Предпосылки нынешней матушки «Нерезиновой» начали намечаться ещё в Советском Союзе. Любой амбициозный провинциальный житель мечтал перебраться в столицу. Обустроиться, пустить корни и уже на этих корневищах дать жизнь поколению, которое могло бы гордо называться москвичами. Но даже в обществе, свободном от меркантильных интересов, за привилегии надо было хорошенько заплатить. Чем имевшие хоть малую возможность нажиться охотно пользовались.

Как получить квартиру в Москве во времена СССР?

Что такое квартирный вопрос в Москве в советское время?

Общая своя квартира

Сегодня словосочетание «получить жильё» звучит как нечто из области антинаучной фантастики. Зажатая по всем фронтам ипотечными программами молодёжь с великим трудом может даже представить, что квартиру когда-то можно было получить от государства просто за добросовестную работу. Можно, ещё как можно, только происходило это чуточку сложнее, чем может показаться из формулировки. Стремящееся к коммунизму социалистическое общество отрицало частную собственность как таковую, поэтому всё жильё, за исключением кооперативного, и земельные участки оставались государственными, но даже в таких условиях оставался простор для корыстных мыслей.
В СССР обзавестись собственным жильём можно было несколькими путями. Работникам крупных предприятий или организаций в этом Плане было проще всего. Чтобы получить квартиру, нужно было вступить в жилищно-строительный кооператив (ЖСК) и встать в очередь. Кооперативы получали от государства ссуду, на которую отстраивали дом, после чего распределяли квартиры в порядке очереди.
Разумеется, всё это делалось не безвозмездно. Со всех членов ЖСК в обязательном порядке взымался вступительный пай и ежемесячные взносы. В целом система напоминала ипотечную с одним внушительным, и оттого перебивающим большинство недостатков, но: переплаты не было. Вносимая сумма соответствовала затратам на строительство. Хотя не обходилось и без подводных камней. Даже после полной выплаты взносов квартира не принадлежала плательщику, оставаясь коллективной собственностью кооператива. Жить в ней можно было вольготно и без опасений за будущее (потому как право на жильё было прописано в Конституции СССР, и выселить на улицу законным путём не могли), трудности возникали, только когда вставал вопрос о перепродаже заветной жилплощади. Новым владельцем мог стать не кто-нибудь всякий-який, а строго член того же ЖКС, и то лишь после коллективного одобрения. В любом случае даже такое было в разы лучше рабовладельческих кредитных программ воцарившегося капитализма.
На долю кооперативных инициатив приходилось меньше 10% строившегося в СССР жилья, удовлетворить потребности всех страждущих оно не могло. В начале 1980-х годов государство предприняло попытку спасти положение. Была запущена программа под лозунгом «Каждой семье — отдельную квартиру», в рамках которой дополнительно сколотили более 100 тысяч жилищных кооперативов, но благое намерение задушила наступившая перестройка. Большинство заложенных в те годы домов удалось достроить только к концу 1990-х годов, когда за сроком давности уже впору было начинать плановый ремонт новостроек. Мало того что люди больше десяти лет дожидались получения собственного жилья, — многие серьёзно переплатили из-за неоднократных экономических потрясений, грянувших до и после развала державы-победителя.

