Царствование Императора Петра II (П.Н. Петров)

Глава Царствование Императора Петра II, книги П.Н. Петрова «История Санкт-Петербурга с основания города до введения в действие выборного городского управления по учреждениям о губерниях 1703-1782».

История Санкт-Петербурга (П.Н. Петров)

Царствование Императора Петра II (1727-30 г.).

На основании этого указа он и поразил врагов, привязавшись к шутливым словам своего зятя Дивиера, во дворце — обращенным к великим княжнам и цесаревичу Петру Алексеевичу, 26-го Апреля, — во время пароксизма болезни Екатерины I, кончины которой ожидали в тот день, при жестокости её страданий. Арестовать мгновенно Дивиера и его сторонников, нарядить суд, заключить в крепоеть, обвинить в оскорблении величества и приговорить к лишению чинов, наказанию и ссылке — успел Меньшиков до 5-го Мая; в этот день добившись и конфирмации приговора рукою, цесаревны Елисаветы Петровны, подписывавшей указы именем матери — императрицы; как сделано и с завещанием Екатерины I, по которому наследником её назначен Петр II. Акт о наследовании престола внуком, а не одною из дочерей Петра I, делал князя Меншикова правителем государства и единственным опекуном юного императора. Завещательница скончалась 6-го Мая, около 9-ти часов вечера, и, тотчас по кончине государыни, вступив — на основании акта о наследовании — в должность правителя, князь Меньшиков удалился к себе не прежде, как расставив сам часовых, при всех входах и выходах дворцовых; приказав никого не пускать, а объявление отложив до утра (385).
1727 г. Мая 7-го утром собрал князь А.Д. Меньшиков Верховный Тайный Совет, уже очищенный от его недоброжелателей, в присутствии всех членов Императорского Дома, сам вскрыл пакет с завещанием и приказал читать его, делопроизводителю, д.с.с. Степанову; выслушав же завещание до конца, он провозгласил царевича Петра Алексеевича императором, под именем Петра II. Все присутствовавшие немедленно присягнули и, в это время, стоявший перед дворцом, Преображенский полк, к которому вывел государя опекун-правитель, — крикнул «ура»! По знаку князя началась пальба с крепостей и правитель с юным монархом, оставили войско. Придя к себе, князь принялся сочинять манифест от имени Петра II, который заявлял, что «понеже ныне по уставу и высокому определению тестамента её импер. вел. подписанному собственною её Величества рукою, императорский престол Российского государства восприяли, Мы, наследный великий государь Петр вторый, император и самодержец Всероссийский; того ради во всенародное известие сим манифестом объявить повелели, дабы все наши верные подданные, как духовного, так и воинского, и гражданского всякого чина и достоинства, люди это ведали, и нам, как истинному и природному своему государю, Императору верно служили, и в том присягами утвердили». Мая 8-го издан указ о приведении народа к присяге «в соборах Троицком и Исакиевскомъ» (386), а 20-го Мая, указом же, велено именовать Васильевской остров Преображенским — по имени полка гвардии, там расположенная вокруг дворца князя Меншикова, где, у опекуна своего, жил государь.
Погребение Екатерины I без особенной торжественности совершено 16-го Мая, в Петропавловском соборе. После отпевания гроб императрицы поставили во временной деревянной церкви (397) на вскрыше, подле гроба Петра I. Опущены эти гробы в могилы, приготовленные в фундаменте здания, только уже в 1731 году; как мы укажем в своем месте. Мая 8-го еще, в видах преклонения на свою сторону дамских особ имиераторского дома, князь правитель назначил особым указом (П. С. 3. Т. IIV. IV: 5074. — распубликован. 18-го Мая) царевнам: Екатерине Иоанновне по 10000 р., и Прасковье Ивановне по 12000 р. в год «на содержание их дворов» — в прибавок к получаемым, разумеется (388). При этом, необъявленный супруг царевны Прасковьи Ивановны, маиор Семеновского полка Иван Ильичь Дмитриев-Мамонов, произведен в подполковники л. гв. Преображенскаго полка, как человек очень нужный правителю, в его верности себе уверенному. Себя же самого, указом 12-го Мая, князь А.Д. Меньшиков произвел в генералиссимусы; придумав этот титул чтобы поставить свое достоинство выше рангов по табели. Через Георгия (Дашкова) князь-генералисимус действовал на духовную власть и для поддержки голоса этого своего деятеля, произвел в в члены Синода, жившего на покое в Ниловой пустыни, бывшего крутицкого митрополита Игнатия; все другие преданные князю лица получили также высшие ранги, а члены В.Т.С. — Головкин и Остерман — деньги (389). Заручившись этим ублаготворением нужных людей, князь А.Д. Меньшиков обручил свою старшую дочь, княжну Марию Александровну, с двенадцатилетним императором, 22-го Мая; заранее дав невесте титул — «высочества». Вступление в брак государя с дочерью правителя, было включено в завещание о престолонаследии и, потому, выполнение обряда обручения, не должно было никого изумить; но, с выполнением этой формальности, регент государства, казалось вполне уже обеспечил себя в обладании властью/И в это-то время, судьба приготовила ему ряд ударов, которые привели его к падению и гибели всего семейства.
От волнений, очень естественных и понятных при усилиях устроить свое положение всеми средствами, скрепив его узаконениями и формальностями, князь-опекун, вскоре после обручения дочери, поражен был болезнью, жестокость которой заставляла в продолжение Июня опасаться мгновенного пресечения его жизни. Его соборовали (29-го Июня) и, затем, всю первую половину Июля, больной медленно возвращался к жизни. Первый раз вышел он на воздух месяц спустя — 26-го Июля 1727 г., к молебну, на освящение первого в Петербурге через Неву наводного моста — Исаакиевского.
