История советского мороженого

«Можно смело сказать, что мороженое является самым лучшим, наиболее полезным, приятным способом употребления молока и сахара». Чувствуете, как созвучны эти слова Анастаса Микояна со знаменитым ленинским изречением о кинематографе?

История советского мороженого
А ведь именно стараниями увлечённого наркома началась золотая эра того самого, прославленного на весь мир советского мороженого. Изумительный вкус желанного лакомства для старших поколений стал символом счастливого, беззаботного детства.

«Чудесного холода полный сундук»

Бытует мнение, что вплоть до 4 ноября 1937 года (когда за дело популяризации сливочной вкусности плотно взялся товарищ Микоян) в СССР мороженого как такового не было вовсе. Разве что недобитые буржуи тешились остатками былой роскоши, простые же советские граждане излишеств и не нюхали, сравнивать не могли. Врут, бессовестно врут! Даже в первые годы после революции мороженое мог купить любой желающий, правда деньги на тот момент обесценились, и стоимость одной порции «холодненького» могла доходить до невообразимых 500 рублей. После деноминаций, когда ситуация худо-бедно устаканилась, в Москве и Ленинграде мороженое стоило около 20 коп.
а в провинциях и вовсе можно было разжиться счастьем копеек за 7. Признанный советский литератор Даниил Гранин вспоминал о тех временах: «Летом появлялись тележки с мороженым. В тележках, среди битого льда, стояли бидоны с розовым, зелёным и кофейным мороженым. Его намазывали на формочку и зажимали в две круглые вафельки. На вафельках красовались имена: Коля, Зина, Женя…». Эти незатейливые именные «кругляшки» стали маленьким якорем памяти подрастающего поколения, как милый лучик ностальгии, проблеск радости в нелёгкой жизни. На них даже в шутку гадали, дескать, какое имя попадётся — так и будут звать будущего избранника.
Нас, избалованных стерильностью жителей нового тысячелетия, один только процесс покупки мороженого с таких тележек (Осип Мандельштам умильно назвал их «чудесного холода полный сундук») способен ввергнуть в тихий шок. Процесс приготовления и хранения был довольно примитивен. Жара и городская пыль молочно-сахарной смеси на пользу тоже не шли. Да и гигиеничность самой формочки — одного на всех цилиндрического пресса с отверстием — вызывает массу вопросов. Были даже случаи (о чем свидетельствует постановление 1924 года), что мороженым торговали с грязного льда или возле выгребных ям. Как бы хорош ни был вкус лакомства родом из 1920-х годов, «кругляшки» тогда были сродни лотерейным билетам: кому-то доставалось удовольствие, а кому-то — несварение. Но память — штука такая, плохое легко забывается.

