До недавнего времени американские и канадские разведчики так и не могли поверить в то, что Анатолий Максимов, завербованный ими в 70-х годах, был двойным агентом. Несколько лет агент Аквариус поставлял своим кураторам в Канаде дезинформацию. А когда там началась антисоветская кампания, выступил с сенсационными разоблачениями. Что привело к отставке высших чинов канадской тайной полиции и реорганизации спецслужб Канады.

Разведчик Анатолий Максимов

Анатолий Максимов: Операция Турнир - записки чернорабочего разведки

Научно-техническая разведка

В 1967 году в Канаде проходила выставка «Экспо-67». В которой принимали участие многие структуры из СССР. В частности, «Теххимимпорт» (ТХИ), в руководстве делегации был Анатолий Максимов. О котором следует рассказать подробнее, так как именно он был на остриё операции «Турнир».
Анатолий Борисович Максимов привлёк внимание спецорганов СССР ещё во время его учёбы в военно-морском училище в Ленинграде. В 1957 году, после окончания училища, Максимов был направлен в школу контрразведки в Тбилиси. Отучившись в которой был распределён в особый отдел знаменитой Сафоновской авиадивизии морской авиации. В 1959 году Максимова отзывают в Москву и предлагают перейти в Первое главное управление (ПГУ) КГБ СССР. После почти двухгодичной учёбы в разведшколе, его распределяют в 10-й отдел ПГУ — научно-техническая разведка (НТР). В то время отдел активно развивался, вскоре превратившись в целое управление. Дело в том, что в 1949 году США создало КоКом — Координационный комитет по экспортному контролю. В задачу этого органа входило контролировать строгое эмбарго на продажу в СССР изделий и прав на изобретения, которые можно было бы использовать в военной промышленности. Началась холодная война, и американцы строго следили, чтобы ничего из изобретённого в странах Запада не могло попасть в СССР, и тщательно контролировали, чтобы страны-союзники неукоснительно соблюдали эти правила. Стран-нарушителей ждали серьёзные экономические санкции. Многим западным предпринимателям это не нравилось, потому что в западных странах патенты, которыми владели частные фирмы, частенько оказывались невостребованными. А русские предлагали хорошую цену…
Сотрудники НТР в основном занимались тем, чтобы добыть информацию о новейших разработках (неважно в какой сфере, любая информация, подпадавшая под запрет КоКом, представляла интерес) или закупить через фирмы-посредники некие товары (или образцы), запрещённые для продажи русским, но представляющие интерес для советской промышленности. И одно из основных направлений было химическое. В 60-е годы химическая промышленность во всём мире переживала бурный рост. Изобретались новые методы очистки нефти, различные варианты пластмасс, в том числе и стеклопластик, обработки каучука, использовавшегося во многих областях промышленности как отличный изолятор, да и много чего ещё.
Всё это можно было купить почти легально, но КоКом бдительно следил за странами-союзниками.
Большинство сотрудников НТР имели «крышу» во внешнеторговых организациях. Анатолий Максимов, после двух лет работ в центральном аппарате, тоже получил такую «крышу». Его направили работать в подразделение Внешторга «Теххимимпорт».

Инициатива наказуема

Наиболее серьёзный интерес для НТР представляла на тот момент Япония. Которая вполне законно позволяла своим предпринимателям заниматься промышленным шпионажем. А во-вторых, тесно сотрудничала с США в области как раз химической промышленности. Именно туда отправили молодого сотрудника Внешторга Анатолия Максимова.
Сотрудники Внешторга помогали Максимову осваивать азы коммерческой деятельности, а он в свою очередь постепенно стал понимать, что предпринимательская сметка и неожиданные ходы могут помочь в выполнении непосредственных заданий по линии НТР. Так, в 1966 году он на свой страх и риск «привязал» к НТР весьма важного источника. Тот был инициативщиком и вышел на советское торгпредство с предложением продать за 2 тысячи долларов документацию по новому способу переработки нефти — платформингу. Максимов сразу понял, что инициативщик собирается сдать всего одно ноу-хау, а затем исчезнуть из поля зрения советской разведки. Но это был весьма знающий источник, и необходимо было его как-то замотивировать на продолжение сотрудничества. На свой страх и риск Максимов пообещал тому, что за каждое новое ноу-хау в нефтепереработке советское торгпредство будет платить ему в два раза выше предыдущего гонорара.
Это решение привело к тому, что инициативщик продал советской разведке ещё пару ноу-хау из нефтеперерабатывающей отрасли. Позволив сэкономить советской промышленности десятки миллионов рублей. Однако это вызвало серьёзное недовольство у тогдашнего резидента КГБ в Японии. Которому сильно не понравилась инициатива Максимова. Началось противостояние сотрудника НТР, который уже зарекомендовал себя как результативный добывальщик секретов, и резидента.
Противостояние закончилось отзывом Максимова из Японии.

