В 1969 году в советский кинопрокат вышло немало замечательных фильмов, которые до сих пор любимы многими, среди них можно вспомнить, например, «Красную палатку» с целой плеядой замечательных актёрских работ, включая аж Шона Коннери — лучшего Джеймса Бонда всех времён, или «Опасные гастроли» с песнями Владимира Высоцкого. Но 28 апреля на экраны страны вышел фильм, который стал поистине легендарным на долгие десятилетия. В тот год комедию «Бриллиантовая рука» режиссёра Леонида Гайдая посмотрело рекордное количество зрителей — 76 миллионов 700 тысяч человек.

Как снимали фильм Бриллиантовая рука

Бриллиантовая рука - интересные факты о фильме Леонида Гайдая

После того как Леонид Гайдай добился невероятного успеха с великолепной лентой «Кавказская пленница» (60 миллионов зрителей), он очень хотел запуститься с экранизацией романа Ильфа и Петрова «12 стульев», но, как оказалось, другой именитый советский режиссёр Михаил Швейцер уже вовсю работает над второй частью похождений Остапа Бендера, снимая Сергея Юрского в фильме «Золотой телёнок». Поэтому высокое киноначальство Союза завернуло планы Гайдая, заявив, что, мол, давайте дождёмся, что выйдет из этой экранизации Ильфа и Петрова, а потом уже посмотрим по обстановке. Гайдаю пришлось принять эти условия, но и простаивать без работы он вовсе не собирался. Он хотел подтвердить успех «Кавказской пленницы» ещё большим триумфом.

И как раз в этот момент его давние соратники Морис Слободский и Яков Костюковскии, прочитав небольшую заметку в журнале про заграничные нравы, решили выжать из этого сюжета все возможное. Вкратце история выглядела так: некий контрабандист решил перевезти через итало-швейцарскую границу в гипсе драгоценности и в результате попался. Вот так в начале весны 1967 года на киностудию «Мосфильм» была подана заявка, а затем был заключён договор на написание сценария.

Начало славных дел

Сюжет сценария был таким: самый обыкновенный советский человек бухгалтер Семён Семёныч Павлик (впоследствии Тимошкин, а в результате — Горбунков) отправляется в заграничное турне, там попадает в сети контрабандной мафии, но злоумышленники всё путают и прячут в гипсе, наложенном на руку советского гражданина, золото и бриллианты.

После этого Слободский и Костюковскии засели за написание сценария будущего шедевра. Чуть позже к ним присоединился Леонид Гайдай. Так как от своей коронной троицы — Балбес, Трус и Бывалый — Гайдай решил окончательно отказаться (хотя, надо заметить, Юрий Никулин на страницах печати призывал режиссёра дать любимой народом троице ещё один шанс), режиссёр своего решения менять не стал: в фильме должна была участвовать троица №2 — Граф, Механик и Малыш. Впоследствии от загадочного Малыша решили отказаться.

С первого февральского дня авторский коллектив начал активную работу по переговорам с многочисленными актёрами, которых планировалось задействовать в будущем шедевре. Единственным исполнителем, участие которого в фильме даже не обсуждалось, был Юрий Никулин. В видении Гайдая Семена Семёновича Горбункова мог сыграть только он (и, кстати, вся роль писалась исключительно под него). Гайдай имел в это время большущий авторитет, чем, естественно, и не преминул воспользоваться: в «Союзгосцирке» он попросил дать своему любимому артисту отпуск аж на полгода. И ему пошли навстречу, чего ранее никогда никому не делали.

Претендентов на роль Лёлика было двое: замечательные артисты Михаил Пуговкин и Анатолий Папанов. Но после того, как ещё в 1964 году Гайдай увидел Анатолия Папанова в экранизации романа Константина Симонова «Живые и мёртвые» в роли генерала Серпили-на, он, как и многие другие, был понеизвестный

Ражен глубочайшей работой артиста, который раньше воспринимался больше, как актёр ле гкого жанра. Кстати, поговаривают, что даже после триумфа «Бриллиантовой руки» Папанов не испытывал особой эйфории, его уже тогда тянуло к сложным ролям, а играть балбесов привлекало меньше. Впрочем, множество цитат от Папанова из этого фильма навсегда ушло в народ, что, безусловно, показало правильность выбранного решения режиссёра.

Красота - страшная сила!

Начительно дольше делали выбор в пользу счастливицы, конторой предстояло воплотить на экране роль соблазнительницы Семён Семёновича в номере отеля «Атлантик». Съёмочная группа рассматривала кандидатуру актрисы Клары Лучко, но она в итоге взяла самоотвод. Осталась только блистательная троица: Эва Киви, Лилия Юдина и Светлана Светличная.

