В сентябре 1985 года правительство Великобритании объявило персонами нон грата 31 дипломата и журналиста, оказавшихся сотрудниками КГБ под прикрытием. В ответ Советский Союз выставил из страны 25 разоблачённых агентов из числа сотрудников английского посольства. Это стало крупнейшим случаем взаимной высылки агентов со времён предательства Олега Лялина. И произошло всё по вине бывшего полковника КГБ Олега Гордиевского — шпиона-перебежчика, более десяти лет работавшего на неприятельскую разведку. За измену родине Гордиевский был приговорён к смертной казни, но приговор не был приведён в исполнение. Предатель сбежал. Но как?

Олег Гордиевский - побег на Запад

Как сбежал из СССР предатель Олег Гордиевский?

Становление отступника

Олега Антоновича Гордиевского называют крупнейшим агентом западной разведки в рядах советских спецслужб после расстрелянного в 1963 году Олега Пеньковского, чьё имя на долгие годы стало для граждан СССР синонимом предательства. Признанный эксперт в области международных отношений и истории спецслужб Кристофер Эндрю считает Гордиевского одним из тех людей, чьи усилия предотвратили обмен ядерными ударами между США и СССР и приблизили победу капиталистического полюса в холодной войне. Сама «железная леди» Маргарет Тэтчер
Выказывала ему удивительное доверие и благосклонность. В нашей же стране его считают не кем иным, как изменником и перебежчиком. Будущий двойной агент родился 10 октября 1938 года в Москве в семье офицера НКВД. Есть мнение, что в юности Гордиевский мечтал стать дипломатом, потому что эта профессия была одной из немногих в Стране Советов, которая давала возможность пожить за границей, но это не так. Сам Гордиевский уже после побега признался, что всегда хотел служить только в КГБ: «У меня была цель: узнать как можно больше о том, как функционирует советская система, и в дальнейшем передать эту информацию англичанам. Мне хотелось помочь им понять сущность советского коммунистического режима». Для себя же он эту сущность определил давно.
Первым толчком к противоположной стороне баррикад была услышанная им в год совершеннолетия речь Хрущёва о развенчании культа личности Сталина. В 1961 году, ещё в бытность студентом МГИМО, Гордиевскии стал свидетелем создания стены, окончательно разделившей Берлин на Западный и Восточный, а Европу — на антисоветский и красный лагеря. Зрелище того, как люди со стороны ГДР таранили автомобилями колючую проволоку перед Бранденбургскими воротами и выпрыгивали из окон четвёртого этажа, полагаясь лишь на твёрдость рук тех, кто растягивал брезент на западной стороне, произвело на него неизгладимое впечатление. И хотя стеной отгородились зоны британской, американской и французской оккупации, в сознании будущего резидента бегство людей из соцлагеря в сторону «свободной Тризонии» в антураже притаившихся в подворотнях танков стало очередным подтверждением того, что с «бесчеловечным советским режимом» необходимо бороться.
Сын чекиста довольно долго был на примете у Госбезопасности как потенциальный рекрут, поэтому, окончив в 1962 году институт, Гордиевский сразу поступил на службу в подразделение нелегальной разведки КГБ. Спустя несколько лет Олег Антонович получил первое заграничное задание: под прикрытием консульства занимался разведкой в Дании. Там его застала «Пражская весна» 1968 года, внёсшая очередную лепту в фонд ненависти к СССР. Резидент начал искать встречи с британской разведкой.

Выбор очевиден

Почему именно с британской? Выбор был не случайным и тщательно взвешенным. По словам самого Гордиевского, он рассматривал возможности сотрудничества с Западным Берлином, но в период обострения отношений между ГДР и ФРГ резидентура разделённых «Позорной стеной» стран разрослась до невероятных размеров и была насквозь пронизана тайными контрагентами. В таких условиях провал был неизбежен. ЦРУ так — же отпадало. В рядах американской разведки регулярно случались бегства в «злой и людоедский» красный лагерь. Оставалась только разведслужба Великобритании.
Англичане и сами заинтересовать Гордиевским, но не спешили раскрываться перед молодым КГБешником. Подходящий случай пришлось выжидать довольно долго.
В 1972 году Гордиевский был повторно командирован в Копенгаген на должность заместителя резидента. Тогда-то и начались долгие и очень осторожные притирки с МИ-6: «случайные» встречи на улице, пространные беседы в маленьких пивных, партии в бадминтон, визиты на конспиративные квартиры. В 1974 году Гордиевский был завербован.

Предатель против предателя

В 1978 году Гордиевского отозвали в Москву, где он в течение трёх лет проработал в центральном аппарате ПГУ КГБ. На это время ему пришлось стать «спящим агентом» — риск разоблачения был слишком велик. Зато после «спячки» наступил самый плодотворный этап его предательской карьеры. В 1982 году он получил назначение в лондонскую резидентуру, а в январе 1985 года — фактически возглавил её, благодаря чему смог почти беспрепятственно общаться с новыми работодателями.
Англичане частично передавали заокеанским коллегам полученные от Гордиевского сведения, но не раскрывали своего источника. Вообще о том, что полковник госбезопасности сменил сторону, в рядах разведки Соединённого Королевства знали лишь несколько доверенных ци .агентов, каждый из которых впоследствии сделал блестящую карьеру. К примеру, куратор Гордиевского Колин Фигерс стал главой МИ-6. Американцы понимали, что Секретная разведслужба наткнулась на неиссякаемую золотоносную жилу и единолично разрабатывает её, тогда как им самим приходится довольствоваться жалкими крохами. Но все попытки ЦРУ вычислить личность мастерски законспирированного агента ни к чему не приводили. Пока в дело не вмешался случай. Разработку возможного информатора поручили начальнику контрразведывательного подразделения по делам СССР Олдричу Эймсу. По иронии судьбы, Эймс сам оказался двойным агентом, который на протяжении девяти лет сливал советским спецслужбам данные ЦРУ. Он не смог вычислить точного имени, но предположил, что «брешь» следует искать в лондонском консульстве — и тут же передал эту информацию в Москву.

