Экология в СССР и экологические проблемы

Ещё каких-то полвека назад слово «экология» было знакомо разве что специалистам. Во всём Советском Союзе тогда едва ли можно было бы набрать два-три десятка учёных, занимавшихся этим направлением биологической науки. Однако ещё раньше, в период Большого террора, партийным идеологам это вовсе не помешало объявить экологию, наряду с генетикой и кибернетикой, ни много ни мало — буржуазной лженаукой.

Фото: экология в СССР — интересные факты

Попали в немилость

Вершиной кампании разгрома «неправильной» биологии считается сессия Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук имени В.И. Ленина (ВАСХНИЛ), которая проходила 7 августа 1948 г. В своём выступлении на сессии руководитель этого учреждения Трофим Лысенко жёстко критиковал генетиков, но при этом заявил и о наличии серьёзных идеологических ошибок в работах отечественных экологов.
В частности, он говорил следующее: «В биологической науке определились два диаметрально противоположных направления: одно — прогрессивное, материалистическое, мичуринское, другое — реакционно-идеалистическое, вейсманистское… Мичуринское учение вооружает практиков научно обоснованными методами планомерного изменения природы… В то же время генетики и экологи, стоящие на вейсманистских позициях, говорят о зависимости организма от внешней среды и отрицают саму возможность переделки природы по воле человека. Нам с такими лжеучеными не по пути».
А ещё раньше под каток репрессий попали не только генетики, но и немногочисленные в то время экологи. В их числе оказались очень известные в то время учёные, имевшие звания профессоров и даже академиков: Владимир Станчинский, Франц Шиллингер, Николай Вавилов, Михаил Завадовский, Александр Формозов и некоторые другие. Все они в годы репрессий в полной мере хлебнули лагерной баланды, а некоторые скончались в местах заключения.
Конечно же, подобные кампании не возникали на пустом месте. Главным поводом для осуждения ведущих советских экологов стало их мнение о том, что широко распропагандированные планы преобразования природы все же не смогут дать стране и советскому народу тех громадных преимуществ, о которых вовсю трубили «народный академик» Трофим Лысенко и его главный идеолог Исаак Презент.
Более того: экологи уже в 30-40-е гг. Открыто говорили, что каскады ГЭС на реках, прокладка каналов и возведение гигантов индустриализации в конечном итоге способны принести народному хозяйству не прибыль, а лишь громадные экономические убытки, не говоря уже об ухудшении условий жизни для миллионов человек. При этом учёные ссылались на законы природы, изучаемые представляемой ими наукой, нарушать которые не позволено никому — даже «вождю всех народов». Понятно, что после таких откровений участь как самих профессоров, так и всей советской экологии в целом в 30-40-х гг. Оказалась более чем печальной.

«Преобразователи» природы

Вообще же слово «экология» известно с XIX в., и в переводе с греческого оно буквально означает «наука о доме», или «наука о месте обитания». А предметом её исследования считаются все стороны взаимоотношений живого организма с окружающей его средой. Понятно, что эти отношения могут быть как хорошими, так и плохими. Случается даже, что окружающая среда вдруг оказывается испорченной настолько, что организм от этого начинает болеть, а то и вовсе умирает.
Вот потому-то экологическая наука и должна найти ответ на сакраментальный вопрос: как сделать, чтобы при изменениях природы на какой-то конкретной территории или в целом на планете Земля окружающая среда не стала бы смертельно опасной для обитателей нашего общего дома. В идеале же все должно быть так, чтобы обитатели планеты чувствовали себя на ней удобно и комфортно и вообще наслаждались жизнью.

