Жизнь и быт монархов

Во все времена народ любопытствовал: а как же ведут себя сильные мира сего в домашней обстановке? Наверняка их быт не похож на быт простых людей не только в материальном, так сказать, смысле, и у государей есть какие-то тайны, которые они не спешат предать огласке. Однако симпатичные мелочи из жизни венценосцев как будто делают их ближе к своим подданным. Вот, например, королева Нидерландов Вилыельмина (1880-1962) увлекалась живописью, греческий король Отгон (1815-1867) обожал слушать куранты, коньком бельгийского короля Леопольда II (1835-1909) была архитектура… Так сказать, ничто человеческое им не чуждо — даже… получение наказаний.

Фото: жизнь и быт монархов, интересные факты

«Ваше высочество, вы наказаны!»

Вроде бы не так и давно ушло от нас то время, когда розга была положена во главу угла педагогической науки. В конце XIX века физическое «внушение» приходилось испытывать и юным представителям венценосных семейств, причём они относились к порке с пониманием, а иногда и с юмором! Так, будучи ещё мальчиком, германский император Вильгельм II (1859-1941) отпустил забавное замечание по поводу телесного наказания, которому подвёргся его младший брат Генрих. Принц сильно напроказил, за что воспитательница без церемоний высекла его по всем правилам «искусства». Экзекуция сопровождалась комментариями: «Верьте, ваше высочество, мне так же больно прибегать к такому наказанию, как вам переносить его».
«И в том же месте больно?» — поинтересовался Вильгельм, присутствовавший при этой сцене.

«А для вас я король!»

Испанского короля Альфонса XIII де Бурбона (1886-1941) наказывали довольно мягко, но, по-видимому, более жестоко для него, чем розги. Мальчик рос необычайно пылким, не выносившим никакого насилия, но его поведение иногда оказывалось до того возмутительным, что юному королю нельзя было этого спускать. И вот самой ужасной карой для Альфонса стало… заточение в тёмную комнату. Когда его впервые-посадили в темницу», венценосный проказник буквально обезумел: повалился на пол, стал кидаться на двери, на стены, стучать в них ногами и кулаками. Истощив все свои силы в демонстрации этих знаков протеста, король завопил: «Да здравствует республика!». Волей-неволей пришлось его освободить.
Случилось, что в раннем детстве Альфонс сильно захворал. Врачи колебались, не решаясь делати благоприятные прогнозы. Положение было опасное, созвали совет министров, чтоб принять решение на случай печального исхода, который поднимал вопрос о престолонаследии. Перед самым заседанием один из министров зашёл навестить больного малютку. Взяв его пылающую от жара ручку, проникнутый жалостью чиновник произнёс: — Porbe Alfonsito!» (Бедный Альфонсик!). Больной тут же выдернул ладошку из рук министра, гордо выпрямился и сказал: «Я Альфонсик только для своей мамы, а для вас я король!».

Сознание собственной исключительности

Сознание своего исключительного положения часто проявлялось у детей-венценосцев с самого раннего возраста. Так было, например, с юной голландской королевой Вильгельминой. Однажды шестилетняя королева постучалась в двери покоев своей матери. На вопрос «Кто там?» девочка ответила: «Голландская королева!» Двери, разумеется, сразу же распахнулись. Вильгельмина вбежала в комнату, бросилась к матери и воскликнула: «Мамочка, это я! Я пришла поцеловать тебя!».
Наказывали маленькую королеву своеобразно — её всего-навсего… раньше укладывали спать. Вильгельмину, правда, это приводило в крайнее отчаяние. «Как! — кричала она. — Меня, королеву Голландии, заставляют ложиться спать в семь часов! Ни за что! Никогда! Лучше я откажусь от трона моих предков!» Но не проходило и пяти минут, как она уже засыпала сладким сном. Имел место и более забавный случай. Юная Вильгельмина, узнав, что в зале, около которого она проходила, идёт заседание совета министров, внезапно открыла дверь, вошла туда и направилась прямо к министру-президенту.
«Господин министр, — сказала она ему, — я вижу, что на марках меня все ещё изображают маленькой девочкой, между тем как мне уже 12 лет, и я не такая, какой была тогда. Потрудитесь, пожалуйста, распорядиться, чтоб мой портрет на марках переделали».
По голландскому придворному этикету маленькой королеве не полагается иметь сверстниц-подруг. Вильгельмина была обречена на печальное одиночество среди обширного «штата» кукол. Случалось, что, рассердившись на одну из игрушек, девочка грозила ей пальцем и внушительно говорила: «Ты смотри у меня! Я тебя сделаю принцессой, и тогда тебе плохо придётся. У тебя не будет ни одной подруги, да ещё, кроме того, тебя будут заставлять каждый день ездить по городу, всем кланяться и улыбаться, посылать поцелуи ручкой!».