Начало операции Турнир

После отзыва из Японии Максимова послали представителем ТХИ на выставку «Экспо-67», проходившую в Канаде. До сих пор достоверно неизвестно, знали ли в ЦРУ и КККП о том, что Максимов работу во Внешторге совмещает с работой в разведке. С большей долей уверенности, и по мнению самого Максимова, канадцы о его работе в Первом главном управлении КГБ СССР не знали. Но Максимов считался крупным функционером Внешторга, а значит, был обладателем информации политико-экономического характера. Его стали активно разрабатывать.
Наиболее настойчиво действовал канадский бизнесмен Джеффри Вильямс. Который настойчиво предлагал Максимову «левый» заработок. Последний неизменно отказывался, но Вильямс не отставал, о чём Максимов составил несколько рапортов непосредственному начальству. Но реакции не было, а резидент в Канаде лишь отмахнулся, заявив, что здесь ко всем советским гражданам пристальное внимание.
После окончания работы выставки Максимов вернулся в Москву, где его пригласили в управление «К» (контрразведка). А там предложили поучаствовать в игре с канадской спецслужбой. Подоплёку этого предложения Максимов узнал много позже. Дело в том, что у КГБ появился весьма ценный агент в КККП, который имел доступ к разведывательным секретам как ЦРУ, так и СИС (британская разведка). Его имя неизвестно до сих пор, но агент посоветовал советской разведке малость повысить рейтинг канадской спецслужбы. Чтобы у него имелись более серьёзные козыри для проникновения в секреты стран-союзников по НАТО. А рейтинг можно было повысить, позволив завербовать канадской спецслужбе ценного агента. Роль «предателя» было предложено сыграть Максимову. Так началась операция, которую в СССР назвали «Турнир», а в Канаде «Золотая жила».
Максимова опять направляют в Канаду, на этот раз на четыре года. Практически сразу по приезде на связь с ним выходит Вильямс. Но по правилам игры, разработанным в КГБ, Максимов должен был играть очень осторожного и, в то же время, перспективного для вербовки высокопоставленного сотрудника Внешторга. А потому сотрудники КККП и вскоре присоединившиеся к ним сотрудники ЦРУ продолжали кружить над Максимовым и его семьёй. А он ждал, когда же с ним на связь выйдет не дилетант Вильямс, а кто-то повесомее.

Гарантии

В конце концов «подход» сотрудника КККП к Максимову состоялся. Это случилось в поезде Монреаль-Оттава в 1972 году, незадолго до отбытия Максимова в СССР. Незнакомец подсел к Максимову, хотя в вагоне была масса свободных мест. А затем завёл разговор, сразу обозначив, что у попутчиков имеются общие знакомые. Незнакомец после нескольких фраз предложил Максимову остаться в Канаде и гарантировал ему безбедную жизнь. Но Максимов с гневом отвёрг предложение.
После той проверки были ещё несколько, которые специалистами с Лубянки сразу раскалывались, как проверочные. Сам Максимов позже вспоминал, что думал: из операции «Турнир» ничего не выйдет. Но аналитики КГБ оказались правы: интерес к Максимову только усилился. С одной стороны, как и было заранее разработано, он демонстрировал явное желание обогатиться. А с другой — весьма опасался попасться советским спецслужбам. Такой осторожный агент мог оказаться весьма перспективным, надо было лишь поймать его на крючок.
К 1974 году Максимов сумел создать у канадцев впечатление, что он вроде как готов предоставлять информацию, но требует гарантии собственной безопасности. В частности, документальные свидетельства того, что в случае провала ему будет предоставлено убежище в Канаде. И этими доказательствами должны были служить канадский паспорт, два номерных счёта (один в Канаде на 10 тысяч долларов, второй в Швейцарии на 60 тысяч), карточка медицинского страхования и письмо премьер-министра, в котором тот должен подписаться под тем, что данному человеку в любой точке мира будут предоставлены все права и гарантии гражданина Канады.
Это были весьма серьёзные условия, но канадцы (возможно, под давлением ЦРУ) решили продолжить работу с Максимовым, которому дали псевдоним Аквариус. На следующей встрече с перспективным агентом сотрудник КККП показал Максимову копию паспорта на имя Майкла Дзюбы, карту медстрахования, свидетельство о рождении, две квитанции о переводе средств в банки и письмо за подписью министра юстиции (он же генеральный прокурор) Канады, в котором говорилось: «Настоящее письмо гарантирует в соответствии с канадским законом об иммиграции 8(1), что Майкл Дзюба является гражданином Канады со всеми вытекающими последствиями. Одновременно канадское правительство гарантирует предоставление убежища Майклу Дзюбе в любое удобное для него время».
В обмен на это канадцы получили список возможных агентов КГБ и военной разведки, действующих на территории Канады. Этот список заранее готовился, и в него включались люди, которые, по оперативным данным, и так были на подозрении. Но то, что Максимов «сдал» своих, уверило сотрудников КККП в том, что он окончательно «на крючке».