В шаге от разоблачения

Родина хорошо умела слушать. И тёплое от мягкого отличала безошибочно. В начале мая 1985 года Гордиевский получил срочный вызов в Москву якобы для получения последних консультаций перед утверждением в должности резидента, а через два дня пришла телеграмма с повторным вызовом. «Я подумал: спешат, значит, меня подозревают, — рассказал Гордиевский. — А это значит, что я еду в объятия смерти. И все же я решил ехать, чтобы показать, что не боюсь».
19 мая Гордиевский прибыл в столицу, но вместо получения консультаций попал под неофициальное следствие. Несколько дней ничего не происходило — он просто сидел в кабинете без каких-либо важных поручений, после чего к нему явился 1-й замначальника ПГУ КГБ генерал Виктор Грушко в сопровождении двух крепких бойцов. Гордиевскому предложили выпить коньяка, от которого он, говоря его же словами, «почувствовал себя другим человеком». Пришёл в себя Гордиевский лишь четыре или пять часов спустя. Всё это время длился допрос, но судя по тому, что поданная служебная машина отвезла его домой, а не в тюрьму, испытание уму удалось выдержать. Следующие две или три недели прошли в томительном ожидании. На работу двойной агент не ходил, да и начальство не пыталось с ним связаться. Стало понятно: пора бежать.

Багаж подобран. Всё в порядке

На этот случай у Гордиевского уже был заготовлен план побега, запасной экземпляр которого хранился под обложкой томика сонетов Шекспира. «Я должен был размочить переплёт, и тогда план выпадал. В воде он «проявлялся». Всю эту процедуру я проделал, накрывшись одеялом, на случай, если у меня в потолок или стены квартиры вмонтированы микрокамеры», вспоминал агент. Ещё раз проштудировав порядок действий, Гордиевский отправился претворять план в жизнь. Сначала нужно было согласовать с англичанами дату. Для этого он 16 июля должен был явиться на контрольную точку на Кутузовском проспекте, а после — встретиться с британским резидентом в соборе Василия Блаженного. В итоге побег был намечен на 20 июля, в канун начала XII всемирного фестиваля молодёжи и студентов, когда в столицу стекалось много народа.
Гордиевский сбежал, не сказав родным и друзьям ни слова. В назначенный день с одним лишь удостоверением сотрудника КГБ на руках он уехал в Ленинград, откуда с Финляндского вокзала отправился в Зеленогорск, а после — на автобусе в Выборг. Но до конечной точки маршрута шпион не доехал. Сославшись на тошноту, он попросил водителя высадить его на полпути. Таков был план. В том месте дорога делала единственный крутой поворот на всём шоссе, который к тому же удачно скрывался лесами.
Там-то, в придорожных кустах, его и подобрали два «Сааба» английского посольства, ехавшие из Ленинграда в Финляндию. И снова не обошлось без вмешательства случая. На подъезде к назначенной точке машина КГБ, сопровождавшая дипломатов из Северной столицы, отстала на переезде, что помогло англичанам выкроить несколько лишних минут. Гордиевский спрятался в просторный багажник одной из машин, где остался до самой финской границы. Как только грохотавший в салоне тяжёлый рок сменился симфонией Яна Сибелиуса, перебежчик вздохнул с облегчением. И не только потому, что всей душой ненавидел рок. Музыка финского классика означала спасение. Дальше Гордиевский ехал уже в салоне. К слову, за рулём подобравшей его машины сидела женщина по имени Элауди. Она же согласовывала все детали побега.
На границе со Швецией процессию встречал молодой британский консул Майкл Шипстер. Он передал в МИ-6 условный сигнал об успехе операции («Багаж подобран. Всё в порядке») и посоветовал дальше пробираться через Норвегию, потому как в нейтральной Швеции, где у власти находился своенравный социал-демократ Улоф Пальме, могли возникнуть непредвиденные проблемы. Через Норвегию же путь до Лондона был открыт.

Жизнь Гордиевского после побега

Разоблачение и бегство стоили Гордиевсклму семьи. Супруга Лейла ничего не знала о его двойной жизни, поэтому можно только догадываться, какие мысли пронеслись в голове женщины, когда муж бросил её с двумя детьми. Обосновавшись в Англии, бывший полковник стал добиваться разрешения воссоединиться с родными, но это стало возможно лишь после распада Советского Союза. В сентябре 1991 года Лейла приехала в Лондон, но семейная жизнь не заладилась. Лейла подала на развод и уехала, забрав дочерей.
Сегодня Гордиевский, в 2007 году удостоенный ордена Святых Михаила и Георгия «за заслуги в деле безопасности Соединённого Королевства», мирно живёт в тихом городке неподалёку от Лондона, пишет колкие мемуары о секретных операциях и спецслужбах, критикует политику Кремля и ни о чём, кроме потери семьи, не жалеет. Его смертный приговор не отменён по сей день.

Журнал: Неизвестный СССР №6(18), май 2021 года
Рубрика: Тайны спецслужб
Автор: Аглая Собакина

Метки: СССР, автомобиль, измена, Война и Отечество, Финляндия, дипломатия, предательство, КГБ, побег, Гордиевский, Неизвестный СССР




Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010-