5 кило на душу населения

К промышленному производству мороженого СССР приступил в начале 1930-х годов. На первых порах весь груз ответственности по снабжению страны замороженным деликатесом ложился на плечи Московского молочного завода объединения Главмолоко. В 1932 году на нём было изготовлено около 300 тонн мороженого, тогда же на прилавках двух столиц появился невиданный доселе таинственный «эскимо-пай» — мороженое на палочке в фольге. Постепенно мороже ная промышленность становилась чем то большим, чем просто придатком молочной. В том же году к производств будущей визитной карточки Страны ветов приступил московский Завод холодильник №2, в 1933-м эстафету принял «Ленинградский холодильник а в 1935 году цеха по производству мороженого начали повсеместно открываться на молочных фабриках.
Но все это была лишь подготовка к будущему затяжному прыжку к всемирному признанию. В 1936 году новый глава Народного комиссариата пищевой промышленности Анастас Микоян побывав США с целью ознакомления с новейшими технологиями производства. Закупка передового оборудования не за ставила себя ждать. Микояна без преувеличения можно было бы назвать крёстным отцом советского мороженого, если бы в СССР не победил атеизм.
Сливочное лакомство было страстью наркома. В 1930-е годы по инициативе Микояна вышел указ, согласно которому мороженое должно было стать массовым продуктом питания и выпускаться по доступным ценам. По мнению наркома, советский гражданин должен съедать за год не менее пяти килограммов студеного десерта. Даже Сталин, бывало, говорил: «Ты, Анастас Иванович, такой человек, которому не так коммунизм важен, как решение проблемы изготовления хорошего мороженого». Под его началом хладокомбинаты пустились в самую настоящую гонку пятилеток. Уже тогда ассортимент вкусностей оставил далеко позади банальный набор «молочное, сливочное, на вафле, эскимо». Для разработки новых видов мороженого была создана особая экспериментальная лаборатория. В декабре 1936 года киоски ленинградских мороженщиков на Базаре изобилия радовали гостей десятком сортов сливочного, шоколадного, миндального, кофейного, орехового мороженого и эскимо, к которым, при желании, можно было добавить самые разнообразные посыпки и фруктовые сиропы.
4 ноября 1937 года началась новая эпоха. В этот день было выпущено первое советское мороженое по новой технологии. Вслед за тем открылись предприятия в Москве, Ленинграде и Харькове, причём новые прохладные веяния проникли не только в молочную промышленность. Вскоре к производству заманчивого продукта подключились и некоторые предприятия Главмаслопрома, Главмаргарина и Главмяса. Правда, Главмясо вскоре выбыло из игры — очень уж их мороженое отдавало салом. Следующим шагом к погружению Страны Советов в сахарные льды стало открытие мощной фабрики в Киеве. Год спустя был утверждён первый в своём роде ГОСТ 117-41 «Мороженое сливочное, мороженое пломбир, фруктово-ягодное, ароматическое», ставший, по заверению знающих людей, одним из самых жёстких пищевых стандартов в мире.

Почём нынче порция счастья?

Вскоре советское промышленное производство замороженного порционного счастья выбилось на второе место в мире по объёму после США и на первое — по вкусу и качеству. На один только экспорт ежегодно уходило 2 тыс. тонн. Среди иностранцев даже ходила поговорка, что Советский Союз нужно посетить по трём причинам: посмотреть балет, сходить в цирк и попробовать мороженое. Но и на родине желанный товар не залеживался. Даже война не стала приговором отрасли: в Москве можно было купить мороженое и в 1943 году, а в феврале 1945-го специальная лаборатория мороженого открылась при НИИ холодильной промышленности. Спустя буквально пару месяцев после победоносного мая лакомство перестало быть дефицитом. Институт питания при АН СССР рассчитал физиологическую норму потребления мороженого — каждому советскому гражданину полагалось съедать 4 кг холодной вкусности в год. Вряд ли кто-то был против. Обласканное любовью правящих кругов лакомство продавалось не только в киосках, кафе и уличных лотках на развес или фасовкой по 50 и 100 г. Его можно было раздобыть повсеместно — в театрах, кино, клубах, столовых и ресторанах (была даже инициатива по доставке мороженого на дом), хотя за ним нередко приходилось отстаивать очереди. Предприятия работали ударно, но и разбиралось все в момент! В 1947 году на Мосхладокомбинате №8 был изготовлен первый в стране эскимогенератор карусельного типа, что позволило существенно ускорить и удешевить производство эскимо. Подъём машиностроения в 1950-е годы снабдил хладокомбинаты новым оборудованием для производства мороженого, так что к 1964 году весьма немалые довоенные объёмы выработки были превышены более чем на 244%.
Почём же в 50-х годах продавали удовольствие? Будничный стаканчик «молочного» или эскимо стоили по 11 коп., обычный вафельный рожок — 15 коп., а рожок с шоколадной глазурью — 18 коп. Стаканчик сливочного для тех, кто любил пожирнее да понежнее, стоил 22 коп., а заплатив четвертак, его можно было облагородить сиропом или тёртым шоколадом. Мороженое в вафельных и картонных стаканчиках продавалось без всякой упаковки, кроме этикетки сверху. Только на «мороженое-пирожное» за 28 коп. этикетку не лепили, чтобы не повредить кокетливую розочку из масляного крема. Особо желанной добычей считалась «Лакомка», знаменитая шоколадная трубочка в орехово-вафельной обсыпке, и неуловимый «Каштан», за которые просили аж 28 коп. Если и то и то уже разобрали, можно было «перекантоваться» простеньким плодово-ягодным, стоило оно всего 9 коп. Был ещё и большой «Семейный» пломбир в картонной коробке, фольге или большом бумажном стакане, стоивший 48 коп. Именно под него сегодня силится мимикрировать небезызвестный бренд. Но самый шик — торт-мороженое «по рубь-сорок». Он покупался по большим праздникам и неизменно становился гвоздём застольной программы. Нам бы сейчас такие цены, да за такое качество — вот бы зажили!