Мост этот перекинут был через Неву, от Исаакиевского собора, к самому дворцу правителя.
Первое время управления князя Меншикова до болезни его, памятно заботами о Петербургской внешней торговле. Первым узаконением по этой части был указ о перегрузных судах (лихтерах), перевозящих товарную кладь из Кронштадта в Петербургу и о расправе по делам касающимся нагрузки и выгрузки товаров, (№5102, П. С. 3. Т, VII.), в Комерц-коллегии. При этом, содержатели лихтеров должны были записываться в таможне. Вслед за тем, 26-го Мая (№5093) издан указ о вызове в С.-Петербурга торговых людей, к показанию причин дурного состояния торговли и способов к улучшению её и сообщении своих мнений, учрежденной здесь — под председатель-ством Остермана — коммиссии; а в городах — губернаторам и вое-водам. Другимъ указом, того же числа, повелено присылать в торговую коммиссию: доношения и мнения от Камер, Коммерц и Мануфактур коллегий и Главного Магистрата, о торговле Мало-россии с г. Бреславлем.
На следующий день по издании этих указов, распубликован манифест о винах Дивиера, Толстова, Бутурлина, Скорнякова-Писарева, Ушакова, Александра Нарышкина и Ивана Долгорукова, и о «наказании тех, которые позволят себе ложное толкование постановлений о наследии Российского престола». Герцогу Голштинкому Меншиков велел объявить, чтобы он уезжал к себе, в Голштинию (391).
Торговая коммиссия занялась составлением дополнительного тарифа и на первых же порах распубликовала перечень товаров, которые должны считаться галантерейными, обложенными 10% пошлиной; с тем чтоб половина её вносилась ефимками. Однопроцентного при этом пошлиною обложены математические и хирургические инструменты, ножи, вилки и ножницы, да ефесы к шпагам, — здесь, тогда особенно требовавшиеся. А французское вино разрешено вывозить с прежнею пошлиною, (по 2 ефимка за анкер), но при этом запрещено продавать его в трактирах и на постоялых дворах (392).
За то, меховым торговцам разрешен торг соболями и, стало быть, соболи перестали считаться регалиею (по указу 26-го Июля 1727 г.). В петербургском порте положено иметь по двое браковщиков пеньки и юфти, с тем чтобы один браковщик был русской, а другой иностранец, а на товары, привозимые из заграницы определять только русских браковщиков; с тем, чтобы не было стачки иностранных торговцев (указ 7-го Июля). Одновременно почти с этим, повелено закрыть Главный Магистрата и учредить в Петербурге, для управления сословно купеческих дел — Ратушу с одним бургомистром и двумя бурмистрами из членов бывшего магистрата. В бургомистры велено выбирать из купцов по годно, и, при этом, определено: дела русских купцов по претензиям на иностранцев вести в Коммерц-коллегии, как высшей инстанции по делам торговым (указ 18-го Августа 1727 г.). Для расправы же по тяжебным делам вообще, кроме купеческих, до сего времени разбиравшимся в одной Юстиц-коллегии, учрежден в Петербурге опять воевода, который с двумя товарищами должен разбирать дела всей бывшей Ингермаиландии; как было прежде, с начала Петербурга (указ 18-го Сентября 1727 г.). Этими постановлениями, сводившими Петербурга на степень как бы простого города, а уже не столицы подготовлялось так сказать переселение императора Петра II в Москву, что последовало Января 9-го 1728 года.
Оставление Петербурга тесно связано с падением князя Меншикова, подготовленным, как нами замечено, во времи опасной болезни светлейшего князя. Оставаясь в это время при государе, молодой князь Иван Алексеевич Долгоруков, помещенный вместо Маврина и замешанный в процессе Дивиера, но пощаженный по просьбе самого монарха-отрока, — употребил все влияние свое на Него, чтобы вооружить его величество против опекуна, в поступках своих проявлявшего непреклонную суровость и высокомерие. Эти качества Регента должны были юному государю казаться еще нестерпимее при его горячности, когда постарались выставить опекуна главным действователем в процессе 1718 года, сделавшем сиротами внука и внучку Петра I. Дочери Преобразователя тоже питали к князю Меншикову с минувшего года, уже несомненное нерасположение и оно еще усилено удалением с супругом в Голштинию цесаревны Анны Петровны, окончательно оставившей Петербург 25 Июля 1727 г. (392). Остерман приставленный Меншиковым и им награжденный вперед доходом от почт, оказался действовавшим против правителя; перейдя на сторону его противников и строя планы своего возвышения на привязанности Петра II к цесаревне Елизавете Петровне. После выздоровления князя Меншикова, государь уже избегал долго быть с опекуном-генералиссимусом и, по случаю нового проявления его самовольства, заявил ему гнев свой. Этот урок несделал правителя менее самоуверенным и в конце Августа, он отправился в Ораниенбаум на торжество освящения нового храма, прося прибыть к себе Его Величество. Праздник наступил; государь не приехал. Прождав долго, князь отправился один на церемонно и стоял во время богослужения на царском месте со своим семейством и невестою его вел., своею дочерью. Враги из неосторожного поступка, в другое время никого бы незанявшего, раздули извет посягательства на похищение власти и увезли Петра II из дома будущего тестя в Летний дворец. Князь воротясь из Ораниенбаума, получил указ о пребывании в домашнем аресте (7-го Сентября 1727 г.). Поспешив видеть императора — он не был к нему допущен, и, 9-го Сентября — выслан с семейством из столицы, с нарушением всякого права. Уже выслав правителя государства под конвоем, враги стали собирать клеветы и обвинения, чтобы оправдать свое беззаконие. Захватившим власть низвержением Меншикова, князьям Долгоруковым, в Петербурге казалось жить неловко, и, вот 12-го Октября издан указ о приготовлении в древней столице дворцов, для прибытия туда Его Величества, по случаю предстоявшего коронования, а в самом деле, решили любимцы увезти императора в Москву для постоянного житья. Чтобы прикрыть, однако, эти намерения свои, осенью 1727 года после» отпразд-нования дня рождения императора (12-го Октября) — Октября 13-го объявлено об открытии с 15 числа, бывших в ходу при Петре I — ассамблей; к которым уже начали привыкать жители столицы. Ассамблеи на этот раз назначены по два раза в неделю (по четвергам и воскресеньям) во дворце. Начало их назначено с 4-х часов пополудни и впуск на собрание открыть всем дворянам, обоего пола, без чинов.