Глобальные проекты

Но какой она должна быть, образцовая природа, где все экологические отношения находятся в полном равновесии друг с другом? Вот таким природным образцом в практике человечества испокон веков и являются заповедники.
В словаре Сергея Ожегова для этого слова даётся следующее пояснение: «Заповедный — неприкосновенный, запретный». Можно ещё прочесть и толкование стоящего рядом с ним слова: «Заповедник — заповедное место, где оберегаются и сохраняются редкие и ценные растения, животные, уникальные участки природы, культурные ценности и т.д.». В настоящее время заповедники существуют во всех развитых странах мира. Сохранение в нетронутости наиболее красивых и наиболее ценных в научном отношении уголков своей родины цивилизованные государства считают исполнением своего долга перед всем человечеством.
Но в СССР в 1930-х гг., в соответствии со «сталинским планом преобразования природы», концепция заповедника как эталона нетронутых природных ландшафтов была объявлена не только крайне вредной идеей, но и вообще разновидностью троцкизма. Именно такую идеологическую основу под охрану природы в одном из своих выступлений подвёл Исаак Презент, один из теоретиков «коренной переделки природы».
Он рассуждал следующим образом: если все природные богатства в СССР принадлежат народу, то как следует назвать того, кто предлагает охранять от народа его собственное достояние? Правильно — врагом народа, троцкистом, оппортунистом и так далее. И потому «пусть не тянут враги свои грязные руки к народному богатству, ибо эти руки будут обрублены».
Именно на базе таких идей партия большевиков в 30-х гг. Провозглашала с самых высоких трибун, что она в соответствии с канонами коммунистической идеологии собирается переделать окружающий мир так, как того требует пролетариат. А разве нужны пролетарию какие-то там травки да букашки, которых экологи-троцкисты предлагают охранять в заповедниках? Конечно же, ничего такого народу не нужно — для него гораздо важнее возводить больше заводов и фабрик, добывать больше нефти и угля, распахивать больше земель, валить больше леса, чтобы на основе всего этого богатства построить всеобщее мировое счастье…
Авторы планов преобразования природы рассуждали примерно так: если мы по своему усмотрению руководим любой стороной человеческой деятельности, то почему бы нам не сделать то же самое и с природными процессами? А услужливые «народные академики» с ними полностью согласились и заявили, что если это нужно партии, то народ вполне может сдвинуть горы и повернуть вспять реки. Можно также заставить картошку расти в тундре, а северных оленей акклиматизировать в пустыне. Можно приказать белуге и осетру, чтобы они начали жить и нереститься не в проточной Волге, а в обычном пруду — примерно так же, как это делает карп. Для всего этого нужно немного: чтобы «вождь всех народов» сказал, что такое «преобразование» необходимо стране, народу и партии!

По ком звонит колокол?

В послевоенный период для дела охраны природы в нашей стране начался поистине чёрный период. В 1951 г., в соответствии с теорией «улучшения природы», решением высших партийно-правительственных органов в СССР были полностью ликвидированы 88 государственных заповедников из 128 существовавших в то время. Руководители партии и правительства тогда рассуждали все по той же теории Презента: зачем охранять от народа наши несметные природные богатства, когда уже совсем скоро в стране будет построен коммунизм и наступит всеобщее изобилие? Вот тогда-то природы и хватит на всех.
Хотя в 1959 г., уже после смерти Сталина, природоохранная и научная общественность страны добилась от правительства восстановления многих заповедников, радость учёных была недолгой. Подобно своему предшественнику, новый генсек Никита Хрущёв тоже стремился как можно быстрее построить в СССР коммунизм, и для этого ему нужно было ввести в хозяйственный оборот как можно больше природных ресурсов. Поэтому летом 1961 г. Правительство приняло новое решение о сокращении сети заповедников в стране, в результате чего многие уникальные достопримечательности снова лишились особой охраны. И лишь после отставки Хрущёва заповедное дело в СССР постепенно стало возрождаться.
Помните Хемингуэя? На вопрос: «По ком звонит колокол?» его книга отвечает. «Он звонит по тебе». Отношение к экологическим проблемам — это знак неравнодушия людей к судьбе природы, колокол нашей общей надежды, звонящий не только и не столько по поводу загрязнения рек и воздуха, вырубленных лесов, исчезающих видов животных и растений.
Получается, что прежде всего это колокол по Человеку. Со всеми живыми существами планеты уже сотни тысяч лет мы — соседи по нашему общему земному дому. И к этому колоколу мы должйы прислушиваться, хотя бы для того, чтобы не остаться в конце концов в полном одиночестве, без единого соседа, на своей голубой планете.

Журнал: Тайны 20-го века №33, август 2012 года
Рубрика: Глобальные проекты
Автор: Валерий Ерофеев





Исторический сайт Багира, история, официальный архив; 2010 —