Последние любовники Екатерины Великой

Среди двадцати с лишним любовников Екатерины II люди встречались разные. Были персонажи на одну ночь, но были и те, кто находился рядом с государыней годами и кого связывали с ней глубокие отношения. Не обязательно только интимные. Как минимум в четырёх случаях дело могло кончится браком…

Последние любовники Екатерины Великой
Надо понимать, что, как и любой человек, Екатерина менялась с годами. На престол она вступила в цветущем 33-летнем возрасте, имея за спиной отнюдь не феерический опыт любовных похождений. Если не считать законного мужа, интимные отношения её связывали только с двумя признанными красавцами — аристократом Сергеем Салтыковом и секретарём британского посла поляком Юзефом Понятовским. В общем, учитывая шальные времена и весёлые нравы выглядела она почти монашкой.

Был ли тайный брак с Потёмкиным?

На престол Екатерина взошла благодаря гвардейцам. Здесь следует выделить одного из их неформальных вожаков, Григория Орлова.
Ему она была верна в течение первых 10 лет своего правления и родила от него внебрачного сына графа Алексея Бобринского (1762-1813). Периодически даже возникали слухи об их намерении сочетаться тайным браком — по образцу того, которым императрица Елизавета вроде бы сочеталась со своим фаворитом Алексеем Разумовским. Но на такой рискованный шаг Екатерина все же не решилась. Ведь, в отличие от Елизаветы, она не являлась дочерью Петра Великого. Более того, в России ворчали, что на престоле сидит вообще не Романова по крови, а какая-то непонятная немка. С такой хилой легитимностью выбирать себе в мужья дворянина из захудалого рода было слишком рискованно.
Ещё в 1762 году, в дни дворцового переворота, у неё возникло нечто вроде флирта с гвардейцем Григорием Потёмкиным. Орлов с братьями Потёмкина отлупили, что, вероятно, и привело к потере им глаза. Однако с горизонта императрицы он не исчез, продолжая делать успешную военную карьеру.
В 1772 году, во время отсутствия Орлова, который вёл с турками переговоры о мире, императрица обратила внимание на рослого гвардейца Александра Васильчикова, который вскоре получил золотую табакерку «за содержание караулов». Но он был человеком малообразованным, а потому казался государыне скучным. Ей обязательно хотелось, чтобы тонкий проницательный ум сочетался с могучим красивым телом.
Такое идеальное сочетание она и нашла в Потёмкине. Их связь началась в 1774 году под занавес Турецкой войны, с которой Потёмкин вернулся георгиевским кавалером. Трудно сказать, что было сначала — сближение и полученный им чин генерал-поручика или сначала чин, а потом интимная близость.
Факт, что Григорий Орлов получил отставку и вскоре вступил в брак с 18-летней Катенькой Зиновьевой. Екатерина осыпала молодую подарками, что «вызвало при дворе маленькую сенсацию».
Императрица явно не ревновала, поскольку сама наслаждалась романом с Потёмкиным. При дворе даже пошли слухи, что она всё же сочеталась с ним законным браком. В Екатерининском дворце в Царском Селе Потёмкину отвели так называемые флигель-адъютантские апартаменты на первом этаже, а на втором находились покои самой императрица. Таким образом, они по сути жили в одном доме, как и подобает супругам.
Потёмкин осваивал Новороссию, строил Черноморский флот и вообще занимался государственными делами, так что «особые» покои были ему не очень нужны — только как знак особого положения. Но как прагматик он понимал значение символов и нервничал, когда кто-то претендовал на его апартаменты.
Екатерина, как женщина умная, выход нашла очень логичный. Заявив, что больше не желает ютиться в «двух дрянных комнатах», государыня поручила архитектору Фельтену (автору решётки Летнего сада) построить для неё в Царском Селе особый флигель.
Находившиеся на втором этаже покои императрицы включали Купольный и Китайский залы, Серебряный и Зеркальный кабинеты. Опочивальню и Туалетную, Синий кабинет (Табакерку), Рафаэлевскую комнату.
Первый этаж отводился для фаворитов. И первым его обитателем в апреле 1780 года стал Александр Ланской. Императрица как раз перешагнула 50-летний рубеж. Но, как полагали современники, этот 22-летний юноша был едва ли не единственным, кто любил её по-настоящему — не как императрицу, а как женщину.
Продвинул его в фавориты сам Потёмкин. Он же занялся его образованием, так что через пару месяцев простоватый парень заблистал остроумием и изысканными манерами.
В политику Александр Дмитриевич не лез, если не считать удачного сглаживания трений между Екатериной и наследником Павлом Петровичем. Приезжавшие в Россию в период его фавора австрийские император Иосиф II, принц Фридрих Вильгельм Прусский, шведский король Густав III пытались привлечь Ланского на свою сторону, но он не поддавался.
Такого покладистого фаворита любили все, кроме доктора Вейкарта и директора Петербургской академии наук Екатерины Дашковой. Вейкарт злился, что Ланской предпочёл взять другого лечащего врача — Григория Соболевского. Дашкова же, видимо, просто завидовала.
Не отличаясь крепким здоровьем, Ланской во время конной прогулки в Царском Селе упал с лошади и сильно разбил себе грудь. Считается, что следствием падения стала болезнь, от которой он и скончался 25 июня 1784 года. Рядом с местом, где произошло несчастье, государыня приказала заложить церковь Казанской Божьей Матери: в ней прах фаворита и перезахоронили. На июль-август Екатерина Царское Село покинула, что само по себе было событием из ряда вон выходящим.
Доктор Вейкарт утверждал, что фаворит свёл себя в могилу, принимая афрозодиаки, типа пресловутой «испанской мушки».