Секрет вкуса

Что же такого особенного было в составе изумительного, — нет, не то слово, — легендарного советского мороженого? Не поверите — ничего. Это был просто качественный, сделанный на совесть натуральный продукт. Всё! Убедиться в этом не составит труда, ГОСТы сталинских времён можно раздобыть за пару кликов мышкой. Как сейчас говорят, вот и секретные документы подъехали. Окончательный рецепт незабываемого вкуса освежающего лакомства утверждён нормативом с безликим названием ГОСТ 119-52 от 1 февраля 1953 года. Согласно его предписаниям, мороженое производилось только из натурального молока или сливок с добавлением сахара или меда, свежих куриных яиц, ягод и фруктов. Разумеется, далеко не всегда они попадали на фабрику в первозданном виде. Молочные продукты могли быть стерилизованными, сгущёнными или порошковыми. Аналогично дело обстояло и с фруктово-ягодными наполнителями: их консервировали, сушили, использовали в виде сока, пюре или сиропов. Но главное — всё это было настоящее! Не идентичный натуральному коктейль из порошков, жиров и бензоловых веществ-франкенштейнов, а особым образом обработанная живая еда. Не в Каменном же веке жили, ей-богу, технологии хранения продуктов на месте не стояли. Конечно, в том мороженом были и ароматизаторы, и красители, и вкусовые добавки. Только не вся таблица Менделеева, переплавленная в букву «Е», а натуральные экстракты ванили, корицы и гвоздики; эссенции ягод и цитрусовых; качественный шоколад, кофе и какао-порошок; орехи, вафли, карамель, фрукты и ягоды. Были и стабилизаторы. Но, опять же, не калий- или натрийсодержащие полимеры с непроизносимыми для неподготовленного языка названиями, а желатин, крахмал и агар-агар (растительный аналог желатина). Последний, кстати, сейчас безумно популярен среди сторонников здорового и этичного питания.
Каждый сорт мороженого должен был иметь особый вкус, аромат, консистенцию и цвет, допускались лишь незначительные отклонения. Всё это, наряду с составом, пищевой ценностью и прочими характеристиками, отражалось в соответствующих графах экспертного листа. Если хотя бы один пункт не соответствовал — отбраковывалась вся партия, поэтому за качеством следили строго.
При этом лакомство, даже несмотря на заморозку, хранилось чуть дольше цельного молока — всего неделю.
Удивительно, но даже в сладкую эпоху самого что ни на есть Того Самого мороженого находились люди, кто без обиняков заявлял: не то, не вкусно! Это были те, кто через все перипетии грозовых десятилетий пронёс в памяти вкус оставшегося в далёкой юности «кругляшка», что продавали лоточники со своих неприглядных гремящих тележек. «Только что ел пломбир, замороженный, как это теперь делается, сжатым воздухом, — сетовал в 1950-х годах писатель Юрий Олеша. — Этот способ присоединяет к мороженому прямо-таки вонь. То мороженое, которое мы ели в детстве, было вкусней». Вот и выходит, что в детстве всё кажется лакомей. Да и вообще, на вкус и цвет товарища нет, разве что товарищ Сталин.

Журнал: Война и Отечество №4, февраль 2020 года
Рубрика: Советские деликатесы
Автор: Аглая Собакина

Метки: СССР, Война и Отечество, мороженое, десерт, молоко, Микоян, сладость



Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010 —