Бунт в Муроме — почему скрывали восстание против милиции?

Рейтинг: 5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Восстание, произошедшее в городе Муроме в июне 1961 года, оказалось одним из звеньев в цепи трагических обстоятельств, ускоривших крах политики «оттепели» хрущёвской поры и изменивших весь ход советской истории.

Фото: бунт в Муроме, 1961 год — интересные факты

Горький привкус первоцвета

После смерти Сталина в 1953 году открылась небывалая прежде свобода творчества. В обществе ощущался «свежий воздух свободы», который многим успел вскружить голову. Но все эти позитивные общественные явления касались в основном крупных городов — Москвы, Ленинграда и столиц союзных республик. В провинции люди стали жить тяжелее, иногда им не хватало самого необходимого. И это нищенское полуголодное существование уже нельзя было объяснить прошедшей войной, которая закончилась восемь лет назад. На фоне относительно либеральной политики правительства люди стали активнее проявлять собственную позицию, пытаясь с точки зрения коммунистической идеологии отстаивать свои права. Но и эти робкие попытки были обречены на жёсткий отпор со стороны властей.

Завтрак в Темиртау

Первым серьёзным выступлением времён «оттепели» стал бунт комсомольцев — ударников труда. 1 августа 1959 года на знаменитой стройке в Карагандинской области, где студенты со всего Союза возводили «Казахстанскую Магнитку» — город Темиртау, произошёл конфликт в рабочей столовой. Когда голодные студенты в 7 утра явились на завтрак, чтобы успеть на рабочую смену, им сообщили, что сначала кухня должна обслужить болгарских строителей, прибывших на помощь советским товарищам. Этот обидный факт стал последней каплей для студентов, вынужденных годами жить без удобств в неотапливаемых палатках, лишённых даже просто чистой питьевой воды. Рабочие устроили погром сначала в лагере, разметав столовую, а потом и в городе, где штурмом брались магазины и центральный универмаг. На уговоры восставшие не поддавались, погром продолжался почти четыре дня.
Администрация города сбежала в ужасе от возможной расправы. Город оказался полностью в руках восставших. Но в конце концов в Темиртау прибыли части внутренних войск, с марша открывшие огонь по протестующим. Были убиты 11 и ранены 32 человека, некоторые скончались уже в больницах. Но и студенты не остались в долгу. Палками и камнями они смогли покалечить и даже убить несколько военных. Однако что они могли сделать против огнестрельного оружия? Бунт был потоплен в крови, под арестом оказалось почти 190 зачинщиков, некоторые из них были приговорены к расстрелу.
Прибывший в Казахстан уже 5 августа секретарь ЦК Леонид Брежнев сурово расправился с руководством республики. Однако он понимал, что пока причины бунтов не ликвидированы, полыхнуть в следующий раз может где угодно. И это случилось в Муроме.

«Проучить» мастера

Вечером в понедельник, 26 июня 1961 года, отмечавший получку старший мастер завода им. Орджоникидзе Юрий Костиков решил запрыгнуть в кузов попутного грузовика, чтобы ехать домой, но упал и сильно расшибся. Проезжавший мимо начальник горотдела милиции Павлов попытался растормошить Костикова, лежавшего посреди дороги, но в ответ услышал грубую брань. Павлову это не понравилось, и он приказал подоспевшим милиционерам «проучить» 25-летнего мастера. Приказ начальства — закон. Когда Костиков оказался в камере для мелких хулиганов, он уже едва дышал. Находившиеся там пьянчуги попытались вызвать фельдшера, но тот посчитал, что возиться с алкашом незачем. Утром, когда жена Костикова и мастер Прусов, с которым тот пил накануне, пришли в отделение милиции, там, вначале, отказались признавать задержание Юрия, а потом кивнули в сторону лавки во дворе. Там жена с ужасом обнаружила Костикова, лицо которого представляло сплошную кровавую маску — были выбиты зубы и сломаны кости черепа. Костиков скончался на пороге больницы от кровоизлияния в мозг.

Смерть фашистам!

В тот же день на заводе, где работал Костиков, прошёл стихийный митинг, многие рабочие были убеждены, что их мастера банально забили до смерти. Выводы судмедэксперта, это не подтверждавшие, не убедили общественность. Мастер Демченко потребовал вызвать новых экспертов из Владимира или Москвы, рабочие были уверены, что местные специалисты куплены. Но прокурор, закрывший дело о смерти Костикова за отсутствием состава преступления, к доводам рабочих прислушиваться не стал. Обстановка на заводе накалялась. Художник-оформитель цеха, в прошлом политзаключенный Михаил Панибратцев накануне похорон изготовил дома транспарант, на котором было написано, что Павлов — садист и убийца, этот плакат рабочие развернули, когда оказались в траурной процессии.
Неизвестно, кто всё-таки был виноват в том, что шествие двинулось именно мимо отдела милиции, но сотрудники правоохранительных органов вели себя, по меньшей мере, неумно. Ретивая дружинница Валентина Пастухова выхватила у вдовы венок с лентой, на которой было написано «Зверски убит в милиции», и стала топтать его на глазах у рабочих, а милиционеры попытались вырвать у людей транспарант. Последней каплей, наверное, стало то, что дружинники зачем-то начали, стаскивать гроб с грузовика. Увидевшая это мать Костикова закричала… И сразу, как по команде, в окна милиции полетели камни, а сами милиционеры бросились наутёк.
Дирекция завода, глава облисполкома Тихон Сушков и всё руководство Мурома попыталась усмирить толпу и направить всех на кладбище, но люди не трогались с места. Партактиву намяли бока и едва отпустили живыми, когда на перевёрнутый толпой милицейский автомобиль влез рецидивист Сергей Денисов, порвал рубаху и стал всем показывать следы побоев, якобы полученных в милиции (на самом деле его помял родной брат). Надрываясь, Денисов кричал, что чудом ушёл живым, а Костикову это не удалось. После этих слов толпа с криками: «Бей фашистов!» — рванула на штурм отдела милиции и местного КГБ.