«Аккуратность — вежливость королей»

Предельно аккуратными можно считать английского короля Эдуарда VIII (1894-1972) и германского императора Вильгельма II. Английский венценосец каждый вечер распределял буквально по минутам весь грядущий день и не терпел отступлений от расписания. Властитель Германской империи проявлял суровость, строгость и аккуратность во всём, что было связано с военной жизнью, но весьма снисходительно смотрел на то, что касалось быта. Так, одно время все изумлялись терпимости Вильгельма по отношению к его непунктуальному парикмахеру. Он, как правило, опаздывал не менее чем на 15-20 минут, задерживая императора и нарушая его распорядок дня. Однако брадобрей был настоящим мастером своего дела и этим очень радовал Вильгельма. Желая указать парикмахеру-виртуозу на его необязательность, а заодно наградить за художественное рвение, император подарил умельцу превосходные золотые часы, при этом намекнув, что они очень точные и если поглядывать на циферблат, то с опозданиями будет покончено. Мастер внял внушению и на кое-то время исправился, но позже снова взялся за старое. В очередной раз прождав своего работника более чем полчаса. Вильгельм спросил у него, когда тот появился: «Где часы, которые я тебе подарил?». Горемыка достал презент и отдал императору.
«Я вижу, что ошибся. Эти часы ничего не стоят, раз не помогают тебе быть аккуратным. Я их оставлю у себя, а тебе дам вот эти, которые ходят нисколько не хуже прежних!», — произнёс император и протянул парикмахеру простые никелевые часы стоимостью в 10 марок.

Королевские причуды

Говорят, что английский король ежедневно получал около 200 писем, а император Вильгельм — 500. Эдуард прочитывал все и набрасывал ответы, а секретарь короля уже «доводил дело до ума». Вильгельм же обожал отвечать на письма собственноручно. Истинный любитель переписки, он ежедневно отправлял послания на 16-18 страницах, чем очень радовал своих подданных. Изначально император писал пером, но почерк его был крайне неразборчив. Позже Вильгельм превосходно выучился печатать на машинке со скоростью до полусотни слов в минуту, что, естественно, увеличило исходящий от него поток писем.
Эдуард очень заботился о своём здоровье, поэтому при его особе состоял целый штат врачей: пять терапевтов, пять хирургов, дантист, окулист, аптекарь. Короля в путешествиях обычно сопровождал санитар Лекинг.
Английский властитель был донельзя разборчив и строг в одежде. Его гардероб — чистый образец изящества и вкуса. Однажды, заметив дивно сшитый костюм на одном приезжем актёре, Эдуард пригласил его к себе, чтоб получше рассмотреть одежду и расспросить о портном, сшившем это произведение искусства.
Вильгельм же гражданскому костюму предпочитал военное обмундирование.
Ещё одна черта характера германского императора — крайняя бережливость. Он самостоятельно руководил экономическим устройством своего «хозяйства». Во дворце была строго определена стоимость продовольствия для всего придворного штата: завтрак — две марки, обед — восемь марок. Английский король, напротив, был в этом смысле расточителен. Его повар-француз получал сорок тысяч франков жалования. Он имел свою квартиру вне дворца и приходил на службу ненадолго — всего на пару часов, чтоб только контролировать работу в гастрономическом святилище. А вот бельгийский король Леопольд I (1790-1865), не в пример своему английскому коллеге, был порядочно скуп, хоть и богат. Обладая большим состоянием, венценосец всё время мечтал вдвое или втрое приумножить его. Леопольд неохотно тратил деньги на искусство, музыку, театр, да и не любил таких развлечений. А во время своих путешествий он сильно разочаровывал обходительных служащих гостиниц — чаевые, оставляемые королём Бельгии, не превышали чаевых, получаемых от обычных постояльцев.

Журнал: Тайны 20-го века №51, декабрь 2010 года
Рубрика: Неизвестное об известном
Автор: Екатерина Голубева, Вячеслав Шпаковский





Исторический сайт Багира, история, официальный архив; 2010 —