Опиумные гонки клиперов: Гончие псы океана

Английская привычка пить чай давным-давно стала притчей во языцех. Мы говорим «англичанин», подразумеваем «чаепитие». Говорим «чай», подразумеваем «британец». И это даже удивительно, учитывая, что к этому напитку жители Туманного Альбиона пристрастились всего-то 350 лет назад. Однако пристрастились намертво и… с пользой для кораблестроения. Высокий спрос на чай, импортируемый из Индии и Китая в Англию, стал причиной появления клиперов — быстроходных парусников — и возникновения чайных гонок. Такова, во всяком случае, официальная версия. Но есть и неофициальная…

Фото: опиумные гонки клиперов, интересные факты

Главное — скорость

Безусловно, в истории чайных гонок есть чем восхищаться: мужеством и сноровкой моряков, гениальностью конструкторов и инженеров. Ведь мало построить парусник, нужно ещё так уметь управлять им, чтобы привести его из Шанхая в Лондон за 91 день. По крайней мере, таков рекорд клипера «Фермопилы». А ведь ему пришлось огибать половину планеты: Суэцкий канал был открыт только в 1869 году. У тихоходных кораблей на этот же самый путь вокруг Африки — знаменитого мыса Доброй Надежды — уходило от шести-семи месяцев до года и даже больше: в зависимости от капризов погоды. Так или иначе, это было долгое путешествие, за время которого свежайшие листья чая успевали лишиться своего волшебного аромата и в лучшем случае — впитать в себя «чарующую» трюмную вонь, а в худшем — заплесневеть. Риски, которые принимали на себя торговцы, были очень высоки: либо пан, либо пропал. Такой расклад не мог удовлетворить прагматичных купцов. Они понимали: спасение их бизнеса — в скорости кораблей. Поэтому они щедро рассчитывались с инженерами и конструкторами, не стеснялись заниматься промышленным шпионажем. По сути, первые английские клиперы — это калька с парусников, сошедших с верфей в Балтиморе (США). Британское у них только имя: clip в переводе с английского языка означает «режущий воду».

Чайные гонки

Как бы там ни было, но необходимость быстро доставлять груз из точки «А» в точку «Б» сыграла свою роль в развитии и кораблестроения, и судоходства, да и в целом сказалась на всей экономике Британии. И только к спорту это не имело никакого отношения: пусть наименование «чайные гонки» не вводит вас в заблуждение. Суть этих состязании опять-таки была сугубо прагматической. 10-15 клиперов — гончих псов океана — одновременно отчаливали, и побеждало то судно, чей тюк с чаем первым ложился на лондонский причал. Чемпион мог рассчитывать на повышенную ставку фрахта в будущем: попросту говоря, стоимость услуг капитана, команды и аренда самого судна взлетала до небес. В 1859 году чайные гонки поставили на регулярную основу: публика стала делать ставки на победу того или иного участника да и вообще внимательно следить за путешествием кораблей с Запада на Восток. Но как бы пристально она ни следила, одно обстоятельство все же от неё ускользнуло…
За всё в жизни надо платить. В том числе и за скорость, за которую молниеносные парусники, способные противостоять даже муссонам, расплатились уменьшенной грузоподъёмностью. Их изначально проектировали для того, чтобы они перевозили исключительно лёгкие, но при этом дорогостоящие и крайне ликвидные товары. Из Китая в Лондон они везли чай. Это ясно. А с каким товаром на борту они шли в Поднебесную? Не порожняком же их гоняли хозяева — люди, целенаправленно занимающиеся коммерцией? Конечно, нет…
Чтобы разобраться в хитросплетениях этого бизнеса, потребуется небольшой экскурс в историю, в том числе Индии и Китая.