Публикации об ассамблеях делались чтением но улицам высочайшего указа, 2-м С.-Петербургским обер-полициймейстером Иваном Давидовичем Позняковым, назначенным на место Дивиера. Он был до 1722 года обер-секретарем Сената, привлчен был в процесс Скорнякова-Писарева с Шафировым; в Москве, сужден Верховным судом, но прощен, вместе со Скорняковым, 7-го Мая 1724 г. — по случаю коронации Екатерины I; только велено с него снять два чина. А в 1726 г. 29-го Марта, при переводе в Вотчинную канцелярию Е.И.В., ассесора полициймейстерской канцелярии Тихменева — на его место определен в полицию. Заняв по милости князя Меншикова место своего бывшего начальника, Дивиера, Позняков, по низвержении генералиссимуса был еще повышеи произведением в статские советники (12-го Октября 1727 г.), и оставался здесь полициймей-стером до 5 го Ноября 1729 г. когда произведен обер-полициймейстером в Москву — тогда уже столицу.
Последнее распоряжение Дивиера было ввод в владение домом графа Сапеги, случайного человека при Екатерине I (393). Управление же Познякова, началось выполнением приказа князя Меншикова (29-го Апреля 1727 г.), о перемощеши Набережной линии, на Адмиралтейском острову, — собственно Английской набережной — где укрепление берега Невы дурно выполненное, каждую весну и осень вызывало необходимость капитальных переделок. Накануне кончины императрицы, князь Меньшиков приказал от полиции заготовить материалы для устройства канальцев, на улицах Васильевского острова, заботясь об осушении почвы своей резиденции. Уничтожив врагов своих по Верховному Тайному Совету, как напр. Толстого и Бутурлина, их имения роздал Меньшиков своим сторонникам, а когда дошла очередь до приморских дач, конфискованных при ссылке лиц, вовлеченных в этот процесс, — вспомнил князь-правитель что остались еще не розданными «участки под дачи, на берегу Фонтанки», и, дал указ из Верховного Тайного Совета (Июля 25-го. Т. VII. П. С. 3. №5129), «об отводе в С-Петербурга, по р. Фонтанке, земель, под строение загородных дворов всем желающим». По этому указу получили земли в Спасской части до теперешняго Вознесенского проспекта, а в Московской и Нарвской до Калинина, почти, моста; или, лучше сказать, до впадения в Фонтанку протока Таракановки.
Во время болезни князя Меншикова, им отдан был приказ об устройстве на Преображенском (Васильевском) острову канав, с употреблением на те работы поземельных денег, собираемых в полициймейстерскую канцелярию с жителей Преображенского острова (394). Воспитатель государя, возведенный из баронов в графы, А.И. Остерман, объявил в Верховном Тайном Совете Высочайшее повеление: о запретении ходить с ружьем и собаками, стрелять и ловить птиц и зверей, а также устроивать кабаки, на Аптекарском острову, — где, кроме Ботанического сада, была еще двух-трехдомовная деревня, а остальное пространство представляло, хотя жидкий, но повсеместный лес на болотистой почве. Туда завезен был юный император князем Иваном Алексеевичем Долгоруковым, на охоту, и занятие это на столько понравилось Петру II., что он решил часто пользоваться этим удовольствием и для того, чтобы, посторонние, случайные посетители не помешали охоте, дано приказание нами указанное. С приученьем к охоте, Долгоруковы получили на столько сильную власть над юным императором, что он все исполнял по их воле. Для их видов, прежде всего требовалось удалить императора от Меншикова и Остермана, заботившагося чтобы время юности не потрачено было безвозвратно. Правление государством, лежавшее на Верх. Тайном Совете, при настоящем положении государства требовало строжайшей экономии. Теперешние же правители не только не думали что-либо развивать, а находили удобнейшим для своего покоя, уменьшать ход Петровских предприятив, первым из которых и самым главным был — флот; имевший всякого рода технические заведения, Сокращением размеров казенных учреждений, при Петре II, следует объяснить указ Верх. Тайн. Сов. от 10-го Июля — «об отдаче крупяной и масляной ветряных мельниц, близ Екатерингофа, в частное содержание и о продаже инструментов там находящихся, « ежели не окажется желающих взять эти заведения в содержание» (П. С. С. Т. VII. №5419), а 10-го Июля — «об отсылке с Сестрорецких заводов 15-ти мастеровых людей в Военную коллегию для определения на другие заводы». Июля же 19-го последовал указ Вер. Тайн. Сов. «об увольнении из Петербурга дворян, неопределенных к делам, обязав подпискою тех из них, которые должны строить дома на Преображенском (Васильевском) острову, — о скорейшем окончании там построекъ».
