Одежда и мода — значение в культуре

Рейтинг: 5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Психологи утверждают, что впечатление о незнакомце мы составляем за первые 2-3 минуты общения и в дальнейшем уже почти не меняем своего мнения. Что позволяет составить представление о человеке за столь короткий период? Ведь ясно же: личность в несколько секунд не проявится. Жесты, мимика, манера разговора — вот главные опознавательные знаки.

Одежда и мода — значение в культуре
Не совсем. В отличие от узоров на ладони, наше поведение постоянно меняется — и в первую очередь в зависимости от того, как мы одеты. Да вы и сами это отлично знаете: натянув джинсы и свитерок, вы будете держаться совсем не так, как в деловом костюме. А уж если это костюм от Армани, ваше поведение в корне изменится: вы уже не просто вы, а… вы плюс костюм от Армани! И дело вовсе не в лейбле, причина в самоощущении, которое дарит нам одежда. Она защищает и унижает, выделяет и обесцвечивает, подчёркивает социальный статус и определяет принадлежность к некоей группировке. Так кого же на самом деле оценивают в первый момент знакомства? Тот образ, который создаёте вы и ваш костюм.

Лица стёрты, краски тусклы…

«…То ли люди, то ли куклы…» Марионетки живут по указке невидимого кукловода, им не нужны лица, ибо сами куклы ничего не решают. Кстати, обратите внимание на рекомендации визажистов: «С этим платьем не сочетается яркий макияж, так как акцент образа — сам костюм». Как видите, принципиальных различий с марионетками нет: пусть глаза ничего не выражают — костюм все скажет за вас. И вот уже между собой общаются не личности — контактируют костюмы. Одежда создаёт особый мир, в котором и существуем мы с вами: мир, где бал правят юбки, блузки, брюки и лейблы… Только упаси вас бог подумать, будто я призываю всех обернуться в серые хламиды, дабы общаться как личность с личностью. Так мы начнём общаться как серая мышь с серой мышью: одежда в любом случае определит наше поведение. Таков закон.

Действующие лица и исполнители

Да, одежда подчиняет себе, и она же дарит удивительные возможности: переодеваясь, мы получаем шанс измениться. Сначала в глазах окружающих, но постепенно «вторая кожа» прирастает к телу, её энергетика меняет нашу первоначальную сущность.
Самый простой пример — карнавал, где костюм позволяет участнику праздника побыть в чужой шкуре, испытать себя в новой роли. Или: мальчик, впервые надевающий пиджак, чувствует себя взрослее, чем минуту назад, — он «влезает в шкуру» взрослого мужчины, получает входной билет в большую жизнь. Выходит, костюм играет ту или иную роль — определённую обществом, историей, модой, социальным кругом. Он — играет. Мы — подыгрываем. Соответствуем.

Главное — чтобы костюмчик сидел!

Всю нашу историю можно представить как театральное действо с бесконечным переодеванием. Одни уходят за кулисы, другие показываются на сцене, но спектакль идёт без антрактов. Костюмерам некогда дух перевести. Предлагая новую одежду, модельеры меняют наши вкусы, Стиль жизни и даже пропорции человеческого тела, оптически увеличивая объёмы с помощью кринолина и турнюра, затягивая талии в корсеты. Более того, они создают костюмы для каждой нашей роли. И так же, как в театре героиня не выйдет на сцену в платье субретки или в клоунских башмаках, мы не можем перепутать костюмы наших жизненных ролей. Работая в банке, вы не явитесь на службу в джинсах, хоть и самой престижной фирмы: это уже «из другого спектакля»…
Одежда — визитная карточка: она не просто подчёркивает, а обозначает положение «костюмоносителя» в обществе. В Средние века этого достигали, прибегая к неимоверно длинным шлейфам, потому что количество материала, израсходованного на платье, было прямо пропорционально уважению к данной персоне. Теперь эту роль выполняет лейбл на галстуке.

Граф всегда прав

Недаром в армиях всего мира с незапамятных времён принята форма. Вряд ли удастся установить теперь, кто был тот гений, впервые додумавшийся, что людей проще заставить выполнять приказы, если одеть их одинаково. Как говаривал граф Аракчеев, «люблю единообразие во всем». И он прав: армию делает именно одежда, то есть униформа. Если бы все солдаты оделись по-разному, это была бы просто толпа вооружённых людей, не имеющих никакого понятия о чести мундира. Кто только не смеялся над рыцарской эпохой и громоздким снаряжением воинов! А ведь то были последние проявления индивидуализма в военном костюме. Именно рыцари придумали рукава, к которым прикреплялись длинные полоски ткани, свисающие до земли. Буфы дополняли впечатление. Впрочем, часто эти пышные, пристёгиваемые к одежде рукава были… женскими! Дама сердца дарила их своему рыцарю в знак верности. Правда, рукава могли подвести на поле боя: воины нередко запутывались в этих залогах любви, как в паутине.
Возможно, первой в истории человечества военной формой была… шаль. Да-да, сегодня в шали с бахромой кутаются дамы, а вообще-то эта одежда когда-то была исключительно мужской. И называлась она сагум. Эту накидку носили кельтские воины. «Надеть сагум» или «снять сагум» было равнозначно объявлению войны или заключению мира.