Хочешь дом — построй

Помимо коллективного строительства с изнуряющим ожиданием в бесконечных очередях, власть давала возможность отстраиваться самостоятельно. Практика частного строительства стала очень популярна в послевоенные годы, особенно в городах, разрушейных боями и тяжёлыми бомбёжками. Поиздержавшееся, мягко говоря, государство физически не могло собственными силами восстановить разрушенный жилищный фонд. Недаром начало 1950-х годов врезалось в народную память как «эпоха великой тесноты». Жить было отчаянно негде, получить комнатушку в общежитии или коммуналке принималось за великое счастье. Просторные дореволюционные квартиры из тех, что уцелели, превращались в душные коммуналки. Спешно отстроенные заводские «общаги», уже родившиеся тесными, заселяли под завязку. В одной комнате, как в больничной палате, мог ютиться с десяток чужих друг другу людей. Не было даже банальных удобств: кухней пользовались всем миром, стирали во дворе, мылись в ближайших банях. Мрак кромешный. Неудивительно, что, глядя на такое, люди (особенно съезжавшаяся в столицы на заработки лимита) хватались за любую возможность улучшить свой непритязательный быт.
На фоне жилищного голода и расчищенных «лесными пожарами» войны территорий в послевоенном СССР процветало индивидуальное строительство.
На первых порах госпрограмма звучала просто сказочно: всем желающим (пускай и в аренду) выдавались участки земли под постройку дома. Такая практика всячески поощрялась, да и сама процедура «обкашливания» формальностей была несложной. Достаточно было предоставить сведения о составе семьи, месте жительства, справку с работы и заявление, дескать, «дайте, хочу, сил нет терпеть» — и вопрос решался за считанные дни. Размер участка варьировался в зависимости от конкретных условий: в локальных столицах энтузиастам полагалось 4-6 соток, в провинциальных городах и посёлках площадь участка могла достигать солидных 15 соток. Несмотря на то, что сам земельный участок оставался государственным, построенный на нём дом считался уже индивидуальной собственностью владельца со всеми вытекающими. То есть мог быть продан, поделён, подарен, передан по наследству или как там ещё поступают с домами.
Как водится в делах государственных, у щедрости было строгое бюрократическое лицо. Сколотить на дармовом участке концептуальный арт-объект не получилось бы даже за взятку. Каждый этап строительства строго контролировался компетентными организациями. В первую очередь необходимо было предоставить в горисполком на утверждение собственный проект дома или выбрать понравившийся типовой вариант у архитектора. Приступать к строительству можно было только после утверждения плана. При необходимости государство выдавало беспроцентную (в современной практике и слова-то такого нет) ссуду, которая могла составлять до 70% от общей сметы. Кредит надлежало погасить в течение 10-15 лет. Однако, если заёмщику взбредало в голову сменить место работы, оставшуюся сумму нужно было по системе «вынь да положь» вернуть в течение полугода. За отсутствие переплаты приходилось расплачиваться строгой, нет, строжайщей отчётностью. Исполком с фанатичным интересом жаждал знать, как продвигается строительство, соответствует ли постройка проекту, как расходуется выданная сумма, откуда берутся стройматериалы и т.д. и т.п. Все чеки, накладные, счета и прочие причастные бумаги должны были храниться у заёмщика вплоть до погашения ссуды. Иначе, дорогой товарищ, пеняй на себя. Требование вроде не страшное, но нервирующее. В пылу ремонта немудрено собственный паспорт потерять, не то что накладную на паллету кирпичей.
Уже в 1960-х годах некогда приветливо распахнутые ворота лавочки по раздаче земли заметно прикрылись. Отныне участки под частное строительство выдавались только особо заслуженным людям и многодетным семьям. Одновременно с дефицитом родился его злой братишка-близнец по имени «блат». Но в крупных городах даже партийным функционерам с разветвлёнными связями получить землю стало практически невозможно. Благо период иссякающей щедрости совпал с подъёмом государственного строительства — надежда на собственные квадратные метры не умерла, лишь встала в очередь меж прочих верующих в ученье кадастра. Окончательно убили её только в 1990-е. Тогда участки начали не выдавать, а продавать, и для простого человека мечты о частном доме стали ещё больше недостижимы.