По низвержении Меншикова, Исаакиевский мост, наведенный на Васильевской остров 26 Июля, был снят и заменен по прежнему перевозом, «для удобства судового хода», как сказано в указе Вер. Тайн. Сов. 16-го Сентября; — а на самом деле для того что императора держали в Летнем дворце, а дом Меншикова со всеми устройствами был конфискован и подвергнут подробной описи. Думали, что, при существовании моста, удобно могли что-либо увезти из пустых строений. Сентября 25-го двумя указами велено: одиим — докончить каменную оранжерею в новом саду — фруктовом — на месте теперешнего дворцового Михайловского, и другим — окончить летом 1728 г. два, строившихся, каменных бастиона Петропавловской крепости. Сентября 29-го дан Верхов. Тайн. Сов. указ о высылке в Петербурга, для службы, ежегодно астраханских козаков по 10 человек с каждой станицы. Козаков этих назначили для ночных разъездов, опасаясь на основании подметного письма, поднятого в Москве, — возмущения от скрытых сторонников князя Меншикова. Третьим указом того же, 29-го Сентября, ассигновано 4, 800 р. из Каммер-коллегии архитектору Трезини, для выдачи заработных денег, по устройству канала по первой линии, на Васильевском острову — теперь вдоль здания Главн. Упр. Воен. Учебн. Зав., из Невы в Невку, для отделения Стрелки острова от остальной части его, по линии земли князя Меншикова. С окончанием этого канала на Трезини возложены здесь постройки, — под ведением Конторы строений, управляемой генерал-маиором Ульяном Лкимовичем Синявиным. С 1723 года в части Васильевского острова соседней с Стрелкою, происходило сооружение биржевого гостиного двора и 12-ти коллегий, по проэкту Трезини. Здания эти, за выполнением фундамента нужно было продолжать вести выше основания.
Сенат переведен по указу 5-го Октября, на Васильевский остров и расположен, по частям, в конфискованных домах: князя Меншикова и других лиц, имения которых также подвержены секвестру. На основании этого указа, Военная коллегия помещена в доме графа П.А. Толстова (на месте помещения теперешней Спб. портовой Таможни и д-та Таможенных сборов), Камер-Коллегия в самых жилых комнатах генералисимуса кн. Меншикова; a Юстиц-Коллеиия в доме свояченицы генералиссимуса, — Варвары Михайловны Арсеньевой, обер-гофмейстерины бывшей невесты Петра II. Что же касается остальных коллегий, то они покуда оставлены: на Петербургской стороне, Вотчинная коллегия в своем доме — бывшем синодском; а Берг и Мануфактур коллегия, да Коммерц-коллегия в доме графа Петра Матвеевича Апраксина, за Литейного першпективною дорогою, на пути к Смольному двору, теперь за Воскресенским проспектом. Октября 16-го от сената разосланы объявления о предстоящем короновании в Москве императора Петра II в начале 1728 г. А Октября 18-го указом из Верх. Тайн. Сов., генерал-фельдмаршалу гр. Сапеге поручена главная команда над 11-ю армейскими полками расположенными в Петербурге и окрестностях, от Новагорода до Ревеля.
Страшный пожар на Неве, 31-го Июля, — когда сгорели на месте тенерешнего таможенного островка, на отмели, анбары и при них стоявшие суда с товарами, — вызвал указ 8-го Ноября о зачете на третью часть погоревшего, таможенных пошлин при платеже их в казну, с рассрочкою в два года., Октября же 26-го распубликован был указ о награждении доносителей о неявленных товарах; о неделании при выемке их никаких притеснений и насильства, и о предостережении от полициймейстерской Канцелярии обывателей, чтобы они немедленно доносили о жильцах своих, у которых окажутся неявленные продажные товары (395).
При Екатерине I, когда решено было уже объявить Петра II её наследником, князь Меншиков озаботился застройкою подле своего дома-дворца будущему императору и в лето 1727 г. выведен его фундамент. архитектором Трезини. Но, за удалением в Москву государя, дальше фундамента строения не поднимали и уже при Екатерине II на этом фундаменте построен дом для учителей кадетского корпуса, из которого перестроено в минув — шее царствование здание Историко-филологического института, на набережной Невы, подле университета, между ним и помещениями 1 Павловского юнкерского училища. Декабря 4-го 1727 года Верх. Тайн. Сов. поручил Директору строений Синявину, освидетельствовать счеты архитектора Трезини и произвести, по поверке, окончательные расчеты за работы, в то время выполненный (396).
Декабря 19-го назначен, после смены сторонника и доверенного лица князя Меншикова, генерал-маиора Егора Андр. Фаминцына, Спб. коменданта, бригадир князь Григорий Урусов — обер-комендантом Спб. Петропавловской крепости. А главным пачальником бывшей столицы Петра I, оставляемой его внуком — за отъездом Сапеги 29-го Января 1728 г. — назначен генерал Бурхард Христофор Миних, строитель Ладожского канала, знаменитый инженер, которому вверена охрана всего края и с этою целью, возведение всякого рода укреплений, и в Кронштацте и здесь; с правом иметь полк своего имени — бывший Галларта. Прибавим, что одним из последних указов в 1727 г. было высочайшее повеление, испрошенное графом Остерманом 26-го Декабря, «об отводе на Адмиралтейской стороне места под евангелическую церковь с школою при ней и пасторским домом» — теперь это кирха Св. Петра на Невском проспекте. — Петр II явившись в день Крещения на Иордань, 9-го Января 1728 г. выехал в Москву, окончательно; Петербурга его более уже не видел.