Водевиль с переодеванием

Каким будет наше завтра, как будут думать и чувствовать наши дети, лучше всех знают… модельеры. Быть может, мы не всегда это замечаем, но именно созданный законодателями моды стилистический образ определяет имидж поколения: не только внешний вид, но и идеологию, мироощущение, систему ценностей. Например, когда на подиуме появилась Твигги, хрупкая особа с плоской грудью, мир изменился. В моду вошёл новый тип женщины — вечный подросток. Твигги нельзя представить в роли жены и матери — и эти ценности отступили на второй план.
Впрочем, такое в истории бывало не раз. Когда-то, в XIX веке, властителем дум стал Джордж Байрон, поразивший общество не только своим творчеством, но и манерой поведения, стилем одежды. Мужчины одевались, подражая своему кумиру. И — о чудо! — Европу заполонили толпы Байронов: разочарованных, томных и бледных. Начав с подражания в одежде, современники, сами того не заметив, стали думать и поступать «как Байрон». Сформировался особый стиль жизни, возникла новая система приоритетов.
Место мужественных воинов, умеющих радоваться жизни и в кругу семьи, и в «прахе боевом», заняли скучающие денди, для которых ничто не представляло особой ценности: ни любовь, ни родина, ни вера. Европа не устояла перед эстетикой утомлённой иронии…

Рефлекс стада говорит: «Надо»

Вот парадокс: мода на определённую одежду, начинаясь как поиск индивидуальности, приобретает массовый характер. В игру вступает свойственный людям инстинкт подражания — на нём и держится мода. Социальная психология утверждает: каких бы высот ни достигало человечество, на некоем глубинном уровне оно остаётся всё тем же стадом. И не уйти нам из-под власти инстинкта подражания, ведь этот рефлекс — природная форма самозащиты. Но есть времена, когда социальная самозащита не слишком востребована, и наступает расцвет индивидуальности. А бывают моменты, в которые лишь стадное чувство позволяет выжить. И тогда все мы облачаемся в «камуфляж» — одинаковые брюки, юбки, блузки… В моде последних десятилетий инстинкт подражания постепенно одерживает верх над индивидуальностью. Заканчивается эпоха художников: уходят со сцены Пьер Карден, Коко Шанель, Кристиан Диор. Наступает эра унификации, к которой всегда стремится общество потребления. Если эта одежда подходит всем народам мира, то почему она не сгодится и мужчинам, и женщинам?…

Деревянные солдаты моды

Не получается ли, что мы сегодня создаём униформу для всего человечества и через каких-нибудь 100 лет мир превратится в огромную армию — одинаково одетых, одинаково думающих, марширующих в едином строю? К счастью, у нас есть возможность заглянуть в будущее: примерить новый мир. Разумеется, примерять должны не мы, а наши заместители. Манекены.
Специальные куклы существовали ещё у портных Древнего Рима. Но победное шествие манекенов началось лишь в конце XIX века: благодаря знаменитому кутюрье Чарлзу Фредерику Ворту мы обрели многочисленных неодушевлённых двойников. Модельер одевает и раздевает манекен, кутает его в ткань, ставит в центр мастерской или задвигает в тёмный угол. Согласитесь, есть сходство с колдовством вуду, в котором манипулируют с восковой фигуркой, изображающей человека. Все зависит от того, добрый или злой волшебник колдует над нашим манекеном.

Орнамент судьбы

А ведь можно обойтись и без деревянных заместителей. Есть иной способ наладить диалог с собственным платьем, ощутить себя своим в мире, сотворённом джинсами, пиджаками и юбками, стать действующим лицом спектакля. Для этого необходимо знать, как влияют на человека цвета и орнаменты, фасон и тип ткани. Обращайте внимание, как вы себя чувствуете в том или ином костюме; запоминайте, как складывался день, как относились к вам окружающие, как сами вы на них смотрели… Постепенно меняйте тип ткани и покрой, осторожно экспериментируйте с цветом и орнаментом — до тех пор, пока не почувствуете, что одежда действительно стала вашей второй кожей.

Журнал: Советы Оракула №02, февраль 2020 года (сотый номер журнала)
Рубрика: Беседка
Автор: Георгий Фесте, культуролог

Метки: одежда, костюм, социум, человек, впечатление, культура, мода, Советы Оракула, статус




Исторический сайт Багира Гуру, история, официальный архив; 2010 — . Все фото из открытых источников. Авторские права принадлежат их владельцам.