Генерал-лейтенант госбезопасности Виталий Павлов был призван в спецорганы по партийному набору после «бериевских» чисток 30-х годов и почти сразу был назначен на руководящую должность. Павлов показал себя настоящим дипломатом, сумев так организовать работу своего подразделения, что и опытные разведчики не разбежались, и он сам опыта набрался нешуточного. Именно под его непосредственным руководством проводилась знаменитая операция «Снег», которая не позволила Японии напасть на Советский Союз.

Генерал-лейтенант госбезопасности Виталий Павлов

Биография советского разведчика Виталия Павлова

Стремительная карьера

Виталий Григорьевич Павлов родился 30 сентября 1914 года в Барнауле. После окончания семилетки в 1930 году пошёл работать на Барнаульский паровозоремонтный завод, где продолжил учёбу на рабфаке. В 1933 году поступил в Сибирский автодорожный институт в Омске. Незадолго до окончания института его вызвали в партком, где кроме институтского партийного руководства сидели два человека в форме и фуражках с синими околышами. Именно они и вели беседу, вроде как ни о чем, но ненавязчиво выпытывая подробности биографии студента.

Прошла пара месяцев, Павлов защитил диплом и пришёл в ректорат за направлением на работу. И с огромным удивлением узнал, что ему предписывается явиться… в Москву. И не куда-нибудь в стройтрест, а в центральный аппарат НКВД. Стоит напомнить, что в те времена Главное управление лагерей (ГУЛАГ) занималось активным строительством самых разных объектов народного хозяйства. Так что НКВД нужны были инженеры самого разного профиля. Павлов ожидал назначения на какую-нибудь стройку в системе ГУЛАГа, но реальность оказалась совершенно неожиданной. Недавнему студенту предложили пойти на работу в центральный аппарат НКВД. Да не куда-нибудь, а в структуру внешней разведки.

Павлов согласился не раздумывая и был направлен в ШОН (Школа особого назначения, ныне Академия Службы внешней разведки). Во время учёбы в ШОН Павлов проявил талант к изучению иностранных языков. Особенно легко ему давался английский язык. Наверное, именно поэтому после окончания ШОН его направили в американский отдел внешней разведки. Сперва стажёром, через весьма короткое время оперуполномоченным, а потом он был назначен заместителем начальника 1-го отделения 5-го (американского) отдела Главного управления государственной безопасности (ГуГБ) НКВД СССР.

Это назначение оказалось полной неожиданностью для недавнего выпускника ШОН. Но главная неожиданность ожидала его чуть позже, когда Павлова привлекли к расследованию «вредительской» деятельности разведчиков, работавших за рубежом.

Внутренняя дипломатия

Лаврентий Берия, стремясь избавиться от старых («ежовских») кадров в НКВД, зашёл слишком далеко. В 1939 году даже до него дошло, что он перестарался. Во многих странах, в том числе в США, Канаде, Великобритании, Германии, фактически прекратили действовать созданные старыми кадрами резидентуры. Резко снизился поток получаемой оттуда секретной информации. Кстати, именно с тем, что большинство чекистов были отправлены в лагеря или расстреляны, образовался кадровый голод, и Берия объявил партийный призыв. В который попал и Павлов.

Но новые чекисты практически не имели опыта работы, а времена наступали тревожные. Тут самому Берии можно было опасаться, что в преддверии Второй мировой войны он сам мог оказаться врагом народа, который специально развалил спецорганы и лишил Советский Союз необходимой информации. А потому всесильный нарком резко понизил градус своих чисток. Отзываемые из-за границы резиденты теперь не отправлялись в лагеря или под расстрел, а либо увольнялись из органов (как, например, Вильям Фишер, вошедший в историю под псевдонимом Рудольф Абель), либо сильно понижались в должностях.

Павлов в своих воспоминаниях написал, что участие в комиссии по расследованию «вредительской» деятельности иностранных резидентов оставило у него мерзкое впечатление. В комиссию входили сам Берия, Всеволод Меркулов, представители ЦК КПСС, Генпрокуратуры СССР и статисты типа Павлова. Вызывались разведчики, которые уже были легендами в НКВД, и им задавались вопросы типа: «Когда вы были завербованы американской (немецкой, японской, английской, французской и пр.) разведкой?» По словам Павлова, разведчики держались спокойно и мужественно, довольно профессионально отметая все обвинения.

А затем Павлову отдали в подчинение таких зубров разведки, как Исхак Ахмеров, Василий Зарубин, Александр Коротков. И как недавнему выпускнику ШОН, ни разу не бывавшему за рубежом, руководить теми, кто успел отметиться и в вербовочной работе, и в добыче сугубо секретных сведений, и в активной разведке (спецоперациях)? Виталий Павлов посчитал, что у таких асов необходимо учиться. Но в то же время необходимо соблюдать внешнюю субординацию.

