Харитон Лаптев — исследователь севера Сибири

Рейтинг: 5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Известность к Харитону Прокофьевичу Лаптеву пришла лишь в XIX веке. Сто лет спустя после того как он описал огромный полуостров Таймыр, протянувшийся на север от междуречья Лены и Енисея. До его экспедиции о Таймыре в России практически ничего не знали, и лишь Лаптев впервые установил размеры полуострова, описал его рельеф, особенности природных условий и населявших те земли народностей. Работа, которую Харитон Лаптев проделал в экстремальных условиях дикой природы Заполярья, была столь объёмной, что некоторые сомневались в том, что его отряд действительно достиг северной оконечности Азии.

Харитон Лаптев — исследователь севера Сибири

На морской службе

Родился Харитон Лаптев в 1700 году в маленькой деревеньке Пекарево, близ Пскова, в старинной дворянской семье, которая вела свой род от некого Варфоломея Глебова по прозвищу Лапоть. Начальное образование маленький Харитон получил при Троицкой церкви под наблюдением священнослужителей. В 1715 году он поступил в Морскую академию в Санкт-Петербурге. Закончив трёхлетний курс обучения, Харитон был принят на флот в чине гардемарина. Целая череда лет прошла за изучением морского ремесла, при этом Харитон Прокофьевич не чурался самой трудной работы. Весной 1726 года его произвели в мичманы. Именно в этом чине он в 1734 году на фрегате «Митау» принял участие в военных действиях против польских повстанцев — сторонников зажиточного магната Станислава Лещинского, уроженца Львова, провозглашенного его сторонниками королём Речи Посполитой.
В ходе боевых операций русского флота под Данцигом «Митау» послали на разведку. Во время операции фрегат обманом захватили французы, буквально за пару дней до этого выступившие на стороне Лещинского. Вернувшись из плена, Лаптев и другие офицеры фрегата узнали, что приговорены к смертной казни за сдачу корабля без боя. Лишь после долгих разбирательств, включая проведение дополнительного расследования, экипаж «Митау» был оправдан. Мичман Харитон Лаптев, признанный невиновным наряду с остальными офицерами корабля, вернулся на флот для прохождения дальнейшей службы.
Летом 1736 года Лаптев участвовал в очередном боевом походе Балтийского флота, по завершении которого его командировали на Дон, где он должен был отыскать подходящее место для строительства новых судов. На следующий год бывалого уже моряка произвели в лейтенанты и назначили командовать придворной яхтой «Лекроне». Однако, узнав о наборе офицеров, желающих принять участие в Великой Северной экспедиции, он подал соответствующее прошение. Спокойная служба при дворе, похоже, привлекала Харитона Прокофье-вича куда меньше, чем полная лишений судьба полярного исследователя. По рассмотрении прошения, в конце декабря 1737 года Лаптева назначили командиром отряда очередного похода Северной экспедиции — целью был Таймыр.