Месть обманутой женщины

Потёмкин тоже скорбел по Ланскому, поскольку следующий фаворит Александр Ермолов вообразил о себе слишком много, вздумав покровительствовать рассорившемуся со «светлейшим» бывшему крымскому хану Сахиб-Гирею.
Князь Ермолова сковырнул, представив императрице 28-летнего Александра Матвеевича Дмитриева-Мамонова. Всё срослось, как планировалось. За второе полугодие 1786 года новый фаворит скакнул из капитан-поручиков гвардии в генерал-майоры и в знак признательности прислал Потёмкину чайник с надписью на латыни: «Ближе по сердцу, чем по крови».
В Царском Селе ему отвели бывший флигель Ланского, а в Зимнем дворце — отдельные апартаменты. Фавор Дмитриева-Мамонова продолжался три года. За это время он даже стал немного заниматься политикой, следуя, впрочем, в русле потёмкинских указаний. Звёздным его часом была поездка с Екатериной по южным губерниям России, где «светлейший» выступал в роли радушного хозяина (1787 год).
В ходе вояжа фаворит общался с двумя монархами — австрийским императором Иосифом II и бывшим любовником государыни Станиславом Понятовским, ставшим королём Польши. Тогда же он встречался и с уроженцем Венесуэлы Франсиско Мирандой, который спустя годы дал первый толчок к отпадению
латиноамериканских колоний от Испании. Венесуэлец тоже метил в екатерининские фавориты, но Потёмкин сумел выжить его из России. Дмитриев-Мамонов к тому времени соперников уже не боялся, поскольку сам закрутил роман с красавицей фрейлиной Дарьей Щербатовой и был бы не прочь получить отставку от постели государыни. Но она своей милости всё никак его не лишала.
По одной версии, влюблённые пали государыне в ноги, и она великодушна благословила их брак. По другой, «настучали» некие недоброжелатели фаворита. Императрица вроде бы сама помогала наряжаться Щербатовой к свадьбе и, не удержавшись, уколола её булавкой.
Более того, поговаривали, что по её приказу некие полицейские служители проникли к молодожёнам в дом и на глазах скрученного Дмитриева-Мамонова сначала высекли, а потом надругались над его супругой.
Здесь, конечно, злопыхатели перегнули, но очевидно, что измена любовника потрясла Екатерину. Свадебный подарок жениху был на удивление скромным — всего 2250 душ крестьян и 100 тысяч рублей, причём на следующий же день после бракосочетания молодым приказали убраться из Петербурга. Содействовавшая их роману фрейлина Мария Шкурина вскоре вообще оказалась в монастыре, хотя вроде бы из-за несчастной любви и по собственной воле.
Дмитриев-Мамонов за время фавора, не считая земельных пожалований, только в виде «окладов» за сине-курные должности получал по 500 тысяч рублей в год и, конечно, не нищенствовал. Но уже через год после свадьбы начал писать жалобные письма с просьбой разрешить ему вернуться ко двору. Екатерина II отказала.
Павел I, помня, что фаворит всегда относился к нему с почтением, взойдя на престол, произвёл его в графы, хотя ко двору тоже не вызвал. Скончался Александр Матвеевич в 1803 году, а его род пресёкся через 60 лет со смертью объявленного «душевнобольным» единственного сына Матвея.