Клочки по закоулочкам

Здание милиции было подожжено с нескольких сторон. Заключённых в КПЗ муромчан люди выводили почти насильно: ничего не знавшие о бунте нарушители не хотели нарваться на случайную пулю. Впрочем, выстрелов почти и не было — милиционеров быстро смяли. Инициативу захватили бывшие уголовники. Они методично обшаривали закутки и вскрывали сейфы в поисках уголовных дел и оружия, бумаги сразу же сжигали, а оружие передавали подельникам в толпу. Любопытная деталь: бюсты Дзержинского и Ленина погромщики аккуратно складывали в сторонке, чтобы ненароком не повредить.
На площади в это время избивали милиционеров, которым не удалось скрыться. Погром продолжался до ночи, покуда очнувшийся Сушков не вызвал из Владимира роту курсантов школы МВД, которые разогнали толпу. Силами заводчан и курсантов здание милиции было полностью отреставрировано уже к утру, но ни один из 68 пропавших из отдела «ТТ» на место так и не вернулся. Сотни документов, в том числе агентурная информация и уголовные дела, пропали без следа.

Кровавая эстафета

Пришедшие в себя власти стали закручивать гайки, была дана неофициальная команда провести расследование в кратчайшие сроки. Но уже 23 июля, ещё до окончания следствия в Муроме, новое восстание полыхнуло в «столице 101-го километра» городе Александрове. После того как двоих солдат, приехавших из Загорска, забрали за пьянку в горотдел милиции, у КПЗ стали собираться горожане. Толпа, подогретая слухами из Мурома, стала требовать освобождения «несправедливо задержанных». Снова, как и в Муроме, милиция и городские власти повели себя трусливо и нерешительно. Робкие попытки договориться не произвели никакого эффекта, протестующие выбили двери и ворвались в горотдел, оттеснив милиционеров, а военного коменданта подполковника Черейского, прибывшего за арестованными солдатами, жестоко избили.
К первоначально собравшимся возле отдела милиции людям быстро стали присоединяться бывшие уголовники и политзаключенные. Обстановка накалялась ещё и потому, что в толпе откуда-то появилась дармовая водка. В результате замначальника отдела Рыжова нападающие избили до полусмерти, а после досталось даже вдохновителю освобождения «солдатиков» ветерану Павлу Зайцеву — в суматохе его приняли за сотрудника милиции.
На пути у погромщиков отважилась встать только директор Дома пионеров Надежда Шапкина, благодаря которой 12 милиционеров, осаждённых в своих кабинетах, смогли выбраться наружу живыми. Опустошив горотдел, толпа двинулась к соседнему зданию тюрьмы, потому что среди нападавших прошёл слух, будто туда переведены задержанные «солдатики». Отдел милиции полыхал, в ворота тюрьмы был направлен объятый пламенем автомобиль. К ночи начался штурм, в результате которого на свободе могли оказаться настоящие преступники, и тогда охрана тюрьмы открыла по толпе огонь на поражение.
Погибли четверо нападавших, 11 человек были ранены, когда к месту событий подоспела дивизия им. Дзержинского под командованием генерал-майора Павла Корженко. Солдаты внутренних войск взяли тюрьму в тройное кольцо и вынудили нападавших сдаться.

Реакция

Суды над участниками событий в Муроме и Александрове прошли в течение августа 1961 года. Следствие было поспешным, с адвокатами перед началом процессов провели «разъяснительные беседы», в которых, как вспоминал позже адвокат Николай Атабеков, им заявили, что «дело имеет не столько юридический, сколько политический характер». В результате семь человек, участвовавших в беспорядках во Владимирской области, были приговорены к расстрелу, многие получили до 15 лет лагерей. Суровые репрессии коснулись областного и городского начальства, руководства милиции, но основных причин массовых протестов не вскрыли.
Скудная жизнь и произвол властей, особенно на низовом уровне, продолжали окрашивать годы «зрелой оттепели» тревожными всполохами народного гнева, время от времени прорывавшегося вспышками насилия — в сентябре того же года в Беслане, затем в Новочеркасске в 1962 году, в Сумгаите в 1963 году.

Журнал: Тайны 20-го века №45, ноябрь 2019 года
Рубрика: Это было в СССР
Автор: Виктор Аршанский

Метки: СССР, Тайны 20 века, самоубийство, 1961, восстание, расстрел, бунт, Муром, милиция




Исторический сайт Багира Гуру, история, официальный архив; 2010 — . Все фото из открытых источников. Авторские права принадлежат их владельцам.