Побег из концентрационного лагеря Маутхаузен - история выживших

Проектировщики концентрационного лагеря смерти «Маутхаузен» были уверены в том, что ускользнуть из каменной крепости невозможно. Но в феврале 1945 года заключённым удалось совершить массовый побег и вырваться на свободу.

Массовый побег из концлагеря Маутхаузен

Побег из концентрационного лагеря Маутхаузен - история выживших

Рабский труд

Концентрационный лагерь «Маутхаузен» проектировался и строился с немецкой основательностью. Место для «фабрики смерти» выбрали недалеко от австрийского города Маутхаузен, крупного транспортного узла.
Предполагалось, что заключённые будут добывать столь необходимый стране гранит на местных каменоломнях. Лагерь задумывался как большое государственное предприятие с использованием дешёвого рабского труда.
В 1937 году каменоломни были выкуплены частной компанией, которая финансировалась крупнейшими германскими банками, а также Фондом Рейнхарда (средства в который поступали из конфискованного у евреев имущества) и Немецким Красным Крестом.
Строительство обошлось в сорок миллионов рейхсмарок, из них восемь миллионов поступило от Красного Креста. Так появился государственный объект, управлявшийся частной компанией, которой владел известный предприниматель Освальд Поль.
Среди других его обязанностей была инспекция всей системы концлагерей на территории «Великой Германии». Эту обязанность герр Поль выполнял неукоснительно, регулярно посещал их и своими рекомендациями старался максимально улучшить деятельность лагерей на пользу рейху.
В августе 1938 года в Маутхаузен прибыли первые партии заключённых, которые приступили к строительству грандиозного комплекса.
Это были, в основном, этнические немцы — уголовные преступники, получившие срок за особо тяжкие преступления. Нацистские бонзы полагали, что работа перекует преступивших закон. Они вернутся в общество честными людьми и будут трудиться и воевать во славу рейха.
Немецкие заключённые построили бараки, а также помещения для гарнизона концлагеря — офицеров и солдат. К их услугам возвели столовые, душевые и спортивную площадку. По периметру лагеря выросли сторожевые вышки, где должны были располагаться эсэсовцы с пулемётами. Путь узникам к свободе перекрывали ряды колючей проволоки под током и высокая стена.
Концлагерь Маутхаузен изначально планировался для долговременной эксплуатации. Это была грандиозная каменная крепость. Освальд Поль любил повторять:
— Вырваться из неё можно только через трубу в виде пепла!

Право умереть

По мере захвата Германией других европейских стран в концлагерь начали прибывать заключённые сорока различных национальностей. После нападения Германии на Советский Союз лагерь регулярно пополнялся советскими военнопленными.
За семь лет существования Маутхаузен принял более трёхсот тысяч узников. Сто двадцать три тысячи были казнены. Когда солдаты американской армии освободили лагерь в 1945 году, там находилось шестьдесят тысяч человек.
Лагерь Маутхаузен был своеобразным административным центром, где прибывающих узников сортировали и направляли в расположенные неподалёку филиалы.
Для уничтожения больных и неспособных к тяжёлой работе узников были построены газовые камеры и крематорий, печи которого дымили днём и ночью.
Вновь прибывших встречал рослый эсесовец Фриц Нагель, который произносил одну и ту же фразу:
— Вы прибыли в государственный концентрационный лагерь, а это значит, что вы не в трудовом лагере, а в лагере уничтожения. Каждое нарушение правил, а также попытка побега караются расстрелом. С этого дня пор вы — не люди, а номера. Все ваши права вы оставили за воротами. Здесь у вас имеется только одно право — право умереть!
После этого узникам вручали бирки с их номерами и загоняли в бараки стандартного размера — семь на пятьдесят метров. В каждом бараке размещалось почти полторы тысячи узников. Нары отсутствовали, а потому люди размещались вповалку на голой земле. Охранники отбирали у них одежду, оставляя только рубаху и брюки.
Рано утром заключённых колоннами гнали в каменоломню. Там каждый должен был спуститься вниз, выбрать камень и тащить его вверх по лестнице, состоявшей из ста восьмидесяти шести ступеней, вырубленных в глинистой почве.
Охранники следили, чтобы камень был увесистый (не меньше пятидесяти килограмм). Если узник выбирал более лёгкий груз, то он тут же получал пулю в затылок.
На лестнице не имелось площадок, так что несчастные не имели шанса остановиться и отдохнуть. Они двигались сплошным живым ковром по пять человек вряд.

