29 июля 1974 года в Группе «А» считается знаковой датой: именно в этот день родился «советский антитеррор». В этот день председатель КГБ Юрий Андропов подписал приказ № 0089/ОВ («особой важности») об утверждении Положения о Группе «А». Эта дата является официальным днём рождения подразделения и отмечается каждый год. Позже журналисты дадут Группе «А» яркое и запоминающееся название — «Альфа».

Как был создан спецназ КГБ Альфа?

Альфа - спецназ ФСБ - история самого секретного подразделения СССР

«Вы нам подходите»

Вначале 1970-х на планете резко возросло количество захватов самолётов и заложников, нападений на посольства, запылали очаги национальной розни. Не обошла беда стороной и Советский Союз. 15 октября 1970 года произошёл первый в стране случай угона самолёта, летящего из Батуми в Краснодар: отец и сын Бразинскасы застрелили стюардессу Надежду Курченко, ранили двух пилотов и заставили экипаж сесть в Турции.

Спустя три года, 18 мая 1973 года, в Ту-104, совершавшем рейс из Москвы в Читу, один из пассажиров подозвал бортпроводницу и, угрожая взрывным устройством, потребовал лететь в Китай. Младший сержант милиции Владимир Ёжиков, сопровождавший самолёт, выстрелил в бандита. Взрыв! На высоте 6600 метров самолёт развалился на части. Все члены экипажа и пассажиры, среди которых было 16 детей, погибли…

К тому времени наша страна уже подала заявку на проведение Олимпиады-80 в Москве. Обеспечение безопасности такого серьёзного мероприятия требовало наличия подразделения, которое было способно справиться с любой террористической угрозой.

Решение о создании группы специального назначения было принято политбюро ЦК КПСС в 1974 году. В сжатые сроки в КГБ разработали Положение о Группе «А» — базовый документ, который определял статус подразделения, его цели, задачи и принципы функционирования. Оно было готово к концу июля. Подписывая приказ о создании подразделения, глава КГБ Юрий Андропов подчеркнул: «Командира подберу сам».

Выбирая из нескольких офицеров, Юрий Владимирович приказал вызвать в Москву Героя Советского Союза Виталия Бубенина. Видимо, он был уверен в том, что группой должен командовать пограничник.

В тот период Виталий Дмитриевич, подлечившись после ранения, полученного на Даманском, окончил военную академию и служил в Заполярье в должности заместителя начальника погранотряда. Телеграмма, которая вызвала его в Москву, удивила: «Мне было рекомендовано прибыть в столицу в гражданской одежде. Это показалось неожиданным. Военную форму в то время любили, уважали и носили с гордостью».

Всё прояснилось в разговоре с председателем КГБ. Юрий Владимирович расспросил офицера о службе и семье, чуть позже объяснил задачу. Беседа закончилась словами: «Вы нам подходите». Пожелал успехов. Детали предстоящей работы рассказали другие.

Уже позднее, возглавив Группу «А», Виталий Дмитриевич каждые полгода докладывал главе ведомства об уровне подготовки и положении дел в подразделении. «Встречался с Андроповым семь раз. Первый раз я чувствовал себя довольно скованно — Юрий Владимирович был очень значительной фигурой. Одной встречи было достаточно, чтобы я понял: если приходишь к председателю с конкретным делом, то твоя проблема будет решена быстро и исчерпывающе. Всегда обращало на себя внимание то, что у Андропова не было комплекса большого начальника. Он вёл себя с достоинством, говорил как офицер с офицером, умел размышлять, убеждать и всегда предлагал другие варианты, если не соглашался с твоим».

Сразу после назначения Бубенину предстояло определиться со своим заместителем. Остановил свой выбор на майоре Роберте Ивоне, опытном и грамотном офицере, выпускнике пограничного училища. Им предстояло сделать из разрозненной группы сплоченный коллектив, способный выполнять поставленные задачи. «Это сегодня у «Альфы» есть имя, а тогда мы не имели опыта, да и секретность накладывала отпечаток: не имели права объяснять, куда берём ребят. Вот и начинали перед кандидатом «мудрить», — вспоминает Бубенин.

Формирование осуществлялось исключительно на добровольной основе. И хотя требования к кандидатам были довольно высоки, конкурс был огромный. «Люди шли в Группу «А» не ради льгот и прибавки к жалованью, а для того, чтобы бороться с терроризмом, — и ради этой борьбы они были готовы пожертвовать жизнью», — говорит Виталий Дмитриевич. Попасть в группу могли только те, кто служил в КГБ не менее трёх лет и обладал не только великолепной физической и боевой подготовкой, но высоким образованием и интеллектом.

После того как набрали три десятка человек, начались тренировки. Бойцы управляли любой техникой вплоть до танков, вертолётов и морских катеров. Прыгали с парашютом и ныряли с аквалангом. Естественно, требовалось владеть любым холодным и огнестрельным оружием, включая самые современные импортные образцы.