Новый правитель осиротелой столицы Петра I, на первых порах потешил представителей местной аристократии — праздником в день тезоименитства цесаревны Анны Петровны. Перед фасадом занятого им дома князя Кантемира (потом канцелярии министра финансов, а теперь И. Ф. Громова на Мильонную и Неву, против Мраморного дворца) устроена иллюминация. Кроме большого щита перед домом правителя и главные улицы освещены были плошками. Иллюминация повторена при известии о совершившемся короновании в Москве императора Петра II (25-го Февраля). Марта 2-го получен указ и на другой день, в Троиц-ком соборе, торжественное богослужение совершено нижегородским архиепископом Питиримом. После молебна последовала пальба, пушечная и ружейная; залпы, из орудий с крепости, повторялись и при каждом тосте во время обеда местной аристократии у правителя города, при трезвоне во всех церквах во весь день. Академия Наук вечером устроила публичное собрание и, на нем, профессор Делиль, для русской публики, держал по французски, речь об обращении земли вокруг солнца; имея оппонентом, тоже француза старш. Бернулли. С собрания, члены академии приехали в дом Миниха и, там, профессор Байер — изобретатель происхождения славян — варягов от шведов — провзнес похвальную оду латинскими стихами. Для народа, гулявшего заполночь на Царицыыом лугу, пущены были фонтаны белого и красного вина, и пиры продолжены на целую неделю (397).
С наступлением весны Миних завел ежедневные учения, подчиненных ему полков, и, с усиленным усердием, принялся за достройку (но указу 7-го Февраля 1728 г. №5423) Петропавловской крепости; хотя город Петербург, в это время, мог располагать гораздо меньшими средствами, чем прежде (398).
Уменьшение здесь кителей, за отъездом государя, как слышно стало — для постоянного житья в Москве, — очень понятно; так же как и возвышение весною на 2% учета векселей, за уменьшением здесь капиталов, увезенных в Москву. В это время за русский рубль давали уже вместо 51 штивера, только 49-ть (Спб. ведом. 1728 г. №№19, 22, 25, 27 и 31), как видно из справок о курсе, в начатых издаваться здесь с 1728 года С.-Петербургских Ведомостях, при И. Ак. Наук. Разстройство торговли порта было несомненное и исправить его нельзя было заявлением сената (Января 8-го, 1728 г.) что им приказано, «для пользы здешнего места главный торговый порт иметь в Петербурге, по прежнему». Для нас этот указ имеет значение справки о предположенных застройках товарных складов. Вместо сгоревших 31-го Июля 1727 года на Малой Неве, велено на время сделать для поклажи пеньки деревянные анбары, «хотя забрав в столбы и покрыв досками, — на Преображенском острову, по Большой Неве реке, ниже построенных палат, от 26-ой линии в низъ». По расчету Коммерц-коллегии, избравшей для безопасности от огня незастроенное место, пространство под анбары отведено до 300 сажень; подле воды, на стойках, на таком возвышении, чтобы при наводнениа с моря, не могло заливать пола предположенных складов. Удаляя пеньку, как удобосгораемый материал, для отпуска заграницу сохранявшийся в громадных количествах, другие статьи вывоза отсюда в меньших количествах, как-то: юфть, холст парусный, сало и пр. признано удобным хранить в новом гостином дворе (что против Университета теперь, у Биржевого сквера, на Невку) достроенном Трезини. А если бы места в его кладовых оказывалось недостаточно, то полагалось возможным дозволить отпускные товары «с таможенною запискою» держать в обывательских домах; нанимая для того помещения «в набережных линиях, на Преображенском (Васильевском) острову»; — так как часть его, между Невою и впадением Черной речки (теперь от имени кладбища, Смоленской), была можно сказать, по линиям застроена. В указе Января 8-го, далее говорится, что исчисленные меры, правительство считало временными и предполагало, «впредь, сделать каменные анбары, со сводом — на Малой Невке, от гостиного двора вниз, между первым и вторым каналами; и по первому означенному каналу, в заворот, подле саду Меншикова (т. е. потом 1 кадетского корпуса), к зачатым конюшням. А канал, что подле коллегий, когда станут делать, то углубить; дабы могли торговые корабли и прочие суда проходить», — как думал сделать Петр I перед отъездом в Европу 1716 г. Все это, гласил указ — «учинено быть имеет для пользы купечества; потому что, надлежит как гостину двору, так товарным анбарам, бирже, таможне и Коммерц-коллегии, одной с другим быть в близости», чтоб торгующим вполне удобно было совершать свои торговые дела. Эти меры к сохранению сколько можно, прежнего состояния Спб. порта, велено публиковать немедленно в тех местах, откуда направлялись обыкновенно товары к здешнему порту, по прежним положениям.
Но, в то время когда намерены были поддерживать хотя торговое значение Петербурга, относительно строительно-технических устройств, бывшая столица и не должна была ничем напоминать прежние размеры развития сооружений. Потому, указом 9-го Января 1728 г., велено распустить из Канцелярии строений русских мастеровых, несших обязательную службу; оставив только в ведомстве Канцелярии стр. детей их, выше 12 летнего возраста «для обучения разных художеств». Это постановление сделалось источником закабаления казенных рабочих, чуть не на целый век!