Стена плача

Случалось, что обессиленный непосильной ношей терял сознание и ронял камень. Тот катился вниз, нанося травмы нижним узникам. К виновному немедленно подскакивал охранник и расстреливал того на месте. Такой конец считался лёгким.
Гораздо страшнее была медленная смерть у стены пыток (узники называли её «Стеной плача»).
В стену были вделаны цепи, на которые узников подвешивали за руки, вывернутые за спиной. В таком состоянии их могли держать по двое суток. Цепей часто не хватало, и провинившиеся стояли и ждали своей очереди на наказание.
После такой экзекуции выживали единицы. Подавляющее большинство умирало уже через несколько часов страшных мучений. Трупы доставляли в крематорий и сжигали.
Имелась в лагере и ещё одна стена, которую фашисты издевательски называли «Стеной парашютистов». Она представляла собой отвесную скалу высотой в пятьдесят метров. С неё солдаты сс издевательски сбрасывали вниз заключённых. Их количество исчислялось сотнями.
Некоторые узники, неспособные более выносить нечеловеческие условия содержания, постоянное психологическое давление и чудовищные унижения, сами бросались вниз с обрыва, разбиваясь о камни.
Но самым страшным местом в лагере считался двадцатый блок. Сами заключённые называли его «блоком смерти». Он был огражден дополнительной стеной и тремя рядами колючей проволоки под напряжением.
Туда направляли советских военнопленных. Двадцатый блок был лагерем внутри лагеря и отличался особым зверством охранников. Достаточно сказать, что узникам не выдавали мисок и ложек. Скудную пищу охранники кидали прямо на землю и, посмеиваясь, наблюдали, как несчастные жадно собирали еду и запихивали её в рот.

Цена свободы

Двадцатый блок использовался также для тренировки вновь нанятых охранников из числа местного австрийского населения. Инструкторы обучали их врываться в толпу людей и забивать их палками до смерти. Также отрабатывали приёмы убийства людей голыми руками. Особо популярным приёмом было сворачивание головы и удушение особым борцовским приёмом под названием «стальной замок».
В таких нечеловеческих условиях у заключённых созрела идея побега.
группа советских офицеров-лётчиков начала планировать операцию. Подполковник Николай Власов выступил перед обитателями своего барака и сказал: «— Товарищи! Фронт уже близко, фашизм в ближайшие месяцы будет разгромлен. Рискнуть стоит, потому что долго продержаться в нечеловеческих условиях просто невозможно. Совершенно ясно, что нацисты уничтожат нас всех. Однако если мы решимся на побег, у кого-то появится шанс добраться до своих и добить фашистскую гидру в её логове!
С аналогичными словами обратились к узникам своих бараков офицеры Александр Исупов и Кирилл Чубченков. Предатель выдал их фашистам, и офицеры были расстреляны, но их место заняли другие смельчаки.
В морозную ночь с 2 на 3 февраля 1945 года большая группа узников, используя загодя заготовленные камни, палки, доски, стальную арматуру и барачные огнетушители, организованно напала на охранников, убила часть из них и завладела их оружием.
Другая группа заключённых в это же время намочила одеяла и сумела закоротить ими проволоку, находившуюся под напряжением.
Фашисты открыли огонь по беглецам с вышек и сумели положить сотню заключённых, но триста узников вырвались за периметр лагеря через снесённые мощным напором ворота и скрылись в лесу.
На беглецов устроили настоящую охоту, в которой особая роль отводилась эсэсовцам с овчарками. На призыв найти беглецов откликнулись и жители города Маутхаузен. Они получили оружие и отличались особым рвением и жестокостью.
В результате операции уйти от погони и чудом добраться до своих удалось лишь двум десяткам узников.

Гитлер капут!

Справедливости ради стоит отметить, что среди местных жителей нашлись и те, кто прятал беглецов. Женщина с библейским именем Мария, чьи двое сыновей воевали в рядах вермахта, не смогла отказать в помощи двум измождённым русским мужчинам. Она сочла, что Бог услышит её молитвы и вернёт сыновей живыми, если она поможет несчастным узникам.
Три месяца она прятала Михаила Рыбчинского и Николая Цемкало, рискуя своей жизнью. Дважды дом Марии Лангталер обыскивали эсэсовцы. Но она не выдала пленников.
После войны они навещали Марию и называли её мамой.
Об этой истории написана книга, множество статей. Президент Австрии удостоил Марию высокой награды.
Тех же заключённых лагеря смерти, которые не участвовали в побеге, 5 мая 1945 года ждал неожиданный сюрприз: на территорию Маутхаузена вошли колонна американских танков, и молодцеватый офицер громко крикнул:
— Гитлер капут!
Этот день открыл ворота страшного лагеря для узников. Многие из них впоследствии отмечали 5 мая как второй день рождения.
Некоторые из заключённых, не дожидаясь команды на выход из лагеря, начали разбегаться, но вокруг лагеря бродили озлобленные эсэсовцы, которые вели огонь по беглецам.
7 мая американцы построили заключённых в организованные колонны и под своей охраной начали выводить их из лагеря. Те, кто не мог идти, оставались в бараках, им оказывалась медицинская помощь, затем их вывозили в госпитали.
Покидая лагерь смерти, заключённые оборачивались и застывали на миг, пытаясь сохранить в памяти страшную картину: колючую проволоку, пропитанные запахом смерти бараки и закопченную трубу крематория.
Они снова обрели имена и фамилии, которые пришли на смену ненавистным номерам…

Журнал: Тайны 20-го века №40, октябрь 2020 года
Рубрика: Эхо войны
Автор: Владимир Барсов

Метки: Тайны 20 века, Вторая мировая война, плен, концлагерь, побег, февраль, 1945, Маутхаузен





Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010 —