Танк Т-28: «Сухопутные линкоры» Иосифа Сталина

Впервые эти бронированные чудовища были показаны широкой публике 1 мая 1933 года, когда 20 машин величественно вползли на брусчатку Красной площади во время военного парада. Огромные 7-метровые стальные машины поразили воображение не только советских граждан, но и многочисленных иностранных наблюдателей, олицетворяя собой всю мощь советской промышленности. Так мир узнал о среднем танке прорыва — Т-28.

Фото: танк Т-28 — интересные факты

Тяжёлые танки Т-28 в боях на линии Маннергейма.

Бронированный колосс

Т-28 действительно поражал воображение. И прежде всего размерами. Судите сами — более 7 метров в длину, почти 3 метра в ширину и 2,65 метра в высоту по крышу башни.
Однако не размеры были главным достоинством этих машин. Прежде всего они отличались тем, что делает танк танком, а именно — бронированием. 30 мм брони во лбу корпуса, 20 мм — лоб башни, по 15-20 мм брони с бортов и кормы. По тем временам это было довольно серьёзное бронирование, учитывая, что противотанковая артиллерия в 30-х годах была представлена орудиями калибра не выше 37-мм. Для таких пушек Т-28 был крепким орешком.
Под стать бронированию и размерам было и вооружение танка, расположенное в трёх (!) башнях! Да, это сейчас мы привыкли к классической схеме однобашенного танка, но в те времена, когда конструкторская мысль ещё не пришла к такому решению, инженеры всех стран пытались найти наиболее оптимальную схему расположения вооружения, которая позволила бы резко повысить эффективность танков при прорывах укреплённых линий обороны.
И вот под руководством конструктора С.А. Гинзбурга было выработано решение разместить вооружение танка в трёх башнях, наподобие того, как размещаются орудия на кораблях. Кстати, именно поэтому танки Т-28 и называют «сухопутными линкорами». Впрочем, три башни — это ещё не предел. В тяжёлом танке Т-35 было пять (!) башен.
В основной башне располагалось главное вооружение танка — 76-мм танковая пушка образца 1927/32 годов (КТ), которая специально разрабатывалась для танков Т-28 и Т-35. По тем временам это было довольно мощное танковое орудие, ведь большинство отечественных и зарубежных машин вооружалось куда как скромнее, максимум пушками калибра 45-мм, а то и 20 — или 37-мм.
Выбор такого калибра орудия был не случаен. Т-28 недаром назывался средним танком прорыва. Они входили в состав отдельных тяжёлых танковых бригад (ТТБ), которые с 1936 года составляли резерв Главного командования. Предполагалось, что ТТБ будут использовать на участках, где предполагалось прорывать укреплённые линии обороны противника. И 76-мм орудие танка должно было подавлять вражеские огневые точки, разрушать доты и дзоты. Две малые башни, вооружённые танковыми пулемётами Дегтярёва (ДП), по замыслу конструкторов, должны были вести огонь в широком секторе впереди танка, чтобы подавить пехоту противника.
С 1933 по 1939 год танки Т-28 стали неизменными участниками не только парадов, но и всех возможных военных манёвров Красной Армии. И, как правило, их участие всегда оценивалось очень высоко. Но пришла война, и Т-28 получили первое боевое крещение.