— Я понимал значимость группы и чувствовал ответственность за людей, которых потом должен послать на важное задание. Знал, что каждый из моих ребят должен быть сильнее, тренированнее десяти человек, вместе взятых. Мы не имели никакого опыта и начинали работу с чистого листа…

Группе помогали другие подразделения КГБ, собирая информацию о зарубежных специальных подразделениях: в частности, была переведена книга об американской «Дельте». Из неё бойцы почерпнули некоторые тактические приёмы, способы взаимодействия внутри подразделения и т.д.

— Порой сидели и моделировали ситуацию: вот террористы захватили самолёт. И начинаем думать, а что бы мы сами на их месте делали? Соответственно и свои действия выстраивали. Фантазировали, что террористы могут потребовать деньги, оружие, технику, предоставить им аэропорты… Как потом оказалось, наработанные на тренировках ситуации стали печальной реальностью.

С чистого листа

Модели освобождения заложников применительно к различным ситуациям разрабатывались практически с чистого листа. В ходе их отработки на самолётах группе подыгрывали сотрудники других управлений КГБ, имеющие немалый служебный и оперативный опыт. Однако и они были в шоке: их моментально хватали и вязали…

— Мы тем временем накапливали планы всех важных стратегических объектов, существовавших в Советском Союзе: посольств, вокзалов, аэропортов, мест крупного скопления людей. По каждому объекту были собственные тактические наработки. Но особое внимание уделяли психологической подготовке бойцов группы, ведь им предстояло работать с террористами — людьми непредсказуемыми, часто находящимися на грани нервного срыва. И потому бойцы штудировали психологию, понимая, что грамотно построенный диалог с террористами может оказаться эффективнее любого оружия, которое сотрудникам Группы «А» разрешалось применять только в случае крайней необходимости. Внутренняя установка на бескровное разрешение самых драматических ситуаций позднее станет отличительной чертой профессионального почерка «Альфы».

Параллельно с вопросами тактики шёл поиск оптимального вооружения и специальных средств воздействия на террористов. Испробовали все виды стрелкового вооружения от М-16 до «УЗИ», но выяснилось, что лучше Калашникова всё равно ничего нет. В исследовательские институты направлялись технические задания. Предметом особой гордости стали разработанные в подмосковном Климовске, в ЦНИИ точного машиностроения, и переданные в серийное производство на Тульский оружейный завод уникальные образцы — подводный автомат и бесшумная снайперская винтовка.

Долго подбирали экипировку — она должна была стать максимально комфортной, практичной и бесшумной. Определились так: в подразделении необходимо иметь от трёх до пяти различных видов обмундирования, отвечающих поставленным задачам: на аэродроме — лётное, в морском или речном порту — форму ВМФ или гражданского флота и так далее. Для повседневной работы остановились на обмундировании воздушно-десантных войск и форме лётного состава ВВС. Для всех сотрудников приобрели кожаные и меховые куртки, брюки, унты, ботинки с высоким берцем, а также летние комбинезоны.

Вся работа, как и само подразделение, была строжайше засекречена, и даже в 7-м управлении о существовании Группы, её целях и задачах знали единицы. Выезжая на различные мероприятия, сотрудники Группы «А» часто пользовались документами прикрытия. Как отметил Виталий Дмитриевич, он, будучи начальником группы, работал «под крышей» начальника отдела МУРа. Ходил в «гражданке», и даже, говорит, друзья не знали, где он работает. В общем, ни разу не засветился.

Снова - на передовую

В 1977 году Бубенин попросился обратно в погранвойска: «Я был на хорошем счету, со мной считались. Три года прошли без сна и без отдыха. Ответственность за людей, которые должны были выполнить любое задание, заставляла постоянно быть на пределе человеческих возможностей. К тому моменту подразделение было готово выполнить любую задачу. Это был уникальный коллектив, не имеющий себе равных по навыкам и воинскому духу. А я захотел вернуться к своей прежней профессии пограничника. Пришёл к Андропову на доклад и попросился в погранвойска. Он попросил ещё подумать. Я настоял на своём и написал рапорт. Юрий Владимирович тогда ещё сказал: «Ну, что ж, вы ведь не в тыл проситесь, а снова на передовую» и документ подписал. Поехал на Камчатку, где провёл четыре года. На вертолётах, кораблях по 20 дней в месяц обходил «свои» территории. Оттуда — в Среднеазиатский пограничный округ. В должности заместителя начальника оперативно-войскового отдела войск округа с 1981 по 1983 год участвовал в Афганской войне. Награждён орденом Боевого Красного знамени».

Позднее ещё много лет Бубенин находился на руководящих должностях. Службу закончил в 1995 году в звании генерал-майора. Но, покинув «Альфу», всегда интересовался её службой, переживал за каждую боевую операцию. С болью вспомнил ребят из «Альфы» и «Вымпела», погибших при освобождении заложников в Беслане. А на вопрос, сильно ли отличается современная «Альфа» от той, первой Группы «А», ответил так: «По сравнению с нынешней «Альфой» мы вилами, можно сказать, воевали».

Журнал: Неизвестный СССР №8, август 2022 года
Рубрика: История спецназа
Автор: Владимир Гондусов


Telegram-канал Багира Гуру

Метки: СССР, Война и Отечество, терроризм, КГБ, спецназ, Андропов, Неизвестный СССР, Альфа


Исторический сайт Багира Гуру; 2010-2022