Красный террор в России 1918-1923

Впервые эти слова в России услышали после 30 августа 1918 года, когда в Москве произошло покушение на председателя Совнаркома Владимира Ленина. Через несколько дней появилось официальное сообщение, что покушение организовала партия левых эсеров, а в вождя мирового пролетариата стреляла активистка этой партии Фанни Каплан. Под предлогом мести за кровь своего вождя партия большевиков ввергла страну в пучину красного террора.

Фото: Красный террор — что это такое?

Кровь за кровь

Хотя никаких доказательств причастности Каплан и левых эсеров к покушению на Ленина народу предъявлено не было, правительство в полной мере использовало происшествие на заводе Михельсона для развязывания беспрецедентной по своим масштабам волны подавления всех, кто был не согласен с политикой советской власти.
Сразу после покушения на Ленина председатель Всероссийского Центрального исполнительного комитета (ВЦИК) Яков Свердлов подписал резолюцию о превращении Советской республики в военный лагерь. Вот что писал в то время в направляемой на места инструкции для губернских чекистов член коллегии ВЧК Мартин Лацис: «Мы не ведём борьбы против отдельных лиц. Мы истребляем буржуазию как класс. Не ищите на следствии доказательств того, что обвиняемый действовал делом или словом против советской власти. Первый вопрос, который вы должны ему предложить — какого он происхождения, воспитания, образования или профессии. Эти вопросы и должны определить судьбу обвиняемого. В этом и есть смысл и сущность красного террора».
Как уже было сказано, в свете проведения политики подавления врагов революции органы ЧК на местах получили широчайшие полномочия, каких в то время не было ни у одной властной структуры. Любой человек по малейшему подозрению мог быть арестован и расстрелян чекистами, и никто при этом не имел права даже спросить у них, какое тому было предъявлено обвинение. В итоге в конце 1918 года в Советской России была создана и некоторое время действовала уникальная в своём роде система правосудия — «тройки».

Судебное троевластие

После Октябрьского переворота большевистское правительство отменило действие судебной системы Российской империи и вместо неё ввело по всей стране революционные трибуналы, которые в отношении подсудимых действовали лишь исключительно с классовых позиций. Например, в Самаре первым председателем ревтрибунала был избран большевик Владимир Зубков, по профессии — типографский рабочий. При его назначении выступил председатель Самарского губисполкома Валериан Куйбышев, который в своём докладе сказал, что — революционный суд должен стать орудием борьбы против спекулянтов, воров, грабителей и лиц, не исполняющих постановления советской власти». Зубков находился в этой должности до 10 апреля того же года, когда он был переведён на другую работу, а на его место был утверждён Франциск Венцек. Впоследствии при взятии Самары чехословацким корпусом 8 июня 1918 года Венцек был забит насмерть толпой.
С конца ноября 1918 года в стране началась судебная реформа, когда ВЦИК своим решением утвердил «Положение о народных судах РСФСР». Согласно этому документу, правосудие на местах отныне должно осуществляться судьёй и двумя народными заседателями. Но самое интересное, что деятельность ревтрибуналов при этом ВЦИК не отменил. В их компетенции по-прежнему оставались дела о контрреволюционных деяниях и выступлениях, саботаже, дискредитации советской власти, бандитизме, убийствах и покушениях, разбоях, грабежах, подлогах, преступлениях по должности, шпионаже, спекуляции, подделке денежных знаков, крупных хищениях госсобственности и других тяжких преступлениях. А народным судам в итоге достались лишь незначительные по своей тяжести уголовные и административные дела.

Без суда и следствия

И вот в этой непростой обстановке ВЦИК своим новым решением вложил карающий меч революционного правосудия также и в руки представителей органов ВЧК на местах. Тем самым в стране сложилась уникальная ситуация, до этого не имевшая аналогов в истории мировой юстиции, когда привлечь гражданина к ответственности и покарать его имели право сразу три государственные структуры: народные суды, ревтрибуналы и подразделения Всероссийской чрезвычайной комиссии. Понятно, что подобная ситуация в итоге просто не могла не привести к ничем не оправданной жестокости и вопиющему произволу чекистов.
Согласно резолюции ВЦИК, чекистское руководство не обязано было передавать в суд собранные им материалы, а могло самостоятельно определить для задержанного меру наказания — вплоть до расстрела на месте. Контролировать же действия органов ЧК на местах имело право лишь их непосредственное вышестоящее руководство. При этом задержанных казнили без суда и зачастую даже без следствия. Во многих архивах сохранились списки расстрелянных в этот период, которые ныне уже частично рассекречены и ожидают своих исследователей.

«Виновен дворянским происхождением»

В период красного террора уездным органам советской власти приходилось вызволять из ЧК своих незаконно задержанных сотрудников. Например, в Бугульминском уезде Самарской области председатель местного исполкома Бакулин был настолько обеспокоен произволом, творившимся в стенах уездного ЧК, что в середине февраля 1919 года отправил телеграмму в Самару с просьбой срочно направить к нему представителей губкома партии. В его послании, в частности, говорилось следующее: …промедление может вызвать нежелательные явления, могущие вредно отразиться на спокойствии уезда». Однако комиссия из Самары всё-таки опоздала, поскольку буквально на другой день после телеграммы был арестован и сам Бакулин с формулировкой «по причине открытого противодействия сотрудникам ЧК». В итоге его освобождением был вынужден заниматься лично председатель губисполкома Валериан Куйбышев.

«Князь Хованский»

Ещё один пример из реалий того времени, который сейчас выглядит трагикомично. В течение 1918-го и в начале 1919 года Самарская губчека несколько раз арестовывала заведующего губернским архивным бюро Сергея Хованского, а губисполком после этого требовал его освобождения. И вся вина задержанного заключалась в дворянском происхождении Хованского. Он не раз вызывал крайнее раздражение чекистов тем, что все составляемые им по запросам губчека документы неизменно подписывал своим полным титулом: «Князь Хованский».
Конечно же, полная бесконтрольность чекистов постоянно приводила к многочисленным случаям внесудебных расправ на местах. Так, в январе 1919 года в уездный центр Пугачёв приехала совместная комиссия Самарского губкома ВКП(б), губисполкома и Самарской губчека. Целью её визита стало расследование фактов грубейших нарушений законности в уездной ЧК, которую возглавлял Т.И. Бочкарёв. Выяснилось, что только в течение декабря местные чекисты завели «по фактам контрреволюционной деятельности» 65 дел и арестовали 51 человека. Из них Бочкарёвым самостоятельно были вынесены внесудебные приговоры по 26 делам, причём почти все подследственные лично им были сразу же расстреляны. В числе прочих он расстрелял и священника Хромоногова, который позволял себе публично возмущаться произволом, творившимся в стенах уездной чрезвычайной комиссии. В итоге Бочкарёв был освобождён от своей должности, но никакой другой ответственности он не понёс.
Лишь в феврале 1919 года ВЦИК своим новым решением лишил ВЧК права самостоятельно выносить приговоры по расследуемым ею делам: с того момента по решению Совнаркома эта функция передавалась ревтрибуналам. Тем самым в Советской России официально завершился период красного террора. Однако это вовсе не означало, что в РСФСР к тому моменту прекратились репрессии и беззаконие.

Журнал: Тайны 20-го века №13, апрель 2010 года
Рубрика: Жестокий мир
Автор: Валерий Ерофеев

Метки: Гражданская война, Тайны 20 века, Ленин, большевики, ВЧК, ЧК, покушение, 1918, красный террор



Telegram-канал Багира Гуру


Исторический сайт Багира Гуру; 2010 —