Лес танку не товарищ

Территория Карельского перешейка, где предстояло действовать танкистам, отличалась крайне сложным рельефом. Крупные лесные массивы допускали движение танков только по дорогам и просекам. Все крупные реки и озера имели либо болотистые, либо очень крутые скальные берега, что затрудняло строительство переправ. Болота не замерзали практически всю зиму. Все это очень сильно снижало одно из главных тактических преимуществ танка — его манёвренность.
Движение по узким просекам требовало от механиков-водителей большого мастерства. Достаточно сказать, что значительная часть танков Т-28 получила повреждения не в боях с врагом, а на марше. Добавьте к этому 30-40-градусный мороз и глубокий, более метра, снежный покров, и выл поймёте, что управлять многотонной машиной в таких условиях было занятием крайне непростым.
А вот противотанковые заграждения линии Маннергейма, к удивлению самих финнов, оказались на деле куда как менее серьёзными препятствиями, чем те, что сотворила природа. В основном для борьбы с танками финны применяли надолбы, рвы и эскарпы, лесные завалы и минные поля.
Надолбы были трёх типов — каменные, железобетонные и металлические. Каменные создавались из отесанного гранита и имели размеры 60 на 200 см. При установке они заглублялись в почву на 60-100 см. Иногда надолбы создавались из обычных валунов, диаметром около метра. Наши танкисты быстро научились преодолевать такие препятствия, достаточно было 3-4 выстрелов из 45-мм орудия лёгкого — танка БТ, и надолба разрушалась до основания. А особо умелые мехводы могли даже провести танк прямо , по вершинам надолб.
Железобетонные надолбы в виде трёхгранной пирамиды с основанием 60-80 см и высотой 80-100 см чаще всего устанавливались на дорогах. Однако прочность их была невелика, танкисты просто разбивали их ударами лома. Ещё меньшей эффективностью отличались металлические надолбы, представлявшие собой зарытые в землю куски железнодорожных рельсов высотой 100-110 см.
Таким образом, вопреки ожиданиям финнов, противотанковые заграждения оказались не так уж эффективны.

Первые успехи

Первые дни боёв на линии Маннергейма оказались довольно успешны. Танковые батальоны легко взламывали оборону противника и рассеивали вражескую пехоту, практически не встречая сопротивления.
Так, например, 2-я танковая рота 95-го танкового батальона, которой командовал лейтенант Хохлов, получила задачу оказать поддержку 68-му стрелковому полку в районе населённого пункта Корвала. Поскольку дороги были минированы, лейтенант повёл свою роту лесом. Для многотонных машин деревья не были препятствием: легко ломая стволы елей и сосен, танки быстро продвигались вперёд и к вечеру вышли в район Корвалы. Обнаружив на одной из высот нашу пехоту, прижатую огнём противника, Хохлов повёл свои Т-28 в атаку на врага, заставив финнов ретироваться, и, тем самым, спас стрелковый батальон, попавший в ловушку.
В дальнейшем, наткнувшись на упорную оборону противника, танковая рота решила исход сражения. 76-мм орудия с лёгкость разнесли дзоты финнов, подавили огонь обороняющихся, после чего в атаку пошла советская пехота.
В этих, казалось бы, успешных боях вскрылось, однако, несколько серьёзных проблем. Самым неприятным открытием было то, что пехота не идёт в , атаку под огнём противника без танков, даже если её поддерживает артиллерия всех калибров. Зачастую танкистам под прикрытием огня своих танков самим приходилось разбивать противотанковые надолбы, уничтожать вражеские огневые точки, а затем возвращаться за пехотой, чтобы провести её вперёд. Сказывалось отсутствие взаимодействия между танковыми и пехотными частями. Пехотинцы просто не знали, как и что надо делать, чтобы обеспечить движение стальным махинам.

Где ты, пехота?

