Корчной-Мароци: Шахматная партия с покойником

Материалисты и скептики считают, что продолжение интеллектуальной жизни после физической смерти тела — выдумка, игра воображения. Но одна шахматная партия, сыгранная в конце XX века, стала признанным, но необъяснимым фактом сохранения мыслительных способностей после смерти. Два великих гроссмейстера — Виктор Корчной и Геза Мароци — встретились за шахматной доской. Ничего особенного в таком поединке не было бы, если ни одно обстоятельство — к дате дебюта Геза Мароци был мёртв уже 34 года.

Фото: шахматная партия Корчной-Мароци

Гроссмейстер и медиум

В 1985 году доктор экономических наук швейцарец Вольфганг Айзенбайс, давно интересующийся исследованиями паранормальных явлений, решил организовать необычную шахматную игру — живой шахматист сражается с умершим соперником при помощи медиума. Обязательное условие — оба шахматиста должны быть игроками высочайшего класса.
С просьбой принять участие в эксперименте доктор Айзенбайс обратился к Виктору Львовичу Корчному — знаменитому советскому гроссмейстеру, эмигрировавшему в Швейцарию. Корчной ничего не имел против игры с духом покойного коллеги, хотя и отнёсся к затее с юмором и пошутил, что все гроссмейстеры ненормальны и отличаются лишь степенью своего помешательства.
Получив согласие корифея шахмат, Вольфганг Айзенбайс подобрал «проводника в потусторонний мир». Им стал его давний знакомый Роберт Ролланс — медиум, владевший в состоянии транса автоматическим письмом. Ролланс оказался особенно хорошим кандидатом, поскольку абсолютно не умел играть в шахматы и был готов участвовать в опыте на безвозмездной основе. И эксперимент стартовал.

Я пришёл сказать, что смерти нет

Айзенбайс передал Роллансу список покойных гроссмейстеров и попросил, чтобы дух, с которым медиум постоянно контактировал (Ролланс называл его Габриэль), помог отыскать в. Загробном мире шахматиста из списка; согласного на матч. Виктор Корчной, в свою очередь, заявил, что ему интересно сыграть с Хосе Раулем Капабланкой или с Паулем Пересом. 15 июня 1985 года дух Габриэль сообщил контактёру, что вызов принимает венгерский гроссмейстер Геза Мароци. Потом он добавил, что Мароци будет пытаться взаимодействовать с медиумом напрямую, без его помощи.
Венгерский гроссмейстер, математик и технолог Геза Мароци был признан одним из сильнейших шахматистов мира в первом десятилетии XX века и мог стать достойным соперником Виктору Корчному. Кандидатура Мароци была одобрена всеми участниками эксперимента.
«Я Мароци Геза, — писал дух знаменитого шахматиста рукой медиума при первом контакте. — Я приветствую вас. Я собираюсь рассказать все своим друзьям. До свидания». Габриэль объяснил, что из-за того, что Мароци отвык писать «по-земному» рукой, он быстро утомляется. Тем не менее дух гроссмейстера смог передать первый ход — d2-d4.
При следующих контактах венгерский гроссмейстер выражал озабоченность по поводу своей способности к игре — ведь он долго не практиковался, — и пояснил, почему согласился на матч. «Я буду в вашем распоряжении по двум причинам, — записал Ролланс. — Я хочу помочь человечеству, живущему на земле, убедиться, что смерть не конец всего — разум отделяется от физического тела и живёт в новом мире, в других измерениях. Я пришёл сказать, что смерти нет». Второй причиной он назвал прославление своей земной родины — Венгрии.

