Масоны среди донских казаков

«Казак-масон» звучит примерно тан же, как «вегетарианец-людоед». Тут уж либо одно, либо другое. Либо тайная и космополитическая деятельность, не придающая значения различиям по национальности и вероисповеданию, либо открытая всем пулям служба за веру, царя и отечество.

Фото: масоны среди казаков — интересные факты

Вольный каменщик Пушкин

Тем не менее подобный масонско-казачий «симбиоз» — факт биографии не кого-нибудь, а самого «солнца русской поэзии — Александра Сергеевича Пушкина. Его пример — единственный в своём роде, когда потомственного масона приняли в донские казаки. Вольным каменщиком Александр Сергеевич числился с 4 мая 1821 года, но к таинствам масонства был предрасположен по наследству. Его батюшка. Александр Львович, был Вторым Надзирателем ложи «Северные друзья». А в 1828 году наказной атаман Всевеликого Войска Донского — генерал Д.Е. Кутейников — зачислил дворянина А.С. Пушкина в казаки Таганрогского округа. О чём выписал поэту соответствующую грамоту. Новоиспечённый казак Пушкин волонтёром-наблюдателем «гонял османов шайку», привёз себе на память казачью ногайку с русско-турецкой войны. Но казачьим атаманом литературный классик так и не стал, как, впрочем, и мастером ложи.

С масонским циркулем и казачьей шашкой

В эпоху Екатерины II, так же как и в канун мятежа декабристов, среди офицеров гвардии, флота и армии Российской империи масоны встречались чуть ли не сотнями. Однако в гвардейских казачьих полках вольных каменщиков тогда замечено не было. Во всяком случае, исследователи истории российского масонства об этом не упоминают. Ну, разве что упомянутый Александр Сергеевич Пушкин. Возможно, казаки не шли в масоны потому, что вплоть до 1920 года в казачьих краях не забывали о таком эффективном средстве воспитания, как публичная порка. И речистого умника, призывавшего собратьев ограничить власть Богом данного государя или уравнять в правах казака и иногороднего, могла ждать в родной станице сотня горячих по мягкому месту.
Каземат Петропавловской крепости или сибирский рудник дарил узнику ореол мученика за идею. Но казачьему офицеру-смутьяну приговор стариков станицы был страшнее и позорнее тюрьмы или ссылки. Хотя до сих пор нельзя гарантировать, что в масонские ложи в начале XIX века не занесла нелёгкая того же наказного атамана донцов Кутейникова или историка казачества, сотника лейб-гвардии казачьего полка Василия Сухорукова, проходившего по делу декабристов, разжалованного и отправленного на Кавказ рядовым.
В начале XX века либеральные веяния расшатали патриархальные устои в среде казачьей интеллигенции. И кое-кто из столичных казаков приобщился к таинствам братства. Однако погон и лампасов эти вольные каменщики не носили, будучи штатскими — казаками по рождению и фамильной истории, но не по службе и быту. Тем не менее в масонской иерархии «казаки в пиджаках» достигли многого.

Знаете ли вы что…

В Российской империи казаки не платили налогов, но обязались по первому же требованию Военной коллегии встать в строй с конём и оружием. Во время военных походов казаки получали жалованье, как и все военные.

Донской казак — мастер ложи

Праправнук первого наказного войскового атамана донских казаков, получившего булаву от Петра I, столичный юрист Иван Николаевич Ефремов вошёл в официальную историю страны как обер-прокурор во Временном правительстве Александра Керенского. В масонской иерархии Ефремов достиг высшего уровня посвящения среди казаков-масонов. Ещё с 1912 года Иван Николаевич был посвящён в ложу, имел 33-й градус посвящения и чин Досточтимого Мастера Думской ложи (управлял масонами-депутатами Государственной Думы). Помимо этого, он был основателем и мастером ложи «Малая Медведица», входившей в состав братства лож «Великого Востока народов России». Вот только казачьим атаманом, как его предки, не стал. В эмиграции бывший депутат Государственной Думы не просил милостыню на парижских аллеях, а сытно и деятельно работал в промасон-ском «Русском комитете».
Само собой, что в Думскую ложу Ефремов привлёк ряд депутатов Государственной Думы от казачества. Например, бессменного председателя казачьей фракции Василия Харламова (в годы Гражданской войны — председателя Войскового Круга донцов и главу оппозиции единоначального атамана П.Н. Краснова), а также казака-олигарха, активиста партии кадетов Елпидифора Парамонова.
Поражение революционеров после 1905 года обратило внимание мастеров лож на казаков-военных — верную опору престола. В среде ветеранов Русско-японской войны хитроумные вольные каменщики стали искать себе братьев.