Случай Зубова

Последовали ещё два-три мимолётных романа, пока в июле 1789 года не началась эра последнего из екатерининских фаворитов Платона Зубова. Он был на 38 лет младше своей любовницы и считался креатурой графа Николая Салтыкова — главного воспитателя внуков Екатерины.
Естественно, в период фавора все перед ним заискивали, но за глаза и постфактум практически никто из современников не отзывался о Платоне Александровиче хорошо, наверное, потому, что ситуация выглядела слишком уж очевидной: 22-летний жиголо и перешагнувшая 60-летний рубеж матрона.
Но Екатерина II смотрела на него глазами влюблённой женщины и ласково называла «Чернявым» и «резвущим». Новому фавориту выделили в Екатерининском дворце флигель, ранеё занимаемый Ланским и Дмитриевым-Мамоновым и который с тех пор стали называть «Зубовским».
Потёмкина это поначалу не беспокоило, тем более что в его окружение входил брат фаворита Валериан, который превосходил Платона красотой, да ещё был хорошим военным.
В крайнем случае, «светлейший» планировал разжечь между братьями соперничество за благосклонность императрицы. Однако прибывший в 1790 году в Петербург с рапортом о новых победах Валериан нашёл с Платоном общий язык и не пытался занять его место (хотя короткий роман с императрицей, вероятно, имел место).
Понимая, что ситуация выходит из-под контроля, Потёмкин по завершении войны с Турцией, отправился в Петербург, «рвать зуб», но по дороге скончался. Подозревали отравление и, разумеется, грешили на Зубова.
Платон Александрович искренне стремился стать новым Потёмкиным, хотя способностей у него было маловато. Как писал другой бывший фаворит Екатерины Пётр Завадовский, вполне успешно руководивший делами просвещения: «из всех сил мучит себя над бумагами, не имея ни беглого ума, ни пространных способностей, коими одними двигать бы можно широкое бремя… Прилежен довольно и понятен, но без опытности посредственные дарования лишены успеха, чем медления в рассуждении дел приносит, чему, однако ж, никак не внемлет».
Если другие фавориты хотя какие-то средства тратили на благотворительность, образование или культуру, то Платон Александрович грёб исключительно под себя.
Поляки считали, что его активность во внешнеполитических делах привела к ликвидации Речи Посполитой, и впоследствии, когда Зубов путешествовал по Европе, норовили вызвать его на дуэль. Но он от дуэлей уклонялся.
Екатерину раздражали любовные романы «резвуши», но она с ними мирилась. Более того, поговаривали, что с её отмашки он ухаживал за женой великого князя Александра Павловича (будущего Александра I) Елизаветой Алексеевной, которая никак не могла порадовать императрицу внуком.
Именно Зубов продвигал идею брака внучки императрицы Александры с королём Швеции Густавом IV. Свадьба сорвалась в последний момент, из-за нежелания жениха разрешить потенциальной супруге не переходить в лютеранство. Для императрицы это стало «тяжёлым ударом, и 17 ноября 1796 года она скончалась.
Новость о том, что императрица умирает, наследнику престола в Гатчину доставил брат фаворита Николай. Платон Александрович с Павлом I в бытность того наследником престола обращался грубо и теперь готовился к самому худшему. Император его успокоил: «Друг матери моей будет всегда и моим другом».
К делам управления Зубовых не допускали, но преследованиям не повергали. «В благодарность» и Платон и Николай участвовали в убийстве Павла I в Михайловском замке.
При Александре I, уловив новомодные либеральные тенденции, Платон Александрович ратовал за введение конституции и даже составил проект отмены крепостного права. Поняв, что всерьёз это никому не нужно, вздохнул с облегчением и жил в своё удовольствие в имении под Вильной.
За год до кончины (19 апреля 1822 года) он воспылал страстью к 19-летней дочке шляхтича Текле Валентинович. Стать любовницей за солидную сумму гордая полячка отказалась, но под венец с ним пошла, предварительно получив в качестве свадебного подарка миллион рублей.

Журнал: Загадки истории №11, март 2020 года
Рубрика: Историческое расследование
Автор: Владислав Фирсов

Метки: Екатерина II, эпоха Романовых, Загадки истории, Россия, императрица, брак, любовь, любовник, Орлова, Потёмкин, интим, Ланской, Зубов





Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010 —