Опиум как средство выжить

Первые шаги по колонизации Индии предприняла ещё Елизавета I, снарядившая в 1600 году Ост-Индскую компанию, призванную наладить торговлю в Индии. Уже через 29 лет у этого акционерного общества появились свои территориальные владения на полуострове Индостан. Чем кончилось это «дайте попить, а то так есть хочется, что даже переночевать негде», мы все прекрасно знаем: Индия лишилась своей независимости, а её население фактически попало в рабскую зависимость от Британии. Индийцев обложили такими налогами, что они вынуждены были в буквальном смысле снимать с себя последние рубашки, расставаться с имуществом и землёй.
Крестьянам и ремесленникам требовалось хоть как-то выживать. И одним из относительно надёжных способов заработать было пристроиться к производству или торговле опиумом. Довольно скоро масштабы производства этого товара так выросли, что потребовали расширения рынка сбыта. Выбор Ост-Индской компании пал в том числе и на Китай. В 1711 году она завезла туда первую пробную партию наркотиков…

Кость в горле

Китай, с его закрытой внешней политикой, а стало быть, и с ограничениями на внешнюю торговлю, давно сидел костью в горле у европейцев. Иностранцам не давали покоя китайские чай, шёлк и фарфор, достававшиеся им по баснословной цене. Ведь династия Цин, находящаяся у власти, фактически монополизировала весь рынок Китая. Она устанавливала цены, она решала, что, кому, в каком объёме и по какой цене продавать. И это обстоятельство очень не нравилось представителям британской метрополии: капризный китайский партнёр в качестве платы за свои товары брал только серебро, лишь иногда соглашаясь на меновые операции. Однако потребность Англии в чае многократно превышала нужды Китая в свинце, олове и хлопке. В итоге из Британии утекали живые деньги. И с этим нужно было что-то делать. Тогда британцы и придумали подсадить китайцев на опиум, который употребляли там и прежде, но не так широко.
Ост-Индская компания разработала, по сути, гениальную торговую схему. Она оставила за собой монополию на производство опиума в Индии и на поставки чая в Англию, а локальную торговлю между Индией и Китаем отдала на откуп частным купцам — контрабандистам. Внешне же всё выглядело очень благопристойно. Опиум, произведённый Ост-Индской компанией, привозили в Калькутту, где продавали на открытых аукционах. А за проданный товар компания, конечно же, никакой ответственности уже не несла. Тем не менее к 1820 году свыше 90% опиума, произведённого ею на экспорт, оседало именно в Китае.

Опиумные гонки

В целом же товарооборот выглядел следующим образом. От берегов Британии отплывал клипер, в грузовом отсеке которого лежали промышленные товары, востребованные в Индии. В Калькутте его трюмы пополнялись опиумом, и клипер дальше на всех парусах летел в Кантон (ныне Гуанчжоу), где агентские компании с радостью разбирали груз, расплачиваясь серебром. Это был высокодоходный бизнес. Судите сами. Если в Индии один ящик опиума стоил 150 фунтов, то в Кантоне за него отдавали уже 520 фунтов. При этом один среднестатистический клипер вмещал в себя порядка 300 ящиков… Даже самые грубые подсчёты позволяют понять, что парусник уже мог разворачиваться и плыть в Англию — он уже «отбил» дорогу туда-обратно. Однако он ещё под завязку набивал, трюм чаем и летел сломя голову домой, чтобы заработать ещё и на нем. В среднем чайный клипер делал две ходки в год: четыре-пять месяцев занимала дорога до Китая и три-четыре — путь в Лондон.
Такова изнанка знаменитых чайных гонок, которые при ближайшем рассмотрении гораздо честнее называть опиумными…

P.S. Когда Айсиньгёро Мяньнин, новый император Поднебесной, занявший трон в 1820 году, потребовал доклад о степени распространения опиума, то выяснилось, что на наркотике сидят чуть ли не все чиновники и половина армии. С последствиями этого пагубного пристрастия, охватившего все сословия Китая, были вынуждены бороться ещё «великий кормчий» Мао Цзэдун и его последователи…

Журнал: Ступени Оракула №5, май 2019 года
Рубрика: Парадоксы истории
Автор: Влад Строгов




Исторический сайт Багира, история, официальный архив; 2010 —