Из масонов — в войсковые атаманы

30 марта 1917 года Войсковой Круг терских казаков, впервые после 200-летнего перерыва, выбирал войскового атамана. Атаманский пернач (булава, украшенная перьями, один из знаков атаманского звания) был возложен на подъесаула, кавалера золотого оружия с надписью «За храбрость», ветерана войны с Японией, историка казачества, журналиста и филолога, депутата второй и четвёртой Государственной Думы — Михаила Александровича Караулова.
99,9% избиравших его казаков даже не подозревали, что воздают почести Первому Наблюдателю ложи «Северное сияние», брату лож «Роза» и «Северная звезда», полноправному адепту братства лож «Великого Востока народов России».
Караулов был масоном со стажем даже большим, чем его коллега по казачьей фракции Ефремов. Возможно, что впервые с «религией мирового братства» Михаил Александрович познакомился, ещё будучи студентом Петербургского университета. Приятелем Караулова по альма-матер был Александр Керенский — несмотря на то, что учились они на разных факультетах. Оба получили дипломы в 1905 году. И оба отправились добровольцами — казак Караулов на войну с Японией, а юрист Керенский… на войну с русским государством, творить первую русскую революцию.
После войны их жизненные пути вновь пересеклись. Надо отдать должное: Караулов за храбрость в бою заслужил офицерский чин и золотое оружие. А к февралю 1908 года он уже Первый Наблюдатель ложи «Северное сияние».
В 1914 году депутатский мандат не позволил подъесаулу запаса Караулову встать в строй казачьего полка. Михаил Александрович воевал с «прогнившим самодержавием» с парламентской трибуны, забыв, что командира, как бы плох он ни был, во время боя не меняют, тем более голосованием подчинённых. В ноябре 1916 года Караулов прославился тем, что в своей думской речи предрекал скорую революцию, другими словами — переизбрание верховного главнокомандующего в разгар войны. Правда, уцелевшие в эмиграции соратники по Думе вспоминали, что 22 февраля 1917 года (буквально накануне бунта солдат Волынского полка) депутат-казак-масон горевал о том, что вожделенная революция маловероятна в ближайшее время.
А через несколько дней он стал членом Временного комитета Государственной Думы и с помощью своего красноречия убедил отречься от присяги чинов царского конвоя, состоявшего из кубанских и терских казаков. Караулов стал комендантом революционного Таврического дворца, организовав охрану резиденции «первого демократического правительства России». Друг Керенского ещё со студенческих времён и ветеран депутатско-масонских кулуаров, Михаил Караулов имел все шансы войти в высшую номенклатуру властной элиты того времени. Правда, он понимал, что на первые роли в Петрограде претендовать он все же не может. Не те, что на берегах родного Терека! Так вольный каменщик стал бесспорным кандидатом на титул выборного войскового атамана Терского казачества. И его действительно выбрали.
На этом посту текущими делами ложи её Первый Наблюдатель, вероятно, не слишком занимался. Хотя финансовые документы свидетельствуют, что он убедил далеко не богатое Терское войско перевести в Петроград 800 тысяч рублей наличными и ещё на два миллиона рублей выкупить облигаций «Займа Свободы». Знаете, по какой статье расходов? «На развитие революции».
Масон Михаил Караулов атаманствовал чуть более восьми месяцев. К несчастью, революцию он «развил» так, что сам пал её жертвой. В декабре 1917 года атаман, его родной брат, а также казак-вестовой и адъютант были зверски убиты на железнодорожной станции Прохладная толпой революционных солдат — дезертиров с Кавказского фронта.

Журнал: Тайны 20-го века №47, ноябрь 2011 года
Рубрика: Белые пятна истории
Автор: Александр Смирнов, подъесаул Войска Донского




Исторический сайт Багира, история, официальный архив; 2010 —