Информационная бомба

Следующие четыре года прошли вполне плодотворно. Встречаться в СССР с канадцами Максимов наотрез отказался, а потому им приходилось ждать его выездов за границу. Ну а эти выезды организовывались тогда, когда в КГБ успевали подготовить очередную «дезу», которая выглядела достоверной. Потому что, начиная с третьей встречи, канадцы стали составлять для Максимова вопросники. Которые имели в себе скрытые ловушки. Вот и приходилось долго согласовывать, что можно «слить» на Запад, а что необходимо правдиво замотивировать.
Ещё одним плюсом во всей операции «Турнир» служило то, что по мере того, как КККП всё больше доверяла «Аквариусу», тем предметнее становились вопросы. А по ним можно было вычислить, какие именно направления в СССР наиболее серьёзно волнуют страны НАТО. Ну и попутно выяснилось, что все первые секретари посольств Канады в любой стране работают на КККП. Но игра закончилась в 1978 году.
Канада, под давлением своих союзников по НАТО, пошла на довольно рискованный шаг: объявила персонами нон-грата 13 советских дипломатов и торговых представителей. Половина из них не имела никакого отношения к разведке. Но таким образом западные страны пытались поссорить «чистых» дипломатов и «внешторговцев» с теми, кто просто пользовался их крышей. Такое уже случалось, когда Великобритания в 1971 году, в результате предательства советского разведчика Олега Лялина, выдворила из страны 105 советских граждан, многие из которых не имели отношения к разведке, но пострадали от тёмных игр разведывательного сообщества. Между различными ведомствами в СССР (МИД, Внешторг, Интурист, Аэрофлот и др., с одной стороны, и КГБ вкупе с ГРУ — с другой) начались серьёзные проблемы.
Канада в 1978 году попыталась провернуть нечто похожее. Но едва только они начали подготовку к выдворению советских граждан из страны, как в Министерстве иностранных дел Канады появился чиновник из советского посольства и прямо заявил министру, что если этот процесс не остановится, то СССР сможет дать адекватный ответ. В частности, докажет, что канадские спецслужбы нарушают собственные законы. Министр не прислушался, и 13 советских граждан были выдворены из страны. А чуть позже разорвалась настоящая информационная бомба.
В «Литературной газете» появилась статья, которая рассказывала о судьбе некоего Алексея Мартынова, которого завербовали канадские спецслужбы. Причём назывались номера канадских паспортов, номера медицинской карты и банковских счетов, указывалось, что встречи с агентом проводились на территориях не только Канады, но и Швейцарии, ФРГ, США. Также сообщалось, что КККП следит за собственными гражданами, не обращая внимания на такие формальности, как предписание суда, то бишь нарушая закон. Ну и до кучи приводился текст «гарантийного» письма министра юстиции.
Результатом этой статьи, перепечатанной многими западными изданиями, стало то, что шесть весьма перспективных сотрудников КККП были уволены с госслужбы. Сама КККП была реорганизована: в 1980 году функции внешней разведки были переданы вновь созданной структуре: Canadian Security Intelligence Service (Канадская секретная разведывательная служба). Ещё одним побочным эффектом всей этой истории явилось то, что Либеральная партия Канады, возглавляемая премьер-министром Трюдо, в 1979 году проиграла парламентские выборы. Позже аналитики с уверенностью будут утверждать, что именно провал операции «Золотая жила» и развёрнутая PR-кампания вокруг этого провала стали основным поводом того, что канадцы отдали предпочтение консерваторам.

Журнал: Война и Отечество №3, март 2018 года
Рубрика: Холодная война
Автор: Евгений Жилин

Метки: СССР, биография, Канада, Война и Отечество, разведка




Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010-