Павлов пошёл на риск: он пригласил к себе «стариков» (числившихся в его отделении стажерами) и честно изложил им свою позицию. Мол, вы намного больше моего понимаете в тонкостях разведывательной деятельности и руководить вами я не намерен. К тому же я понимаю, что подчинение вас, уже доказавших свой профессионализм, какому-то сопляку унизительно. Но в то же время отдел должен работать хорошо, что невозможно без полной самоотдачи. И если мы покажем хороший результат, то все изменится.

«Старики» действительно были обижены тем, что их подчинили какому-то сопляку. Но откровенность Павлова им понравилась. Ведь их новый начальник действительно сильно рисковал: дойди этот разговор до кого-то из ближайших подручных Берии, не сносить парню головы. Вот и решили «старики» поддержать «сопляка». А потому 5-й отдел ГуГБ НКВД заработал довольно успешно. В отличие от многих других отделов, где новоявленные начальники пытались доказать «старикам», что они тоже не лыком шиты. И частенько садились в лужу: ведь ни опыта, ни знания реальной ситуации в стране, по которой они работали, у них не было. А советов подчинённых слушать они не хотели.

«Старики» и «сопляки»

Летом 1940 года Павлов, в то время занимавший уже должность заместителя начальника всего 5-го отдела (ориентирован на работу не только по США, но и по обоим американским континентам), был приглашён на совещание к начальнику внешней разведки Павлу Фитину. Речь шла об обстановке на Дальнем Востоке. После военных столкновений на Халхин-Голе и возле озера Хасан в советском руководстве окончательно поняли, что Япония представляет серьёзную угрозу восточным границам СССР и перед советской разведкой были поставлены новые задачи: обезопасить восточные границы СССР.

Вроде как можно удивиться: при чём здесь Дальний Восток и США с Латинской Америкой, которые курировал Павлов. Но ведь именно Соединённые Штаты составляли главную конкуренцию экспансии Японии в тихоокеанском регионе. Во время первого же заседания Павлов решительно потребовал включить в состав участников заседаний «стажёров» своего отдела Исхака Ахмерова и Василия Зарубина. Мотивировав своё требование тем, что оба «стажёра» успели поработать как на Востоке, так и в США.

Павел Фитин, как мы уже писали, тоже был из разряда молодых да ранних. Будучи призван в органы НКВД в 1938 году, всего через полтора года он возглавил Иностранный отдел (ИНО) НКВД. И тоже понимал, что его опыта маловато для серьёзной работы. А потому согласился на предложение Павлова: Зарубин и Ахмеров были включены в состав участников заседаний по Дальнему Востоку.

В то время, 1940 год, говорить о возможности войны с Германией считалось опасным. Сталин верил в то, что интересы Гитлера целиком направлены на западные страны и что пакт о ненападении он не нарушит.

Однако в среде опытных разведчиков бытовало иное мнение: они были уверены, что Германия готовится к войне именно на Востоке. То есть с СССР. А если Япония поддержит немцев (они же союзники!) и тоже вторгнется в пределы Советского Союза, то стране будет очень трудно воевать на два фронта. Вот и приняли разведчики секретное решение готовиться именно к войне с Тройственным союзом (Германия, Италия, Япония). Во что не верили, или не хотели верить, в Кремле.

В такой ситуации привлечение к обсуждению кардинальных мер опальных разведчиков было слишком рискованным. Но Фитин и Павлов в первую очередь думали о деле, а не о том, что подумают в Кремле. Да к тому же Иностранный отдел ЧК-ГПУ-НКВД всегда был этаким независимым органом в системе спецорганов. Что, кстати, сильно не нравилось Берии. Наверное, именно с этим и были связаны серьёзные чистки в советской разведке, но, как мы уже писали выше, к тому времени даже всесильный нарком понял, что без серьёзной разведывательной работы СССР будет постоянно отставать в системе международных отношений, и старался не вмешиваться в деятельность ИНО.

Подчинённые Павлова, Ахмеров и Зарубин, ознакомившись с последними сообщениями из Японии, Китая, США, сделали единодушный вывод: в случае нападения Германии на Советский Союз Япония с большей долей вероятности тоже вступит в войну. Но как этого избежать? Выход предложил Ахмеров.

— Необходимо, чтобы американцы схлестнулись с японцами, — заявил он. Тогда Япония просто физически не сможет напасть на Советский Союз, им хватит проблем у себя под боком.

— И как этого добиться? — заинтересовался Фитин. Насколько я знаю, конгресс и сенат США яростно против активных боевых действий и ратует за нейтралитет.