Другая мера, принесшая впоследствии также немало стесне-ния жителям Петербурга, был указ «об искоренении (здесь) корчемства», изданный 8-го Апреля 1728 г. Указом этим усилены до чрезвычайности меры предосторожности, предписанные здешней полициймейстерской канцелярии. Ей, между прочим, велено: «во всех командах, где содержатся караулы, и по всем слободам, сотским, пятидесятским и десятским, и патрулирам (т. е. военным чинам державшим полицейские караулы), и около Спб. на заставах поставленным, подтвердить накрепко, чтоб они за всеми жителями и за приезжими людьми смотрели и чинили выемки со всяким прилежным смотрением, дабы отнюдь тайного привоза и продажи корчемных питей не было». Эта инструкция сделалась благовидным прикрытием придирок для вымогательства взяток и произвела столько страданий, от притеснения людей совершенно невинных, что делала житье, в опаль-ном на ту пору, Петербурга, просто не выносимым для людей торговых — и имевших деньги. Захваты и держанье под арестом, считались заобычными явлениями, а иногда бывали случаи и полного расстройства дел человека, вся вина которого заключалась в невозможности, или нежелании платить явно несправедливо начатого преследования, ради вымогательства. Ему же предоставлено было полное удобство увернуться, в случае неожиданная раскрытия плутней. По указу велено «за кем усмотрят (корчемство), таковых с питьями, имая приводить в полицию, а из полиции по распросам присылать в акцизную камору без всякого им послабления). Под этим предлогом и приводили, беря из домов, представляя лолшых свидетелей и заявляя: что захватить с наличным не успели, затем что отбился и запирается; когда пришли по следам и нашли в доме. Начиналось держанье в строжайшем заключении, мнимо запиравшагося, и допросы по форме о выдаче соучастников; разумеется с пыткою, вырывавшею признание в том, чего иногда и допустить трудно, без особого опять расследования, предоставленного полиции. В указе же говорится в заключение «и ежели из приводных людей в корчемстве, явится кто в других каких непотребствах, касающихся к смотрению полициймейстерской канцелярии, и о тех непотребствах следовать прежде, там». Вот она и усердствовала.
К довершению затруднений для темного люда, теперь, по указу 10-го Апреля введено еще, различие медной монеты, которой непринимать в уплату. Так, например, велено принимать в казну, а за товары не принимать: гривны 1726 года, и, брать на всякие товары и в казну» копейки, алтынники и гривенники 1718 г. Да, «чтоб новой инвенции гривенники — сказано в указе, — которые деланы С.-Петербурге в прошлых 1726 и 1727 годахъ» т. е. за время правления монетным делом коменданта крепости Фа-минцына, сторонника князя Меншикова — «у кого имеются, приносили и отдавали в Монетной конторе без всякого замедления, за которые плочены будут равною ценою без продолжения, а ежели кто имеет гривенники, их у себя удержит, и вскоре приносить небудет, то на таковых взят будешь гитраф; понеже оные уничтожены и в народе ходить невелено». Срок, для приема в промен, назначен трехмесячный. При этом, по указу 10-го Апреля велено сделать на мильон рублей, копеек нового образца. Меры против корчемства приняты и в Москве по указу 11-го Июня, но там предписание сдерживало усердие выемщиков посудою наказания «если по доносу выемки неокажется, или в самой казенной продаже вина, какие от кого обманы явятся».
Верховный Тайный Совет, находясь въМоскве, в это время усмотрел из донесения Коммиссии о коммерции, что с купечества для застройки домов на Васильевском острову деньги собраны и употреблены на сооружение по Канцелярии строений, начатого дворца; или по крайней мере на материалы для него, а не на каменный гостиный двор. Потому предписано, «по просьбе купечества каменный мытный двор на Васильевском острову построить, не собирая с купечества на него, еще, денег». Так и явился второй четвероугольник лавок и кладовых, на Бирже.
Заметим здесь, кстати, что в это время (указом 30-го Июня 1728 г.) уничтожено старинное право гостей московских — ничего не платить в казну, выполняя службы. Их велено писать в гильдейский список по достатку; и по гильдеиским спискам распределить купцов на три гильдии, со взносом положенного оклада. Но, распределение в гильдии, должно быть, принялось и дошло до Петербурга, опять сделавшагося столицею, не скоро когда в окладной книге купцов в С.-Петербурге 1753 г. на гильдии разделения невидно, как и основного взноса ежегодной пошлины.
1728 год, как известно, был первым когда пустили барки в Ладожский канал, — 1-го Июня, — из Волхова; потому, в указе 3-го Августа, предписаны правила о ширине судов, которые могут ходить по каналу.
Заметим, что в наказе воеводам 1728 г., как известно, введено всюду обязательное устройство рогаток по концам больших улиц и назначение очередного караула, из жителей. Таким образом и это, введенное в Петербурге, оказалось теперь общеобязательною мерою для целой России, вместе с постановлениями о чистоте на улицах и проч. наблюдавшимися, здесь порядками, вошедшими уже в колею обычая.
Прибытие сюда по каналу первого барочного каравана, в количестве 228 судов, разом подняло курс на здешней бирже, произведя оживление в торговле: к концу Августа нам давали за рубль уже 54 штивера (399). Миних послал донесение в Москву о результате открытия канала, прося Высочайшего обозрения его работ и получил ответ о всемилостивейшем посещении канала; но это обещание не перешло в область фактов. На столько же не выполнено и положение изложенное в указе Верх. Тайн. Сов., (28-го Мая №5273) «о заведении особого капитала в Голландии на внешние расходы, для поддержания русского вексельного курса в иностранных городах, и о продаже для сего россий-ских товаров, в большом количестве против прежних лет». Усиления сбыта наших товаров ни в 1728 году, но в 1729 г. ни на чем не видно, а 16-го Мая 1729 г. издан вексельный у ставь, действующий ныне без особенно существенных изменений.