Серьёзная игра

Виктор Корчной, начав играть, с каждым ходом стал все серьёзней относиться к матчу. После 27-го хода он прокомментировал партию:
— Тот, с кем я играю, начал не совсем уверенно, и его игра старомодна. Но я должен признаться, что не гарантирую свою победу. Противник компенсировал недостатки дебюта сильными решениями в конце игры. В эндшпиле проявляются способности игрока, и мой загробный соперник играет очень хорошо.
За партией наблюдал ещё один человек — шахматист и директор Тихоокеанского института психоневрологии в Сиэтле, профессор кафедры неврологии и психиатрии в Университете Сент-Луиса доктор Верной Неппе.
Детально проанализировав игру, профессор сделал вывод, что «предполагаемый Мароци играл, вначале, по крайней мере, на уровне мастера, а в конце его игра соответствовала уровню гроссмейстера. Медленный и ошибочный дебют, возможно, был результатом использования Кориным новых теоретических идей, разработанных уже после смерти соперника». И добавил, что медиум Роберт Ролланс не мог достигнуть такого мастерства даже после специальной подготовки.
Виктор Кориной в описываемый период активно играл и разъезжал по всему миру. Ролланс, в свою очередь, ожидал контакта неделями, но, по его словам. «когда чувствовался специфический зуд по всему телу, дух Мароци хотел общаться». Передав или получив очередной ход, медиум отправлял его Айзенбайсу, а тот в свою очередь Корчному.

Подозрения и доказательства

Как и следовало ожидать, скептики подозревали, что Роберт Ролланс консультировался с шахматистами. Но доктор Неппе считал, что это маловероятно, так как игра была высококлассной, и её стиль соответствовал стилю Мароци. «Из-за ярко выраженных индивидуальных стилистических различий невозможно с помощью компьютера смоделировать игру, да и всего несколько из ныне живущих шахматистов играют на таком высоком уровне», — писал Неппе. Айзенбайс подчёркивал, что Ролланс и Кориной не получили за эксперимент ни гроша и у них не было мотивов для обмана.
Во время матча Айзенбайс задавал много вопросов Мароци, чтобы подтвердить его личность. 31 июля 1986 года медиум получил 38 рукописных страниц с ответами на многие заданные вопросы. Айзенбайс решил проверить ответы и связался с членом Венгерского шахматного клуба Лакло Себистеном, скрывая истинные причины своего интереса.
Историк и эксперт по шахматам Себистен согласился провести исторические изыскания для биографической книги о своём соотечественнике, которую якобы собирался писать швейцарец. Он проделал огромную работу. Кроме поисков в библиотеках и архивах, энтузиаст встретился с двоюродным братом шахматиста, а также с двумя детьми Гезы Мароци — сыном и дочерью, которым было уже за 80.
Из 92 полученных ответов исследователь смог подтвердить документально и с помощью воспоминаний родственников 85. Оставшиеся семь, возможно, были правильными, но ни одной записи или воспоминания об этих событиях не сохранилось.
Одним из самых интересных доказательств личности Мароци стал вопрос об игре 1930 года. Вольфганг Айзенбайс, обнаружив в газетных архивах хронику того матча, на спиритическом сеансе спросил Мароци об итальянце Роми. Венгерский гроссмейстер ответил, что он никогда не играл с человеком с такой фамилией, но выиграл у шахматиста с фамилией Ромих. Хотя шахматные хроники называли итальянца Роми, позже удалось найти официальный протокол матча 1930 года, в котором действительно итальянский игрок был указан как Ромих.
Игра завершилась 11 февраля 1993 года. Геза Мароци, игравший «старомодным» стилем, сдался на 47-м ходу. Мистическая партия продолжалась 7 лет и 8 месяцев. Роберт Ролланс умер через три недели после завершения игры.
В апреле 2006 года Вольфганг Айзенбайс в журнале Общества психических исследований (Великобритания) опубликовал результаты эксперимента, вызвав множество откликов в научном мире. Многие обвинили его в мошенничестве. Однако участие в эксперименте признанных авторитетов в области шахмат и психиатрии всё-таки заставило учёных ещё раз обратить внимание на необъяснимые наукой, но реальные случаи подтверждения жизни после смерти. Беспрецедентный шахматный поединок Виктора Корчного и Гезы Мароци — ещё один факт, доказывающий существование интеллекта и сознания после физической смерти тела.

Журнал: Тайны 20-го века №12, март 2012 года
Рубрика: Жизнь после смерти
Автор: Марина Уденцова

Метки: Тайны 20 века, смерть, медиум, дух, иномирье, шахматы, Корчной, Мароци



Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010 —