Это действительно было так. Несмотря на то, что президент США Франклин Рузвельт ещё в 1933 году (сразу после избрания президентом) первым из мировых лидеров осудил фашизм, он старался не вступать в конфликты с осью «Берлин-Рим» (Япония присоединилась к антикоминтерновскому пакту в 1936 году). В частности, во время итало-эфиопского конфликта (1935 год) и гражданской войны в Испании (1936—1939 годы) противники фашистов не могли закупать оружие в Америке, так как Рузвельт твёрдо соблюдал нейтралитет.

После того как Германия начала свою победную поступь по Европе в 1939 году, Рузвельт понял, что переборщил с нейтралитетом. К тому же развитие именно военной промышленности позволило дать работу сотням тысячам безработных, ставших таковыми во время Великой депрессии (экономический кризис в США с 1929 по 1933 год). Америка стала продавать оружие Великобритании, а после нападения Германии на СССР открыла беспроцентный кредит в миллиард долларов для закупки вооружения, техники, продовольствия и медикаментов для СССР (знаменитый ленд-лиз). Но пока США строго соблюдали нейтралитет. И именно «стажёр» Ахмеров, подчинённый Павлова, предложил выход.

Самая важная операция

Во время моей командировки в Вашингтон мы уже сумели немного поколебать общественное мнение американцев, — продолжил свою мысль Ахмеров, это же с нашей подачи был предан гласности «меморандум Танаки».

Фитин думал недолго, вскоре он дал приказ на разработку необходимых мер по вовлечению США в войну. Так началась операция «Снег», которая закончилась в декабре 1941 года нападением японцев на Пёрл-Харбор и вступлением США в войну. Японцы, которые обещали немцам вступить в войну сразу после взятия фашистами Москвы, действительно отвлеклись на американцев, не помышляя о нападении на СССР. Что позволило отозвать с Дальнего Востока несколько дивизий, ставших главным козырем в битве за Москву. Сам Павлов в своих воспоминаниях называет ту операцию самой главной в своей жизни и работе.

Тщательная проработка операции позволила советской разведке сразу после нападения Германии на СССР предложить в Кремле свой вариант безопасности восточных границ страны. Аналитическую справку, которую подготовили в Москве, одному из главных участников тех событий заместителю министра финансов США Гарри Уайту передал лично Виталий Павлов, приехавший в США под видом туриста. Это был его первый выезд за рубеж, увенчавшийся полным успехом. В 1942 году Павлова направляют заместителем резидента советской разведки в Канаде.

В 1945 году начальник шифровального отдела посольства СССР в Канаде Игорь Гузенко явился в спецслужбу Канады, передав им более сотни секретных документов из резидентуры советской разведки. Это предательство повлекло за собой аресты нескольких десятков агентов советской разведки и объявлению персонами нон грата нескольких советских дипломатов. В их число попал и Павлов.

После высылки из Канады Виталий Григорьевич продолжал работать в американском отделе Первого главного управления. Именно при его участии в США отправился знаменитый Рудольф Абель (Вильям Фишер). В Латинскую Америку отправились Африка де Лас Эрос и её «муж» Джованни Бертони. А после того, как Павлов возглавил Управление «С» (нелегальная разведка), на него замыкались все тайные операции внешней разведки СССР. С1971 по 1973 год Павлов возглавлял Краснознамённый институт КГБ СССР. Затем опять — командировки и работа в качестве старшего консультанта при председателе КГБ. В 1987 году Виталий Павлов вышел в отставку по возрасту. На пенсии написал несколько книг о работе советских разведчиков. Умер Виталий Григорьевич в 2005 году, в канун 60-летия Победы.

Знаете ли вы что…

Меморандум генерала Гинти Танаки был подан им императору Японии в 1927 году. В этом документе излагались тезисы, которые вошли в основу внешнеполитической деятельности Японии в 30-х и 40-х годах. Меморандум намечал очередность захватнических действий: ключом к установлению японского господства в Восточной Азии должно быть завоевание Китая, а для этого предварительно необходимо овладеть Маньчжурией и Монголией. Затем Япония должна использовать этот регион как базу для проникновения в Китай. Ну а потом захват Дальнего Востока и война с Соединёнными Штатами.

Журнал: Война и Отечество №9, сентябрь 2018 года
Рубрика: Тайны спецслужб
Автор: Александр Жербин





Telegram-канал Багира Гуру

Метки: СССР, биография, война, Вторая мировая война, Япония, Война и Отечество, разведка, НКВД, дипломатия, КГБ, Павлова, Фитин


Исторический сайт Багира Гуру; 2010-2022