Тайны СССР

Багира

Среда, 11 14th

Последнее обновлениеСр, 14 Нояб 2018 1am

Тайны истории и исторические загадки — Секретные архиви истории
Запретная история — Исторические тайны

18 июля 1936 года в радиоэфир вылетела мало кому понятная фраза: «Над всей Испанией безоблачное небо». Но те, для кого она предназначалась, поняли её тайный смысл: это был закодированный сигнал к началу военного мятежа генерала Франко и последующей за ним гражданской войны в Испании. С безоблачного неба на города полетели бомбы. Гибло гражданское население, в том числе дети. И по миру был брошен клич: «Помогите! Спасите детей!».

Дети Испании

Журнал: Все загадки мира №6, 19 марта 2018 года
Рубрика: История вопроса
Автор: Анатолий Буровцев, Константин Ришес

Мирное небо

Фото: испанские дети в СССРНа этот призыв откликнулись многие страны. Советский Союз тоже не остался в стороне. 23 июня 1937 года в СССР прибыл первый пароход «Санта» с детьми испанских республиканцев. Всего же в СССР было вывезено около 3,5 тысячи юных испанцев в возрасте от 3 до 14 лет.
Родители не видели иного пути для их спасения, кроме отправки за пределы страны. В тот момент они надеялись, что разлука окажется недолгой. Никто и предположить не мог, что для детей, вывезенных в Советский Союз, возвращение на родину станет возможным не раньше чем через 20 лет, а некоторые из них вообще не вернутся на родину.
В большинстве стран, приютивших испанских эмигрантов, их распределили по семьям. В СССР пошли другим путём. Специально для маленьких испанцев были созданы порядка 20 домов-интернатов под Москвой, в Ленинграде, Киеве, Харькове, Херсоне, Одессе и Евпатории. Они существенно отличались от обычных советских детских домов — в лучшую сторону. Правда, неизвестно, чем именно это было вызвано: заботой о маленьких беженцах или о престиже страны. Но, так или иначе, жилось испанским детям в СССР неплохо: нормы содержания в расчёте на одного воспитанника вдвое превышали принятые в обычных детдомах. Ослабленных детей вывозили в южные пионерлагеря, в том числе в «Артек». Но главное, над их головами было мирное небо.

Нет пути назад

Война в Испании кончилась в 1939 году. И Франция, Бельгия, Швейцария и Англия отправили маленьких эмигрантов домой. У приёмных родителей остались лишь те, кто в результате военных действий стал сиротами. Иначе обстояли дела в СССР. Сразу после гражданской войны никто из них не вернулся на родину: Советский Союз не мог бросить беженцев в лапы фашистского режима, победившего в их стране. Против возвращения детей на родину выступила и находящаяся в Москве глава испанской компартии Долорес Ибаррури — пламенная Пассионария, как её называли.
Стало понятно, почему изначально всех юных испанцев определили в интернаты: так проще было вкладывать в неокрепшие умы идеи коммунизма, воспитывать пламенных борцов и революционеров. Ведь Сталин надеялся, что со временем эти дети вернутся в уже новую — социалистическую — Испанию.
Пока же воспитанники интернатов замечали, что их испанские учителя исчезают все чаще, В 1939 году многие из них были обвинены в троцкизме: одних арестовали, других расстреляли, третьих, самых везучих, послали работать на заводы.
Теперь детскими домами стали руководить советские начальники. Жизнь в них резко изменилась: дети начали болеть, в том числе туберкулёзом. А потом началась большая война. Во время массовой эвакуации в июне 1941 года умерли до 15% испанцев…

Воспоминания о России

Вот как вспоминал о том трудном времени Мануэль Арсе, много позже написавший «Воспоминания о России» — книгу о том, как он «прожил 30 лет в этой стране вместе с, многострадальным и щедрым русским народом»: «…Если нам когда-то было плохо, то это потому, что плохо было всем, а не потому, что о нас не заботились русские».
Его детдом эвакуировали в Саратовскую область. Воспитанники учились в ремесленном училище, работали на военных заводах. Некоторые, приписав себе пару лет, шли на фронт.
24 августа 1942 года под Сталинградом был смертельно ранен лейтенант Рубен Руис Ибаррури, сын пламенной Пассионарии. В 1946 году в результате фронтовых ранений умер старший брат Мануэля — Сесар Арсе.
Не просто сложилась судьба самого Мануэля. В 14 лет он попал в аварию и лишился обеих ног. Тем не менее, закончив советскую десятилетку, он поступил в медицинский вуз и стал врачом редкой специализации — неврорентгенологом. Когда в годы хрущёвской оттепели он вернулся наконец в Испанию, то стал там третьим по счёту нейрорентгенологом на всю страну: «Я приехал 1 марта, а 3 марта уже работал в мадридской клинике «Ла-Пас».
Однажды его вызвали в резиденцию Франко, чтобы сделать тому рентгеновский снимок. Мануэль невольно вспомнил порядки в СССР: мыслимо ли было, чтобы к генералиссимусу Сталину вызвали дежурного врача из обычной государственной больницы, да к тому же политэмигранта, вернувшегося из «вражеского лагеря», где тот пробыл почти 30 лет?
С Франко ему довелось соприкоснуться ещё раз: 20 ноября 1975 года он умирал в клинике «Ла-Пас». Дежурным врачом в ту ночь был выпускник 1-го Московского мединститута Мануэль Арсе…

Мать легенды

Баскская девочка из Бильбао Кармен Ориве-Абад, или, как её звали близкие, Бегония, оказалась в СССР, когда ей было 12 лет После детского дома и ремесленного училища работала токарем на московском заводе «Коммунар». Там она и встретила будущего мужа Бориса, корённого москвича. Это была обычная жизнь советской семьи: завод, очереди за дефицитами, комната в коммуналке. Появились дети — сын, затем дочь. От соседей их отличало лишь то, что в их русско-испанской семье говорили на двух языках. Зато все мальчишки их московского двора могли мастерски ругаться по-испански — сын Бегонии научил.
В 1956 году, как только появилась возможность, Бегония с детьми уехала на родину. Борису выезд запретили. В тот момент Бегонии было чуть за 30, оба её ребёнка свободно говорили по-испански. В Испании их ждала родня, многочисленные двоюродные братья и сестры. Всё складывалось неплохо. Но Бегония не смогла забыть своего русского мужа, не смогла обходиться без привычной московской суетной жизни. Через год она с детьми вернулась. В ту самую склочную московскую коммуналку, к суете и очередям в полупустых магазинах. Она умерла в Москве в 1986 году через 5 лет после того, как 27 августа 1981 года на 74-м километре Ленинградского шоссе в автокатастрофе погиб её сын, которого весь мир знал как советского хоккеиста №1, великого Валерия Харламова.


Вконтакте



Facebook



Подписка на обновления

Введите ваш адрес:

Твиттер
Google+
Вы здесь: Главная Статьи Тайны истории Эпоха СССР Дети Испании