисфера. И они действительно появились. Биб стал свидетелем создания батискафа — подводного дирижабля, не нуждавшегося в привязанном тросе. Ещё при жизни Уильяма Биба, зимой 1960 года, швейцарец Жак Пиккар и американец Дон Уолш опустились в батискафе «Триест» на дно Марианской впадины, на глубину в 11 километров!

Журнал: Тайны 20-го века №14, апрель 2008 года
Рубрика: Мир, в котором мы живём
Автор: Геннадий Черненко




Исторический сайт Багира, история, официальный архив; 2010 —