Танки на четырёх гусеницах

Креативные способности человеческого ума — одна из совершенно очевидных загадок, причём до сих пор неразгаданная. Ну почему одни люди — творцы, тогда как другие создать что-либо совсем не способны? Впрочем, в истории техники не раз бывало так, что далеко не всякое «творчество» оказывалось к месту, хотя само по себе и выглядело очень привлекательно…

Фото: танки на четырёх гусеницах, интересные факты

Первый четырёхгусеничник от фирмы «Даймлер»

Известная своими автомобилями германская фирма «Даймлер» в годы Первой мировой войны решила создать первую броневую машину повышенной проходимости, для чего предложила на своих грузовиках вместо задних колёс устанавливать гусеницы. Идея показалась хорошей, и уже в 1915 году военным министерством был выдан заказ на постройку подобной машины для подобных нужд. Для повышения проходимости «Мариенваген» — такое название получила эта боевая машина — был поставлен сразу на четыре гусеницы: две спереди и две сзади. Однако попытка водрузить на это довольно-таки хлипкое по конструкции шасси массивный коробчатый корпус из 9-мм броневой стали успехом не увенчалась. Башни «Мариенваген» также не имел, поэтому «танком» его можно называть с натяжкой, но вот то, что он был самым первым среди четырёхгусеничников — несомненно!

Английский «Летающий слон»

Затем идея четырёхгусеничного танка овладела умами англичан. Дело в том, что танки в начале своего появления на свет воспринимались очень многими не как совершенно новое боевое средство сухопутных войск, а как… своего рода неплавающие корабли, из-за чего многие и называли их «сухопутным флотом». А раз так, рассуждали они, то в танковых войсках, так же как и на флоте, должны быть и своего рода лидеры танковых «флотилий» — более крупные и тяжёлые танки, нежели все остальные, и к тому же неуязвимые для артиллерийского огня.
Вот такой «лидер флотилии», только в сухопутном варианте, и понадобился англичанам в 1915 году, когда они уже полным ходом создавали свои первые танки. Поскольку все они имели только противопульную броню, английские конструкторы посчитали необходимым защитить «линкор» бронёй толщиной не меньше чем в два дюйма, а все пушки и пулемёты расположить не по бортам, как на предыдущих моделях, а в носу и корме. Причём гусеницы спереди должны были защищаться подвешенными на петлях броневыми листами, а сам этот танк решили поставить не на две, а сразу на четыре гусеницы.
Машина в соответствии с проектом получилась огромной: порядка десяти метров длиной. Вес — приблизительно 100 тонн! В движение её должны были приводить два двигателя «Даймлер» совокупной мощностью всего 210 л.с. Так что на высокую скорость рассчитывать не приходилось.
«Летающий слон» по своему внешнему виду напоминал массивный бронированный вагон на гусеницах с бронёй, рассчитанной на защиту от немецкого 77-мм полевого орудия. Вооружение состояло из 57-мм пушки спереди и шести пулемётов, создающих вокруг танка сплошную зону огня. «Летающий слон — испытали и почти сразу же отправили в металлолом, справедливо рассудив, что подвижность защищает лучше, чем любая броня!

Американский Т-28 (Т-95)

Третьими, кто решил замахнуться на четырёхгусеничный танк, стали американцы.
В 1943 году в США была запущена программа по созданию тяжёлых боевых машин, способных прорвать любую оборону типа немецкого «Западного вала — или «Линии Зигфрида». Вооружить машину решили очень мощным орудием 105-мм, однако расположили его на этом «танке — опять-таки не в башне, а в корпусе между гусеницами, да ещё и прикрыли его 305-мм бронёй, как на хорошо бронированном крейсере, а то и на линкоре! В этом качестве машина была переквалифицирована в самоходную пушку и получила индекс Т-95.
Вес её в боевом положении оказался слишком уж велик — 86 тонн, поэтому, с тем чтобы понизить удельное давление на грунт, было решено разместить на этой машине сразу четыре гусеницы, причём попарно — то есть по одной паре на каждый её борт! При этом внешние гусеницы вместе с прикреплёнными к ним бортовыми 100-мм экранами из брони могли сниматься и буксироваться позади на тросе. К тому же снятые гусеницы существенно уменьшали ширину машины — с 4,56 до 3,15 м, что было очень важно для облегчения транспортировки этого монстра по железной дороге.
Но война кончилась, было изготовлено всего лишь две машины, да и те использовались только для испытаний. Интересно, что одна из двух этих необычных САУ дожила до наших дней и сейчас её можно увидеть в музее Пат-она в Форт-Ноксе, в штате Кентукки.

Советский «атомный танк» — «объект 279»

В середине 50-х годов прошлого века в СССР в металле был воплощён наш отечественный проект четырёхгусеничника, получивший в обиходе название «атомный танк», поскольку предназначался для атомной войны, при официальном обозначении «объект 279». Разработан он был в КБ Котина в Ленинграде под руководством инженера Л.С. Троянова и представлял собой поистине уникальную машину, не имевшую аналогов. При массе в 60 тонн этот танк имел литую башню, а корпус его собирался и сваривался из четырёх литых блоков брони! Толщина её была беспрецедентной для всех советских танков, как до него, так и после и составляла 305 мм. При таком бронировании ни корпус, ни башня не пробивались отечественными бронебойными снарядами при обстреле с любых расстояний и под любым углом!
Вооружён танк был 130-мм нарезным орудием М-65, что опять-таки делало его сильнейшим по вооружению среди всех прочих боевых машин той эпохи! Но самой оригинальной была его ходовая часть. В ней конструкторы применили четырёхгусеничный движитель, расположенный таким образом, что посадка на грунт или на препятствие у этого танка при движении практически исключалась.
Так что ленинградским конструкторам, в общем-то, удалось то, что не удавалось другим, а именно — создать четырехгусеничный танк с исключительно мощной бронёй и орудием, расположенным в башне кругового вращения. Первый опытный образец был изготовлен на Кировском заводе в 1959 году, а ещё два в 1960 году. Однако серийно этот танк не выпускался. Почему? А дело все в том, что он оказался очень сложным и трудоёмким в ремонте и обслуживании. Ну как, скажите на милость, можно было бы после боя произвести ремонт тех гусениц, что расположены под самым днищем? Ведь если наружные можно было легко осмотреть и, если надо, то что-то в них исправить, до гусениц внутренних добраться было практически невозможно. А уж их ремонт и вовсе потребовал бы заранее вырытой ремонтной ямы, сделать которую в полевых условиях можно было бы далеко не всегда. К счастью, и этот танк в металлолом не попал, а экспонируется сегодня в музее бронетанковой техники в подмосковной Кубинке.
По мнению редакции, «объект 279» не стали выпускать по каким-то другим причинам. Во-первых, недоступность внутренних гусениц для ремонта в полевых условиях можно оценить ещё по чертежам. Во-вторых, о каком ремонте может идти речь после атомного удара? Танк либо «жив» и продолжает действовать как боевая единица, либо — превращается в оплавленный кусок стали.

Журнал: Тайны 20-го века №25, июнь 2010 года
Рубрика: История военной техники
Автор: Вячеслав Шпаковский






Исторический сайт Багира, история, официальный архив; 2010 —