Первые серьёзные потери Т-28 понесли, когда войска вышли к главной полосе обороны линии Маннергейма. Так, в бою 13 декабря вблизи населённого пункта Конгаспелто два Т-28 в составе танкового взвода под командованием Груздева были подбиты артиллерийским огнём финских дотов. Третий танк того же взвода подорвался на мине, потерял ход и позже был расстрелян артиллерией противника.
17 декабря, не зная, что перед ними располагаются основные укрепления знаменитой линии Маннергейма, командование 138-й стрелковой дивизии при поддержке 91-го танкового батальона без артподготовки кинуло свои части в бой. Результаты были трагическими. Сразу после того, как советская пехота поднялась в атаку, противник ответил шквальным артиллерийско-пулемётно-миномётным огнём. Бойцы 138-й дивизии не имели опыта взаимодействия с танками, поэтому финнам сразу же удалось отсечь их. Хотя танки Т-28 сумели прорваться за линию противотанковых заграждений, их встретил сильный артиллерийский огонь. В результате, оставшись без поддержки пехоты, батальону пришлось отойти назад, понеся крупные потери. Таким образом, в результате отсутствия взаимодействия между танками и пехотой действия Т-28 оказались крайне неэффективными. Противник легко поражал их в борта и корму противотанковой артиллерией, а финская пехота закидывав ла машины бутылками с горючей смесью.
Из доклада командира 20-й танковой бригады: «После боя 17 декабря 91-й танковый батальон небоеспособен. Убито 7 человек, ранено 22, в три числе и командир батальона майор Дроздов, пропало без вести 16, в том числе и комиссар батальона Дубов-ский. Из 21 танка Т-28, высланного в атаку, прибыло на сборный пункт 5 машин, 2 сданы на СПАМ (сборный пункт аварийных машин, — прим. ред.). Остальная матчасть требует ремонта, что и производится. 4 машины сгорели на поле боя, 1 перевернулась вверх гусеницами в противотанковом рву, 1 неизвестно где. При атаке уничтожено: ПТО — до 5 шт., ДОТ — до 3 шт. Ввиду того, что пехота не пошла и осталась за надолбами, которые севернее высоты 65,5 в 500 м, этот район нашими поисками не занят».

Победный февраль 1940-го

После тщательного анализа ошибок первых месяцев войны подход к использованию танков коренным образом изменился. Теперь вопросу взаимодействия танков и пехоты уделялось самое пристальное внимание. Основной задачей Т-28 стало действие в составе блокировочных (или штурмовых) групп, в задачу которых входило уничтожение дотов противника. Группа состояла из трёх пушечных и двух огнемётных танков, взвода сапёров, роты пехоты при 2-3 станковых пулемётах и 1-2 полевых орудиях.
Каждый из участников группы выполнял свою задачу. Пушечные танки вели огонь по амбразурам дотов и траншеям противника, с целью подавить огонь финнов и обеспечить подход огнемётных танков. Огнемётные танки подходили практически вплотную к дотам и заливали амбразуры зажигательной смесью, что приводило к пожару внутри укрепления. В это время сапёры подтаскивали взрывчатку для подрыва дота, а пехота прикрывала их от атак противника.
Интересно, что по мере того, как штурмовые группы выполняли свои задачи, создавались новые тактические приёмы. Например, наши пехотинцы закатывали рукава маскхалатов, чтобы танкисты отличали их от противника. А части, которые ближе всех подбирались к финским укреплениям, устанавливали синие флажки, давая понять, что впереди своих нет. Таким образом, танки Т-28 сыграли решающую роль при прорыве финских укреплений. Примечательно, что из 482 потерянных Т-28 в ходе боёв было восстановлено и вернулось в строй 386 танков, то есть свыше 80%. Такой высокий процент восстановленных машин объясняется отличной работой ремонтно-эвакуационной службы бригады, хорошим снабжением запчастями и близостью Кировского завода — , производителя Т-28. Р Можно уверенно сказать, что применение Т-28 в Зимней войне показало, что при условии грамотного использования и хорошего снабжения запчастями эти танки являются мощной, надёжной и ремонтопригодной машиной, несмотря на сложные климатические условия, артобстрелы и минные поля. Однако был сделан вывод о недостаточной защищённости танков Т-28, что послужило поводом к разработке схемы установки на танки дополнительного бронирования.
Но, как бы ни был хорош Т-28, Зимняя война стала его лебединой песней. Всего через год ему на смену придут KB и Т-34.

Журнал: Историческая правда №7, июль 2019 года
Рубрика: Сухопутные линкоры Иосифа Сталина
Автор: Евгений Павлов





Исторический сайт Багира, история, официальный архив; 2010 —