Очередь на жильё

Но всё же самым распространённым способом обзавестись жильём в СССР была аренда у государства в порядке очереди. Сделать это можно было либо через ведомственный жилой фонд, либо через исполком по месту жительства. И если на первый вариант могли рассчитывать работники крупных предприятий, которым разрешалось за свой счёт строить жильё для работников, то исполком выручал сотрудников организаций, не имеющих собственного жилого фонда, и привилегированных льготников, которым жильё полагалось по закону — героев СССР, заслуженных артистов, учёных, имеющих степени, матерей-героинь и прочих. В целом практика была весьма демократичной, но в некоторых случаях очередникам могли и отказать. Обычно от ворот поворот давали в том случае, когда площадь выдаваемой квартиры превышала положенную по норме.
Как долго приходилось ждать заветные квадраты? Зависело от ситуации. В Москве нередко приходилось стоять в очереди десятилетиями, в провинциальных же городках и посёлках квартиру можно было получить за несколько месяцев, а то и дней. Опять же предприятия решали вопрос быстрее города.
Ах да! Ещё один важный момент: в Советском Союзе владеть жильём можно было, только прописавшись в нём. А нескольких прописок сразу, как известно, быть не может. Большой привет теневым буржуа.

Мастера обмена

Получить квартиру было реально. Непросто, но реально. Что по-настоящему омрачало процесс, так это тотальный дефицит и пресловутые очереди. Часто квартиры были недосягаемы даже для тех, кто мог за них заплатить. Но даже в такой максимально унифицированной схеме находились недовольные. Кому — супчик жидок, а кому жемчуг — мелок. Что ни говори, квартирный вопрос портил людей, и жителей столицы, которым «как бы самим мало, а тут ещё лимита всякая понаехала», это касалось в первую очередь.
Главной причиной недовольства были габариты. По нормативам 1970-х годов на одного члена семьи полагалось 7 кв. метров площади, в 1980-х эту цифру увеличили до 9 кв. метров. Причём норма касалась именной жилой площади, подсобные помещения в расчёт не шли. Кстати, именно поэтому кухоньки и санузлы в советских новостройках были такими — как это на цензурном русском? — компактными. Многим вчерашним очередникам, особенно тем, чьи семьи за прошедшие с постановки на учёт годы успели прирасти на пару-тройку чад, такое положение дел не нравилось. Отсюда и зависть к ближнему, и недовольство, и, говоря языком психологии, «открытый гештальт» нереализованных мечтаний. Одним словом, невезуха.
Что делать, когда дом не мил? Либо смириться, либо переезжать. Вот только как? Ведь вся недвижимость принадлежала государству, перепродать в частном порядке её было нельзя. К счастью, крепостное право у нас отменили ещё в 1861 году, и граждане Страны Советов вольны были выбирать, где им жить. Да, продать квартиру нельзя. А обменять — запросто. Для этого существовали особые учреждения, например «Горжилобмен», которые занимались документальным оформлением сделки. Квартиру можно было обменять даже без привязки к территории.
Москвичи нередко изъявляли желание съехать из перенаселённой столицы на периферию. При этом провинциалам, возжелавшим перебраться на освобождающееся свято место, приходилось раскошелиться. По документам, обмен проходил безвозмездно. Но только на бумаге. По факту же за право прописаться в Москве в конвертах передавались внушительные суммы. Иногда вместе с иногородними метрами новым владельцам причитались дачи, автомобили, гаражи… За право обосноваться в столице нужно было платить. И распалённые непрекращающимися квартирными эпопеями товарищи мастерски на этом наживались.
Конечно, не всех природа одарила предпринимательской жилкой. Здесь на помощь не по нашей жизни честным владельцам жилья приходили маклеры — виртуозы обмена и конспирации. Они занимались подбором подходящих квартир для обмена и выторговывали для нанимателей максимально выгодные условия.
Хорошие специалисты ценились на вес золота, потому и оплату за свои небезопасные труды требовали соответствующую. Тем паче, что подобная деятельность приравнивалась к нетрудовому заработку и была наказуема.
По действующему законодательству, за маклерство легко можно было отправиться отдыхать в места не столь отдалённые с полной конфискацией, поэтому работали первопроходцы отечественного риелтинга в обстановке строжайшей секретности.
Продать государственную квартиру было вполне возможно. Главное, грамотно обставить сделку.

Журнал: Неизвестный СССР №9, сентябрь 2021 года
Рубрика: Обыкновенная история
Автор: Игнат Волхов

Метки: строительство, СССР, Москва, дом, квартира, Война и Отечество, продажа, обмен, жилплощадь, Неизвестный СССР




Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010-