У членов худсовета просто разбегались глаза, дебаты были нешуточными! В итоге победила Светличная, пускай и с небольшими оговорками. Гайдаю пришлось пообещать, что в конечном итоге он сексуальность одной из самых обольстительных актрис советского кино преуменьшит. Кстати, несмотря на абсолютно безупречную модельную фигуру, в лифчик купальника пришлось кое-что подложить:

Размер груди был маловат. Светличная вспоминала затем, что на съёмке той легендарной сцены так стеснялась, что у неё даже спина была вся мокрая.

А вот на блистательную роль управдома-друга человека претендовала супруга Гайдая — Нина Гребешкова. Но режиссёр посмел сказать своё веское слово, ведь в этом образе он видел по-настоящему, как он сам выражался, «здоровую бабищу». Среди претенденток, в число которых входили такие звёзды, как Ия Саввина и Людмила Шагалова, была и блистательная Нонна Мордюкова. И самое потрясающее заключается в том, что взыскательному худсовету именно Нонна Викторовна понравилась меньше всех. Её упрекали и в излишней вульгарности, и в чрезмерном количестве пошлости… Мол, не бывает у нас таких управдомов! Но слово режиссёра (особенно такого, как Гайдай) — закон!

Кстати, у Леонида Каневского, исполнившего роль контрабандиста-аптекаря, была и ещё одна роль в картине. Так уж вышло, что он стал дублёром Юрия Никулина в сцене, где тот падает на арбузной корке. Требовалось, чтобы нога Горбункова взлетела и точно попала в кадр, а у Никулина это никак не получалось. Он падал и падал, и всё зря… Каневский долго смотрел на происходящее, а затем предложил свои услуги. Первый же дубль — и всё снято! Так что в этом эпизоде нижнюю часть Никулина сыграл Каневский.

В эпизоде

Кстати, надо заметить, что, помимо многочисленных и признанных кинозвёзд, некоторые роли достались абсолютно непрофессиональным актёрам. Роль мрачного товарища, с которым Семён Семёнович встречается в узком переходе и от страшных предчувствий не может связать и пары слов, сыграл сотрудник журнала «Смена» Леонид Плешаков. Плешаков повстречался в редакции с Игорем Кио и Юрием Никулиным, который совершенно неожиданно за чашечкой кофейка спросил: «А у вас на груди волосы есть?» Плешаков немало удивился, но, решив, что циркачи, похоже, решили выкинуть какую-то шутку, расстегнул воротник рубашки. Никулин увиденным был очень обрадован и только затем, смилостивившись, рассказал про эпизод в снимаемой картине, где как раз требуется персонаж, сыграющий серьёзного мужика с черепом на волосатой груди. В результате в обмен на обещанное интервью Плешаков блистательно — исполнил крошечный — эпизод, навечно войдя в историю отечественного кино. Причём самое сногсшибательное, что этот эпизод у настоящего входа в подземный туалет у входа в ЦПКиО им. Горького снимался аж в течение 4 часов!

Заграница не поможет

А затем по студии поползли устойчивые слухи, что, оказывается-то, по сценарию часть действия картины происходит за рубежом. И Гайдай со своей командой вроде как бы уже собираются отправиться в экспедицию на выборы мест для будущих съёмок. После этого кто только не пытался любыми путями пролезть в съёмочную группу Леонида Гайдая! Но затем произошёл облом-с: как выяснилось, Стамбул — город контрастов будут снимать в пределах территории СССР. После чего многочисленные паломники, желавшие хоть как-то поучаствовать в съемочном процессе, быстренько куда-то испарились.

Маршрут выбора мест будущих съёмок выглядел так: Узбекистан, а затем Крым. Но ни то ни другое авторов кино полностью не устраивало. В результате всех выручил Кавказ. Баку отлично подходил на роль заграницы, а образ южного города и его окрестностей прекрасно нашли в Адлере, Сочи и Туапсе. Единственная сцена, которая всё-таки досталась Крыму, — это когда Лёлик нанизывает рыбу на крючок удочки Семён Семёныча. Кстати, бессмертной фразы «Идиот!» ни в каком первоначальном сценарии даже близко не было. В комедии-то герой Папанова называет этим нехорошим словом Козодоева, но на самом деле все было сказано одному из членов съёмочной группы. Артисты уже достаточно замёрзли в прохладной воде (температура была +8 градусов), а неполадки у операторов продолжались. Вот Анатолий Папанов и высказал всё, что он думает о подобном кинопроцессе.

Пора освежиться

Во время съёмок вечеринки в ресторане «Плакучая ива» произошла ситуация, когда две звезды советского кино — Юрий Никулин и Андрей Миронов — могли очень даже серьёзно пострадать. Дело было после того, как Юрий Никулин исполнил песню «Про зайцев», а после этого в заведении начался полнейший бардак. Так вот, согласно сценарию, Никулин и Миронов благополучно выбили огромное стекло и оказались на улице… Казалось бы, дубль снят блестяще! И тут… сверху обрушилась оставшаяся часть витрины! Если бы всё произошло секундой-другой позже, последствия могли быть самыми плачевными. Съёмочная группа во главе с самим Гайдаем стояла ни жива ни мертва. А потом Леонид Гайдай устало сказал: «Второй дубль не нужен. Крушите всё». И мосфильмовская декорация, исполнявшая роль ресторана, очень быстро перестала существовать.