Исследования Таймыра

Вообще-то русские землепроходцы впервые попали на Таймыр по крайней мере уже в начале XVII века. Остатки их зимовья близ залива Симса на восточном берегу полуострова были обнаружены экспедицией на советском гидрографическом судне «Норд» зимой 1940/41 г. Также были обнаружены останки людей и предметы того времени — пищаль, медный котёл, монеты царя Михаила Фёдоровича и нож с надписью на старославянском языке. Дальнейшее изучение находок позволило прийти к выводу, что около 1618 года русские мореходы сумели обогнуть полуостров и морским путём попали в море Лаптевых. В 1692 году в Амстердаме была издана книга голландского политика и картографа Николааса Витсена «Северная и Восточная Тартария», в которой сообщалось, что за несколько лет до этого из Туруханска вниз по Енисею «вышли в море 60 человек», чтобы оттуда направиться к Лене, обогнув «Ледяной мыс». Назад никто не вернулся, но Вит-сену было известно, что поход возглавлял Иван по прозвищу Толстое Ухо, сын видного русского дворянина. В вахтенном журнале бота «Оби-Почтальон», плававшего у берегов Таймыра в 1738 году, имелась запись о сообщении некого Паренаго. Якобы тот нашёл на берегу крест, который, судя по имевшейся на нём надписи, в 1687 году поставил мангазейский человек Иван Толстоухов. Наконец, в 1736 году, уже во время Великой Северной экспедиции, некоторая часть восточного побережья Таймыра была обследована отрядом Василия Прончищева.
Теперь из Петербурга Харитон Прокофьевич выехал вместе со своим двоюродным братом Дмитрием Яковлевичем Лаптевым, уже успевшим побывать в междуречье Лены и Енисея. В Казани Лаптевы приняли такелаж для кораблей, в Иркутске же — деньги, провиант и подарки для аборигенов Сибири. Харитон, будучи весьма дальновидным человеком, убедил иркутскую канцелярию приготовить на всякий случай участникам экспедиции на побережье собак и оленей. Кроме того, в устья рек Таймы-ры, Хатанги и Анабара были отправлены команды, чтобы заготовить рыбу и построить жилища на случай зимовки экспедиции в тех местах.
В конце мая 1739 года участники экспедиции собрались в Якутске. Харитону Лаптеву явно повезло с помощниками — ими стали опытный полярный исследователь Семён Иванович Челюскин и геодезист Никифор Чекин. На небольшом судне «Якутск» они 5 июня двинулись вниз по Лене, а 21 июля вышли в море. Двигаясь в западном направлении, Лаптев дошёл до Хатангского залива, где его остановили сильные северные ветры, нагнавшие много льда. Когда погода улучшилась, «Якутск» двинулся на север мимо сначала высоких и скалистых, а потом низких берегов Таймыра, но через некоторое время путь преградили теперь уже неподвижные льды. Пришлось вернуться в низовья Хатанги и зазимовать там.
В своём отряде Харитон Прокофьевич на манер коренных народов Севера практиковал питание строганиной из мороженой рыбы, благодаря чему во время зимовки у него никто не болел цингой. Он также решил использовать зимнее время для изучения внутренних районов огромного полуострова. Боцман Медведев и геодезист Чекин на собачьих упряжках несколько раз пересекли Таймыр в направлении восток — запад. Исследователям удалось описать озеро Таймыр — самый крупный северный водоём — и доказать, что река Таймыра впадает в Карское море. Лаптев убедился, что при наличии собак надёжнее всего делать опись берегов полуострова сухим путём зимой, но всё же решил снова попытать счастья на море и прорваться через льды к устью Енисея.
В конце лета 1740 года, как только позволила ледовая обстановка, участники экспедиции на «Якутске» двинулись на север вдоль таймырских берегов, но спустя всего несколько дней судно попало в дрейфующие льды и было раздавлено. Экипаж выгрузил все запасы на льдину, а затем перебрался на берег. Две недели полярники вели переброску провианта и имущества, но всё спасти не удалось — льдину относило и относило дальше от побережья. И тогда Лаптев принял единственно верное решение — возвращаться к месту прежней зимовки.
Экспедиция вернулась на Хатангу, где соединилась с группой Челюскина. С приходом зимы Харитон Лаптев для описи берегов Таймыра разбил свой отряд на три партии; руководили ими сам Лаптев, а также Челюскин и Чекин. Передвигались исследователи на санных упряжках. В дороге Лаптева поразила снежная слепота, но мужественный моряк, едва оправившись от болезни, сделал ценные съёмки островов, лежащих у берегов Таймыра, по сути — открыл их как географ.

Возвращение в Петербург

В Санкт-Петербург Харитон Прокофьевич вернулся в 1743 году, привезя с собой большую карту полуострова Таймыр и «Записки лейтенанта Харитона Лаптева», в которых поведал о нравах и обычаях местного населения. Это был ценный географический и этнографический материал, собранный первым исследователем Таймыра. Годом раньше в столицу приехал Челюскин, которому суждено было ещё долго оставаться простым штурманом, пока он не получил первый офицерский чин — мичмана. Харитон
Лаптев и вовсе остался совсем без наград.
Вновь потянулись годы морской службы на Балтийском флоте. Лишь в начале 1746 года ему приказали явиться в Адмиралтейств-коллегию, где к тому времени решили составить генеральную карту сибирских и камчатских берегов. Помимо исследователя Таймыра туда были вызваны и другие уцелевшие участники Великой Северной экспедиции: капитаны Алексей Чириков, Дмитрий Лаптев, Степан Малыгин, лейтенанты Дмитрий Овцын, Софрон Хитрово, Иван Елагин. В стенах Морской академии исследователи Заполярья на большой итоговой карте изображали «свои» районы северных и восточных берегов Российской империи, вспоминали пережитое, мечтали о новых походах, которые бы позволили уточнить то, что оставалось невыясненным, а под конец поставили под картой свои подписи и разъехались по кораблям.
В 1752 году Харитон Лаптев наконец-то получил чин капитана. Ему ещё довелось принять участие в Семилетней войне с Пруссией. В 1762 году стареющий мореход из-за пошатнувшегося здоровья вышел в отставку, после чего уехал в своё родовое поместье. Там, к сожалению, его жизнь была омрачена тяжбой с богатым соседом, который захватил принадлежавшие Лаптеву земли, пока тот плавал и занимался научной работой. Всего через год Харитон Прокофьевич скончался.

Журнал: Тайны 20-го века №22, май 2020 года
Рубрика: Первопроходцы
Автор: Андрей Чинаев

Метки: биография, путешествие, Тайны 20 века, карта, Сибирь, экспедиция, полуостров, север, Лаптев, Лена, Енисей, Таймыр, Якутск, Челюскин




Исторический сайт Багира Гуру, история, официальный архив; 2010 — . Все фото из открытых источников. Авторские права принадлежат их владельцам.