Это капитальное постановление, которое можно назвать самым важным законодательным актом времен Петра II, доказываем конечно желание правительства поддержать, начатые по Петербургскому порту, коммерческие сношения России с западом, не минуемо привлекая в Невскую столицу иногородное купечество, а нетолько удерживая здесь поселившееся. Во время издания вексельного устава, здесь было, на оборот. Отъезд двора в Москву, был сигналом так сказать оставления даже купцами, Петербурга. Вслед за изданием Вексельные — устава, Сенат (указом 16-го Июля) потребовал высылки на постоянное житье сюда переселенных по прежним указам, купцов и ремесленников. В указе прямо говорится, что «ныне из тех переведенцев, многие, покинув в С.-Петербурга домы свои, так же которые и домов не имели, и жили в наемных домах, разъехались собою без указу в прежние и в другие городы. Того ради, оных всех переведенцев купечества и ремесленных людей, из всех городов, с женами их и с детьми, выслать на житье в С.-Петербурга по прежнему, бессрочно, и при высылке велеть им подписаться»; — под страхом потери всего их движимого и недвижимого имения и ссылки вечно на каторгу — «чтоб они с женами своими и с детьми в С.-Петербург явились без замедления и вперед бы без указу, собою, из С.-Петербурга отнюдь никуда не разъезжались». Имена уехавших и возвращаемых внесены в списки и списки эти велено присылать в Верх. Тайн.
258 торгов, и строит, мери по п-б-гу.
Совет. При этом вспомнили что поспепшли из Петербурга скрыться и ямщики — переведенцы; и их приказал сенат выслать сюда, также.
Этими мероприятиями, мало по малу, собраны в Петербурге, исчезавшие его обыватели и такое положение оказалось предвестием возвращения полного блеска столице, с воцарением Анны, дочери царя Ивана Алексеевича; по случаю неожиданной кончины Петра II в Москве 19-го Января 1730 г. — Для Императрицы Анны Ивановны, место рождения её казалось меньше заманчивым, чем столица застроенная на Неве её Великим дядею.
Впрочем, год предшествующи несбывшимся расчетам верховников, памятен для Петербурга кроме издания Вексельного устава, еще дарованием, купечеству беспошлиннаго права кораблестроения, (по указу 24-го Июля 1729 г.) — в видах, разумеется, развития русской коммерции. беспошлинное право стройки кораблей, предоставлено исключительно русским купцам, городов: С — Петербурга, Нарвы, Выборга и Архангельска. Только положено о сооружены каждого корабля в Ратуше заявлять обстоятельно — размеры его и вместимость, — для получения свидетельства дававшего право перепродавать кому угодно, здесь или заграницу, с освобождением и при продаже от взноса пошлин. Насколько это полезное мероприятие двинуло русское купеческое кораблестроение, мы, дадим читателям понятие хотя невполне, приводя по времени указания о владельцах торговых кораблей, здесь, — до Николая I.
Обратимся к более мелким явлениям жизни Петербурга в отсутствие государя. В Июне 1728 г. от коллегий оставлены здесь только конторы; за призывом членов коллегий в Москву, для удобства в сношениях Верх. Тайн. Сов (указ Июня 7-го). Другим указом того же числа назначены для работ в Петербурга, по возведению укреплений, на летнее время, полки армии. Бастион Меншикова достроенный в Петропавловской крепости, — переименован бастионом императора Петра II (П. С. 3. Т. VIII. №5282), как мы указывали выше.
По случаю кончины в Киле, Цесаревны Анны Петровны, за телом её Высочества посланы в конце Июля фрегаты с духовенством. Октября 14-го тело привезено к Петербургу, 23-го перенесено торжественно в Зимний дворец, где стояло до дня погребения, совершенного 12-го Ноября «с великою магнифиценциею и в преизрядном порядке», — как выразились в описании в Спб. ведомостях» (1728 г. №86 Прилож).
Кроме этого печального события, оставившего глубокое впечатление в жителях оставленной столицы, другие явления имели характер не грустный. Миних спускал с галерной верфи, 23-го Мая и 26-го Августа, по 8-ми больших галер. Корабль «Петр II» спущен 30-го Мая — а 8-го Августа астрономы здешней Академии Наук наблюдали затмение луны. Ноября 25-го открыта в теперешнем помещении, библиотека Академии Наук для посещения публики, очень еще немногочисленной. На открытие библиотеки приглашены все влиятельные люди местного управления и местная публика. Посетителям показаны все, действовавшие уже, устройства при Академии, как-то: музей, типография, мастерские; а в большой зале гимназии собраны все ученики наук и искусств, с наставниками. При этом заявлено, что на каждой неделе, два дня назначаются для осмотра всего замечательного в Академии. Торжеством считали здесь: свадьбу Миниха, вступившего во 2-й брак с баронессою Мальцан, по первому мужу Салтыковой (18-го Сентября) и банкет у молодых в день рождения императора Петра II (12-го Октября). Новый 1729 год обошелся без празднования, но 6-го Января церковный парад отправлен как следует. Февраля 2-го академики производили наблюдения лунного затмения, а день коронации отпразднован торжественным собранием в зд. И. Ак. Наук, при трехдневной иллюминации и банкетах, здесь, у Миниха и Сиверса — адмирала, начальника флота. Накануне празднования коронации, в собрании Академии Наук 24-го Февраля 1729 года заявлено и показано было новое изобретение: «весы без стрелки» и оптические опыты изменения формы под хрустальным многогранником, профессора Лейтмана. Он на стекле ухитрился изменять написанное изображение государственного герба, — в портрет царствующего императора. В самый праздник коронации, отбывавший здесь чреду служения, епископ псковский