Труп ненастоящий!

Незабываемых историй, связанных со съёмками этого легендарного фильма, очень много. Например, всех участников кинопроцесса разместили в гостинице, а в подвале устроили помещение для реквизиторской и костюмерной. Там, среди всего прочего, прикрытая простынкой, находилась фигура Семена Семёновича Горбункова, изготовленная из папье-маше, которую в кадрах фильма предполагалось выбросить с высоты полукилометра, когда Горбунков выпадает из багажника автомобиля «Москвич».

И вот однажды местная уборщица, делая уборку, ради простого человеческого любопытства и приподняла эту простынку… И что же она там увидела? Да конечно же всеми обожаемого артиста Юрия Никулина… мёртвого! Естественно, по всей адлеровской гостинице разнёсся нечеловеческий вопль. Барышня, возможно, решила, что артист героически погиб на съёмках и его пока на время спрятали в подвал.

Резонанс от этой истории был огромным: в тот же день о смерти Никулина знали не только в Адлере, но и во всех городах Советского Союза (ирония судьбы — эта сотрудница подрабатывала ещё в аэропорту). В результате артисту пришлось набирать свой московский номер и успокаивать родных, что он жив и здоров!

Будем жить!

У Юрия Никулина, как и у всех остальных участников съёмочного процесса, осталась масса воспоминаний о тех днях. Взять хотя бы один из финальных эпизодов картины, когда крюк подъёмного крана крепко бьёт наклонившегося Семёна Семёновича по шее. И заметьте: это не постановочная сцена — Юрий Никулин действительно получил очень приличный удар, но, будучи истинным мастером, сдержался и доиграл сцену. А уже при озвучивании фильма Гайдай добавил звук удара.

Кстати, трагедия едва не произошла и с Анной Сергеевной (то есть со Светланой Светличной). Ведь у всесоюзной красавицы было всего лишь пять дней на съёмки в Адлере. И когда они блистательно завершились, само собой, это надо было отметить.

В результате Светличная в компании с Андреем Мироновым решили поплавать и так увлеклись, что Светличная, по её словам, заплыла неизвестно никуда и в натуральном смысле стала тонуть. Но Андрей Миронов не зря всегда считался завидным кавалером — он спас жизнь Светлане. За что, кстати, она считает себя ему до сих пор очень обязанной.

Вишенка на торте

Ну а заключительной сценой в новой картине Леонид Гайдай, как говорится, сделал ход конём: в последних кадрах он показал взрыв атомной бомбы! Так сказать, это символизировало максимальное напряжение, апофеоз всего ранее показанного. Когда шёл предварительный просмотр и весь худсовет это увидел, то высокое начальство впало в настоящий ступор. Это был шок! Никто не понимал, что всё это значит. Моментально стали высказываться мысли, что это немедленно надо вырезать.

Но Гайдай, уже ранее ни за что ни про что обвинявшийся в поклёпах на советскую власть, держался насмерть и вырезать столь важный кадр категорически отказывался! Мудрый Леонид Гайдай, как бы оправдываясь, сказал: «Ну что вы, это же все была сказка, развлечение. А тут бац — и это уже жизнь!» Суть в том, что представители цензурных органов потребовали внести в фильм аж 40 поправок. Кроме того, на съёмках постоянно присутствовал «контролёр»: сюжет картины казался немного подозрительным. В результате было принято соломоново решение: взрыв убрать, но зато остальные сцены (включая «эротические» с Анной Сергеевной) были успешно сохранены. А ведь именно на это и рассчитывал Гайдай!

У нас есть всё!

Заграничную женщину лёгкого поведения, которая пытается соблазнить на узкой улочке и затащить в ближайший подъезд героя Юрия Никулина, сыграла Виктория Островская. Как рассказывала сама героиня этого эпизода, всё произошло спонтанно. Она, вся накрашенная, спокойно шла по улице, и тут к ней подошли и спросили, не актриса ли она случайно. Не моргнув глазом, Островская, которая тогда работала на автобазе, ответила с улыбкой: «Актриса!». Леонид Гайдай посмотрел сделанные фото и сказал, что всё отлично. Гениальный эпизод сняли за три дня!

Журнал: Неизвестный СССР №4(16), апрель 2021 года
Рубрика: Тайны советского кино
Автор: Константин Семёнов




Telegram-канал Багира Гуру

Метки: Война и Отечество, фильм, кино, режиссёр, Гайдай, цензура, Никулин, Неизвестный СССР


Исторический сайт Багира Гуру; 2010-2022