Рафаил служил молебен, после которого, как и в минувшем году, происходили: пушечные и ружейные залпы, обед у Миниха, вечер у адмирала . Сиверса и иллюминация, зажигавшаяся три дня (С. -Пб. вед. 1729 г. №16 и 17). В ночь на 22-е Марта, в теперешней большой Мильоной ул. сгорели домы Блументроста и Корчмина, да повреждены частию домы: не задолго перед тем умершего здесь голландского резидента Вильде и Мошкова (на углу переулка того же имени). В ночь на 1-й день пасхи (на 8-е Апреля) разошлась Нева и помешала совершить торжественно в Троицком соборе утреннюю службу. Преосвященный Рафаил, живя на подворье на Литейной стороне, на месте Таврического дворца, не мог переехать через Неву и служил у себя на подворье утреню, а обедню в Александроневском монастыре; тогда как власти собрались к утрени в Троицкий собор. Пушки палили не только с Петропавловской и Адмиралтейской крепостей, но с Галерной гавани и пред подворьем Рафаила; даже не в одно время. С начала Мая начали из Кронштадта ходить морем пакетботы, в Любек и Данциг, совершая рейсы туда и обратно в двадцать дней. Пакетботы эти стали перевозить и пассажиров, за 3 рубля в один путь, с правом провоза 2½ пуд — багажа; с товара же платилось по 40 коп. за пуд. В годовщину торжества вступления на престол Петра II, (7-го Мая 1729 г.), после обедни в Троицком соборе, преосвященный Рафаил освятил закладку бастиона Петра II (на месте бывшего б. кн. Меншикова), в Петропавловской крепости. Назначенный генерал-фельдцейхмейстером артиллерии, по указу 19-го Мая (1729 г.), Миних 20-го Июня осматривал здесь пороховые заводы и распорядился постройкою новых пороховых мельниц; а с 27-го Июня начаты Минихом смотры войск, привлекавшие стечение народа новостью зрелища. Июня 28-го в торжественном собрании Академии Наук, предложено было публике, астрономом Бернулли, к сожалению только на французсском языке, — объяснение прибора для измерения на море высоты полюса. С 3-го Июля началась первая периодическая и постоянная аукционная продажа, всем желающим, товаров конфискованных таможнею. Продажа производилась в квартире биржевого маклера Иоакима Финке, в доме его, у Красного моста, за садом его имп. величества» — теперь на Царицынской улице, дом принца Ольденбургского. Июля 4-го произведен второй генеральный смотр войск в Петербурге, Минихом, ради государева тезоименитства, задавшим в Петров день пир, с пальбою и фейерверком. А 6-го Июля, в воскресенье спущен с верфи Главного Адмиралтейства 54-х пушечный корабль «Рига», при чем опять устроена пирушка; в воспоминание и подражения Петров-ских спусков кораблей. Августа 4-го празднован как высокоторжественный день, тезоимянитство бабушки государевой, царицы Евдокии Феодоровны в монашестве Елены, 1-й супруги Петра I. При этом были торжественный молебен и пушечная пальба с крепостей в Петербурга Празднование это отправлялось совершенно точно так, как и в день имянин цесаревны Елизаветы Петровны (5-го Сентября). А 8-го Сентября математики Ак. Наук, на петербург-обсерватории наблюдали прохождение Венеры. В том же Сентябре встречается указание о любительском французском спектакле в Петербурге, данном в день рождения Дофина Франции (17-го Сентября). Современное заявление гласит что здешние французские комедианты, безденежно играть будут и к тому всех охотников призывают. В этом спектакле комедия будет представлена ле педан скрупулес, или совестный школьный учитель, а по комедии будет представлен «Обманутый охотник» (должно быть, мимический фарс, где охотника изображал арлекин, — как это делалось обыкновенно на европейских сценах первой половины ХVIII в.). Понятно, что представление дано на Сергиевской улице, в том же здании, где был Петр I со своим царственным семейством, как указывали мы выше (см. стр. 228).
В день празднования рождения императора Петра II (12-го Октября) была буря с наводнением, заставившая отложить торжество до другого дня, за невозможностью переправы через Неву, на острова её, которые «от прибылой воды почитай все потопило» говорит современная заметка (СПб. вед. 1729 г. №82). Но наводнение не помешало зажжению иллюминации, повторяемой в течении 3-х вечеров. В понедельник (13-го Октября) давал обед и бал Миних, но к нему попасть могли только жившие на левом берегу Невы, а с правого берега перевоза не было. Перед домом Миниха зажжен был щит с вензелем Петра И, и девизом по латини «vota pro salute optimi principis» что в переводе современной газеты вышло «приношение о здравии всеблажайшего государя». Октября 19-го спущен второй корабль в этом году «Выборг», 54 пушки. А 30-го Октября все английские купцы в загородном доме, стеклянного фабриканта Эльмзеля, в Московской части, на берегу Фонтанки, дали на общий счет праздник здешним купцам и знати, в день рождения своего короля Теория II, и каждый англичанин иллюминовал в этот вечер свой дом, свечами на окнах. Англичане устроили это, не желая отстать от французов, справлявших 29-го Октября день рождения Дофина с большою церемониею и декорациями, в доме Академии Наук, у профессора Делиля, заявив чуть не за месяц, о приготовляемом ими торжестве и пущенной для сбора подписке. Широкия размеры праздника 29-го Октября должно быть была результатом жертвования и это-то обстоятельство вызвало экспромптом изготовленный англичанами праздник. 1-го Декабря заложен был фрегат, 44 пушек в причем тоже происходило угощение.

 

Вернуться к оглавлению

 

Метки: эпоха Романовых, Петербург, История Петербурга, Нева река, Пётр II, СПб



Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010 —